Будет больно - Юлия Еленина

Твою мать!

Голова начинает работать в экстренном режиме. Хватка Вадима слабеет — он тоже понимает, что надо срочно что-то решать. Вырываю руку и шепотом говорю:

— В окно.

— Что?

— Бери вещи — и в окно.

— Ты с ума сошла? — шипит Вадим.

— Быстро!

Сбрасываю туфли, хватаю плед с дивана и набрасываю на плечи. Счет идет на секунды, а Вадим медлит. Я сама беру с подлокотника кресла его вещи и бросаю ему в руки. Черт возьми! Докатилась. Как будто любовника пытаюсь выпроводить, когда муж случайно пришел раньше с работы.

Я знаю, кто пришел. И знаю, что она ничего не скажет Мише, но выпадать из образа не стоит даже перед домработницей.

Все тянется невыносимо долго, но происходит неимоверно быстро. Вадим закатывает глаза, но идет к окну. Секунда — он уже на улице. Я только успеваю повернуть ручку, как слышу позади голос:

— Лиза, не спится?

Оборачиваюсь, перед этим краем пледа кое-как постаравшись ликвидировать следы помады, и говорю:

— Доброе утро, Галина Алексеевна. Уснула в гостиной.

Бар открыт, и два бокала с каплями коньяка на дне. Черт и еще три раза черт! А еще мое разорванное платье лежит на лестнице. Срочно надо убрать.

— А Михаил Андреевич?..

— Уехал в Москву по делам, но приехал его сын.

— А-а-а, вон оно что, а я думаю, что за пиджак в коридоре лежит, — кивает Галина Алексеевна.

— Начните уборку с кухни, — прошу я.

— Хорошо.

Киваю и выхожу из гостиной. Галина Алексеевна идет за мной и скрывается в кухне. На лестнице подбираю платье, точнее то, что от него осталось, выдыхаю с облегчением. Это был тот еще адреналин.

Интересно, где Вадим? Нет-нет-нет, мне плевать. Мне же плевать? Однозначно — да.

Пусть сам думает, как попасть обратно в дом. А мне надо… Мне надо выбросить из головы сегодняшнюю ночь.

Ненавижу свою память!

Я как будто заново все проживаю. Каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждую эмоцию. Помню взгляды, ощущения… И проклинаю свое тело за то, что оно реагирует на эти воспоминания.

— К черту все! — толкаю дверь в комнату и замираю на пороге.

Вадим с невозмутимым видом лежит на моей постели и, забросив руки за голову, пялится в потолок. И, стоит отметить, одежды на этом озабоченном придурке не прибавилось.

— Ты комнатой не ошибся? — начинаю закипать, хотя вступать в очередную перепалку нет ни сил, ни желания.

Швыряю платье в угол, но так и стою в дверях, ожидая ответа.

— Кто пришел? Я слышал женский голос.

— Домработница. Это все? Тогда вали отсюда.

— Как грубо, — с наигранной обидой отвечает Вадим, не отрываясь от лицезрения потолка.

Тру виски и мысленно стону. Он определенно решил меня сегодня добить. Плед сползает с плеч, и я нервно натягиваю его обратно.

— Вадим, уйди, — устало прошу.

Он поднимается с кровати, и я напрягаюсь. Пусть он просто уйдет, а не выкидывает очередной фокус.

— Окей, — говорит с усмешкой, которая мне не нравится. — При одном условии, — наклоняется к моему уху и шепчет: — Ты сейчас станешь на колени и покажешь мне, что такое охренительный отсос.

Меня окатывает ледяной волной, потом бросает в жар. Рука действует быстрее мозга. Сжимаю кулак, замах… И удар в скулу. Плед падает на пол, но мне сейчас плевать. Как он вообще?.. Да как посмел?

Вадим потирает щеку, но улыбается. Ему нравится меня цеплять, бесить, провоцировать. И он будет продолжать в том же духе, пока я не потеряю контроль и не выдам себя с головой.

— Чтобы тебя здесь не было, когда я вернусь, — предупреждаю и иду в ванную.

Стоя под струями воды, думаю.

Что мне сейчас делать?

Все внутри меня просто кричит: «Бежать!»

Я не справлюсь с напором Вадима. Не смогу каждый день ловить на себе его взгляды. Мне надо уехать и подумать.

Решение приходит мгновенно. Обернувшись полотенцем, выхожу и открываю ноутбук. Плевать куда, лишь бы уехать. Я не ищу что-то определенное, нажимаю на первый попавшийся тур, а потом, так и не одевшись, достаю из шкафа чемодан и бросаю в него свои вещи.

Нет, так нельзя.

Останавливаюсь, падаю на кровать и выравниваю дыхание. Импульсивность не приведет ни к чему хорошему.

И еще запах… Он мешает сосредоточиться. Откуда? Я же только из душа.

Постель… Вадим лежал на том же месте, где и я сейчас. Покрывало впитало его запах. Даже комната, казалось, пропиталась, но понимаю это только сейчас, когда пытаюсь успокоиться.

Слишком глубоко он проник в мою голову, жизнь… Даже во мне успел побывать.

Ненавижу…

С этой мыслью усталость меня накрывает. Адреналин выветривается, начинает болеть тело, проступают синяки. Но сейчас это неважно. Бессонная ночь и выпитый коньяк дают о себе знать. Я проваливаюсь в сон, но какой-то поверхностный, беспокойный.

И ближе к обеду просыпаюсь в полной уверенности, что импульсивное решение тоже может быть верным.

Я уезжаю… Осталось продержаться до вечера.