Письма к тайной возлюбленной - Тони Блейк

А он только пожал плечами и сказал:

— Да уж, она была что-то! — А потом он сам посмотрел на ограждение и коснулся его рукой, словно проверяя на прочность. — Но эти перила установил в прошлом году я, потому что старые сгнили. Милли боялась, что туристы могут опереться на них и проломить.

И теперь Линдси уже не знала, чему изумляться больше — тому, что тетя Милли делала для Лосиного Ручья, или тому, что Роб Коултер делал для тети Милли.

— А почему это место называется «Радужной площадкой»? — спросила она, разглядывая озеро и склоны вокруг него. С приближением дня небо становилось все синее, обещая прекрасную погоду, как и накануне.

— Когда она впервые сюда пришла, — объяснил Роб, — шел дождь. Но когда она здесь оказалась, выглянуло солнце — и огромная яркая радуга протянулась от одного берега озера до другого.

Линдси попыталась себе это представить.

— Ого! Целая дуга? Я ни разу в жизни целой радуги не видела. Только такие, которые доходили до половины и таяли.

— Неужели? — отозвался он.

Чуть смущенно улыбаясь, она признала:

— Вы, наверное, удивитесь, но… я не очень много времени бывала на природе.

Сохраняя полную серьезность, он подтвердил:

— Да, я просто поражен.

Он показал налево, на небольшой земляной островок, ощетинившийся тонкими стволами сосен.

— Туманный остров, — пояснил он. — Почти каждую ночь его закрывает туман или дымка.

— Когда я сюда приехала, все озеро было такое.

Он коротко кивнул.

— Иногда по ночам туман расходится довольно далеко. Но на острове так бывает каждую ночь.

— Откуда это известно? — поинтересовалась она. — Его ведь из города не видно!

— На противоположном склоне прячутся несколько домов, — ответил Роб, указывая на участок, где, казалось, рос сплошной лес. — А иногда — особенно на Хэллоуин, как мне рассказывала Милли, — туда приезжают на лодках, чтобы посидеть у костра и рассказывать истории с привидениями, потому что из-за тумана там становится жутко.

— А это чертовски круто! — выпалила она.

И к ее глубочайшему изумлению, Роб даже засмеялся.

— Да, наверное.

Их взгляды снова встретились, и Линдси сказала:

— Огромное спасибо вам за то, что вы меня сюда привели.

Он молча пожал плечами, не вынимая рук из карманов.

И хотя во время подъема она разогрелась, сейчас, после того, как они постояли здесь несколько минут, она снова начала замерзать. Поэтому она тоже сунула руки в передние карманы джинсов.

— Благодаря этому я действительно почувствовала себя ближе к тете Милли, — тихо призналась она ему.

Он ответил ей так же тихо:

— Вот и хорошо. — А потом почти сразу добавил: — Но я все равно не продам вам прокат.

Она невольно улыбнулась:

— Я вас услышала и поняла.

Она по-прежнему хотела получить прокат — хотела этого все сильнее с каждым часом и с каждым новым свидетельством красоты и привлекательности этих мест, но сегодня ей действительно было достаточно уже того, что она побывала на «Радужной площадке» своей тети.

— Готовы возвращаться? — спросил Роб.

Линдси в последний раз осмотрелась, обведя взглядом всю панораму от Туманного острова до крошечных строений Лосиного Ручья на противоположной стороне озера.

— Да, — сказала она, хотя ей трудно было расставаться с тем ощущением безмятежности, которое она здесь испытала, и с новым, гораздо более глубоким пониманием тети Милли.

* * *

Идти вниз было еще труднее: сильно болели подъемы стоп и все больше жали пальцы мыски сапог.

Из-за усталости и болезненных ощущений она уже почти потеряла способность связно думать.

В таком состоянии она приковыляла к повороту тропы и увидела, что Роб сидит на камне, смотрит в землю и не замечает огромного медведя, который выходит на тропу чуть впереди них. Ого! На этот раз это была не деревянная скульптура.

— М-медведь! — с трудом выдавила она, чувствуя, что ей вот-вот станет дурно.

Роб поднял голову и посмотрел туда, куда Линдси указывала.

И тут медведь тоже перевел взгляд — прямо на них. А потом неспешно двинулся в их сторону. У Линдси кровь застучала в ушах.

— Осторожно отступайте назад по тропе, — велел Роб ровным голосом.

С этими словами он медленно встал с камня.

Линдси попыталась попятиться, как он ей велел, но вместо этого зацепилась каблуками и тяжело плюхнулась на утрамбованную землю, громко охнув от неожиданности.

С земли медведь казался еще громаднее. Она замерла, парализованная страхом, не в состоянии ни встать на ноги, ни даже пошевелиться.

И тут Роб, который тоже пытался осторожно отступить, споткнулся о ее вытянутую ногу и упал рядом с ней, пробормотав при этом:

— Вот дьявол!

Темные глаза медведя, казалось, смотрели прямо в глаза Линдси. Зверь продолжал идти к ним со скоростью, которую можно было бы назвать небольшой — если бы он всего за несколько секунд не оказался в опасной близости от них. При виде того, как медведь все приближается и приближается, Линдси решила, что у нее вот-вот разорвется сердце, и она лихорадочно ухватилась за руку Роба.

— Что ему нужно? — спросила она в панике. Несмотря на стресс, голос Роба был спокойно-насмешливым.

— Я очень похож на эксперта по медвежьей психологии?

— Нет, — ответила она. — Но… я очень боюсь.