Я тебя никому не отдам - Анастасия Франц

Давид

Взглянув в последний раз на Сашу, я вышел из кухни. Понимал, что ей моя забота, моя опека ни к чёрту не сдались, потому как сам я ей противен. Она ненавидит меня и моего отца, который разрушил её семью, и она имеет все права на подобные чувства. Но внутри меня всё протестует против того, чтобы я её оставлял, отпускал от себя хотя бы на шаг. Но тем не менее я понимаю, что сейчас её лучше оставить в покое.

Саша уже взрослая девочка, поэтому может позаботиться о себе сама. Но в душе какое-то плохое предчувствие, которое не отпускало, просто заставляло не столько находиться с ней рядом, а просто присматривать. Хотя бы издалека, чтобы быть уверенным, что с Алей всё хорошо и ничего ей не угрожает.

Спалось мне не скажу, что хорошо. Лишь под утро сомкнул глаза. Как только проснулся, услышал непонятные звуки за дверью комнаты, куда поселила меня будущая мачеха, которую я точно так же ненавижу. Не меньше, чем сама хрупкая девочка.

Расположили меня на первом этаже, буквально рядом с лестницей и кухней, откуда, как я понял, и раздавались приглушённые звуки. Встав, решил сходить узнать, кто там ни свет ни заря вдруг решил приготовить завтрак. В том, что это Ольга, я сомневаюсь, поэтому это либо отец, либо сама Аля спустилась вниз, чтобы позавтракать в одиночестве, пока все остальные спят. Быстро сходив в душ, оделся и вышел из комнаты.

Подойдя к кухне, так и замер истуканом. В довольно просторном помещении кухни находилась девушка, стоя ко мне спиной, она готовила завтрак. Саша была одета в короткие шорты, что облегали её упругую попку и бедра, как вторая кожа, а рубашка, скорей всего, была завязана спереди на узел. На обнажённой пояснице виднелись две маленькие, притягивающие моё внимание точки, которые так и манили прикоснуться, провести рукой по нежнейшей коже. Узнать, почувствовать подушечками пальцев, такая ли она нежная на ощупь, как кажется моему взору. Но самым пиком всего стали босые ноги.

Саша выглядела такой хрупкой, маленькой, но такой соблазнительной, что в голову сразу ударила мысль: как бы она смотрелась на моей кухне, в моей рубашке, будучи босиком. Великолепно. Маленькая богиня.

В груди нещадно запекло, и всё желание скатилось в штаны, отчего ширинка стала давить на довольно выпуклое естество, причиняя дискомфорт. Прикрыв глаза, сделал глубокий вдох, чтобы прийти в себя. Но надо мной словно издевались — перед глазами предстала именно та самая картина, будто она в моём доме, с босыми ногами и в моей рубашке, а не на этой чёртовой кухне. Мне нужен срочно холодный душ. Опустив руки в брюки, поправил выпуклость, чтобы не спугнуть малышку. Не хотелось после всего, что было, чтобы Саша ещё и боялась меня как огня.

Как только я подал голос, стоило только немного успокоиться и притупить желание к Але, моя маленькая сестрёнка замерла. В тот момент мне хотелось подойти к ней ближе, обнять, дать ей понять, что я никогда её не обижу, что во что бы то ни стало буду защищать, но тут же себя одёрнул. Я лишний в её жизни и должен отойти в сторону, если она того хочет, но всё моё естество кричало о том, чтобы я её не отпускал, приглядывал за ней, хотя бы так, чтобы она об этом не узнала.

В одном малышка Саша была неправа. Да, я дал обещание приглядывать за ней, но в первую очередь это была моя инициатива. Я этого хотел, стоило только впервые увидеть её — такую хрупкую, маленькую, лучезарную девочку.

В её глазах увидел такой спектр боли и ненависти, что меня как током ударило. Я знал, что Саша меня ненавидит, но не думал, что настолько.

Её последние слова царапнули что-то внутри, но я собрал всю волю в кулак и вышел, зная, что всё равно буду где-то поблизости, не желая оставлять её одну. А именно сейчас это и случилось. Она осталась одна. Мать, которая должна быть в это время рядом с девушкой, просто предала её, оставив на произвол судьбы. И вот этого я действительно не понимаю, как так можно относиться к своему ребёнку.

Не знаю, какие были у них отношения до этого, но вся эта ситуация меня настораживает, чувствую, что здесь что-то не то. Только что?..

Неспеша вышел из дома, не притронувшись к ароматному кофе, что сварила для меня Саша. Я просто не мог, чувствуя, что она совсем не хотела готовить его для меня. Словно это что-то до боли личное, которым она ни с кем не хочет делиться. И я оставил его, хоть невероятно хотелось испробовать её напиток из рук, что его сварили.

На мобильном было несколько пропущенных от Ланы, но я не спешил ей перезванивать. Увольнение Саши — целиком и полностью заслуга этой маленькой стервы, до сих пор в душе поднималась ярость, и хотелось придушить эту гадюку.

В тот день я вновь пошёл в ресторан, где работала моя будущая маленькая сестрёнка, чтобы посмотреть и узнать, как она. Это казалось мне каждодневным ритуалом. И чёрт дёрнул меня взять любовницу, которая просто клешнями прицепилась в тот день ко мне. Если бы я этого не сделал, то Саша бы не обожглась и из-за Ланы не вылетела с работы.

Я мог бы поговорить с главной, но тогда бы это могло показаться подозрительным в первую очередь для самой Али, потому как эта девочка не дура и сразу поняла бы, что именно я надавил на её начальство, и девушку передумали увольнять. А я этого не хотел.

Поэтому сегодняшний день я решил начать с поездки на бывшую работу Саши, чтобы поговорить с главной, которая, не разобравшись во всём, уволила бедную девочку.

Едва вошёл в помещение, как ко мне сразу подбежала хрупкая девочка, стала улыбаться, хлопать глазками, заигрывая, но я тут же её прервал, не желая видеть всех этих кривляний. Попросил проводить к её начальству, так как с ней у меня серьёзный разговор.

Понимал, что времени у меня не очень много, так как, если Саша встала и находится в более-менее нормальном состоянии, чем вчера, то значит, сегодня она должна будет приехать за расчётом. А если она столкнётся со мной, то сложит два плюс два.

Постучав в кабинет с табличкой “Администратор Шикова Е.А.”, услышал громкое “Войдите”, опустил руку на ручку двери, открывая её настежь.

С Евой Александровной мы несколько раз виделись в зале, поэтому она без труда узнала меня сразу. На её губах тут же расплылась улыбка, она вскочила и быстрой походкой направилась ко мне.

— Давид Александрович, здравствуйте, — подойдя ко мне, протянула руку для рукопожатия, я коротко пожал её и направился к столу, присел.