(не) Его Малыш(ка) - Нана Фокс

*Степан*

Только отчего-то я разворачиваюсь и еду обратно, игнорируя сверлящий меня удивленный взгляд Агнии. Черт, я и сам пока не пойму, зачем везу ее в свой дом! Более того, собираюсь ее в нем оставить — одну, пусть даже на день, но все-таки одну в моей пустой квартире.

— Мне некогда сейчас тебя куда-то завозить, — поясняю ей и словно сам себя уговариваю. — Оставлять тебя одну на улице, я так понимаю, небезопасно. — Торможу около ворот и выхожу из автомобиля. — Поэтому побудешь денек у меня, я к вечеру вернусь, и посмотрим, что нам дальше делать. — Открываю пассажирскую дверь и протягиваю ей руку, предлагая свою помощь.

— Зачем? Не стоит… Я сама… — заикаясь, тараторит она, пытаясь непослушными пальцами отстегнуть заевший ремень безопасности.

— Ага, я уже увидел, как ты сама… — перебиваю ее.

Тихо закипаю, наблюдая за ее безрезультатными попытками освободиться, а она смотрит на меня просящим взглядом. Сдерживаю рвущуюся наружу нецензурную брань, начиная жалеть о своем опрометчивом решении, но все же наклоняюсь к ней так близко, что практически касаюсь грудью ее выпирающего живота, намереваясь помочь в борьбе с непослушной застежкой. Наши ладони сталкиваются на заклинившем замке, запуская легкие разряды тока по венам. Малышка отдергивает руку, машинально прижимая ее к груди, вжимается в спинку кресла и, затаив дыхание, смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

Спешно освобождаю девчонку из плена ремня безопасности и отстраняюсь, делая глубокий вдох, а воздух словно пропитан ее тонким, чуть дурманящим ароматом. Теплый запах луговых трав, нагретых полуденным солнцем, заполняет легкие и пробирается под кожу, настырно будоража приятные, но давно забытые чувства.

— Идем, — намеренно сухо чеканю, почти приказываю, забирая ее багаж с заднего сиденья.

Не оборачиваясь, быстрым шагом направляюсь к дому, слушая лишь легкие шаги за спиной. Открываю входную дверь и пропускаю Агнию вперед, следом вкатываю огромный чемодан, оставляю его в прихожей и, не разуваясь, прохожу в гостиную.

— Я уезжаю до вечера, самое позднее — завтра утром вернусь, — посвящаю ее в свои планы. — На кухне в холодильнике и шкафах бери все, что хочешь. Ванна ты знаешь, где, с телевизором, думаю, тоже разберешься.

Раздаю инструкции, так и стоя к ней спиной, улавливая, словно летучая мышь ультразвуки, неуверенные шаги и шорох снимаемой обуви.

— Это точно удобно? — раздается почти над ухом ее сдавленный шепот.

Вздрагиваю, резко разворачиваюсь и чуть не сбиваю малышку с ног. Ловлю на лету, усаживая на диван, а сердце в легкой панике подкатывает к горлу, колотясь немыслимо быстрыми ударами. Частый вдох — выдох, перевожу дыхание и отступаю.

— Мне пора. — Сбегаю, как нашкодивший мальчишка, потому что еще чуть-чуть — и я заплыву за буйки в настороженных озерах ее зеленых глаз.

Лишь у самой двери вспоминаю, что забыл рассказать ей еще об одном квартиранте. А эта рыжая морда сама напоминает о себе, вальяжно выходя из ванной комнаты.

— За Кощеем пригляди! — кричу, хватаясь за ручку входной двери.

— Что? — Удивленный возглас — и Агния выглядывает в прихожую, а, проследив за моим взглядом, расплывается в довольной улыбке. — А почему Кощей? — ласково и нараспев вопрошает она.

Мысленно вздыхаю от набившего оскомину стандартного вопроса от всех, кто видит впервые этого рыжего обормота с круглой наглой мордой, толстым пузом и длинным пушистым хвостом.

— Он же больше на Гарфилда похож, — разглядывая животинку, выносит свой вердикт кроха (и это, кстати, тоже привычное сравнение).

Агния осторожно присаживается и берет кота на руки. Не успеваю предупредить, что зверюга не любит «телячьих нежностей», как эти двое уже милуются, и рыжий предатель, мурлыча, тычется мордой в маленькую женскую ладошку, выпрашивая ласки. В замешательстве смотрю на все происходящее и медленно офигеваю.

— Потому что, когда этот шерстяной мячик прибился ко мне, он был тощим и истерзанным собаками, но до чертиков живучим, — поясняю происхождение клички. — Его еда на кухне в нижнем ящике, в туалет он ходит на унитаз, так что дверь в ванную на первом этаже не закрывай — на улицу он не любитель ходить.

— Хорошо, — мелодично тянет она, поглаживая кота и даже не поднимая на меня глаз, а я экстренно сваливаю с собственной территории.

Прихожу в себя, только когда стрелка на спидометре неумолимо близка к критической отметке. Несколько участников дорожного движения, движущихся по встречной полосе, сигналят мне передними фарами, сообщая о стоящих в кустах блюстителях порядка на трассах. Сбавляю скорость, немного разжимаю пальцы, вцепившиеся в рулевое колесо до хруста пластика, и громко-громко выдыхаю все известные мне нецензурные выражения. Становится чуть легче, и захватившее меня напряжение медленно ослабляет хватку, позволяя дышать ровнее и прочистить мозг.