О чем шептал океан - Кристин Лестер

— Да что же это такое?! — возмущенно прошептала она.

Марионеткой быть не хотелось. Кэтрин вообще не привыкла занимать вторую позицию, только первую.

Сощурившись на затылок этого загадочного супергероя, она твердо решила: сегодня или когда-либо еще обязательно узнать, что за дьявольский план скрывается за всеми этими совпадениями. И узнать не от кого-нибудь, а именно от Джеймса!

Она шумно вздохнула, пытаясь привлечь к себе внимание, но троица не шелохнулась. Такое ощущение, что им стало хорошо, как только она отошла от них на три метра! Как будто вернулась некая гармония, нарушенная ее присутствием.

Ну и не звали бы с собой!

Она с самого начала подозревала, что поездка не задастся: одно дело «дружить семьями», как в шутку предложил Остин, но тогда не хватало Антуана, а другое — допускать возникновение подобной несуразной ситуации.

Да, она сегодня неотразима, да, ей хотелось проверить, действует ли ее неотразимость на Остина. Проверила. Действует. А теперь что с этим делать?

Зачем она поехала сюда? Чтобы доказать всем, что Остин до сих пор любит ее, а не Софию? Это и так очевидно. Остин сегодня потерял всякую осторожность, а может, и воспитанность: все шесть часов практически не сводил глаз с Кэтрин, то исподтишка, то откровенно любуясь ею. В его взгляде — это нельзя было спутать ни с чем — всякий раз, когда они оказывались рядом, загорался жаркий огонь, такой красноречивый, что Джеймс, не выдержав, негромко сказал, наклонившись к ним:

— Что, ребята, настолько не терпится? Вообще-то здесь твоя невеста…

Кэтрин бросила на него испепеляющий взгляд и собралась прочитать мораль о невмешательстве в чужие отношения, о штурвале, за которым он должен стоять, и вообще о его месте, которое он должен знать.

Но Остин снова удивил ее, как тогда на пляже: он послушался Джеймса и отсел от нее подальше, хотя его хватило и ненадолго. Интересно, почему он покорно подчиняется этому спасателю?

В начале путешествия все четверо еще пытались непринужденно говорить на невинные темы, но с каждым словом голос Кэтрин звенел все напряженнее. София чаще отмалчивалась или переводила разговор, словно боялась, что кто-то догадается, насколько ей неприятно все это терпеть.

Кэтрин не знала, как к этому относиться. С одной стороны, ей было жаль бедняжку, и, в душе иногда поднималось что-то похожее на раскаяние. Но с другой, к этому чувству совершенно отчетливо примешивалось презрение: почему София, черт побери, не может постоять за себя?

Да если бы под носом у нее, Кэтрин, кто-нибудь попытался заигрывать с Антуаном… Она бы разорвала соперницу! Пусть она его не любит, но собственничество — сильнейшее чувство в мире! К тому же это просто оскорбительно: ты в скором времени собираешься замуж, а парня у тебя буквально уводят из-под носа!

Остин тоже хорош. Он весь день не переставая вливал в себя вино и под вечер уже откровенно мурчал возле Кэтрин, словно кот. А когда он, полагая, что никто не видит, быстро наклонился к ней и поцеловал, Кэтрин едва успела оторвать его от себя, пока София мазалась кремом для загара.

Крем для загара… Это словосочетание внезапно вызвало у нее совсем Другие ассоциации, и, невольно переглянувшись с Остином и поймав его очередной красноречивый взгляд, Кэтрин окончательно разозлилась.

Что, черт побери, она тут делает? Им хочется остаться вдвоем, так надо было искать встречи с ним вдвоем, а не устраивать этот нелепый цирк! Тем более что результат весьма и весьма сомнителен. Сейчас она напоминала себе дешевую уличную девку.

Джеймс почему-то тоже начал злиться. Он ничего не понимал: его предложение вернуться на берег все дружно отвергли, но и сидение на яхте, похоже, также никого не вдохновляло.

Чтобы разрядить обстановку, он предложил добраться до рыбацкого острова, пообедать там у какого-то его приятеля, и после — вернуться домой.

Эта идея понравилась больше, и они взяли курс на маленькие скалистые острова к северу от Доминики. Чуть позже выяснилось, что приятель в отъезде и не может встретить их. Но это почему-то никого не расстроило, они немного полежали на песке, отдохнули, выпили вина, съели припасенный в каюте обед и собрались обратно.

— Сказал, что уехал надолго, — обведя взором хижину на берегу, сказал Джеймс. — Эх… Давно я с ним не рыбалил, лачуга-то совсем развалилась, того и гляди рухнет на голову, надо будет поправить.

— Он здесь живет? — спросила Кэтрин.

— Что он, по-твоему, сумасшедший?.. Просто ловит рыбу и иногда ночует. Отдыхает от цивилизации.

— Мне кажется, и на острове можно отдохнуть от цивилизации.

— Это если рассуждать с позиции человека, приехавшего из нью-йоркских джунглей, — улыбнулся Джеймс. — А ему нужна абсолютная тишина и плеск волн.

— Конечно, вы тут живете совсем по другим законам природы, — начала Кэтрин, но Он перебил ее:

— «Вы тут» — это в каком смысле?

— В смысле, вы — жители Доминики.

— А с чего ты взяла, что я — житель Доминики?

Кэтрин рассмеялась: этот парень нравился ей своей беспринципностью.

— Сейчас ты примешься рассказывать, что приехал сюда с Манхэттена и устроился спасателем, потому что просто так отдыхать в пятизвездочном отеле — скучно.

Джеймс развел руками.

— Но это правда. Ты попала в яблочко!

Она расхохоталась.

— Слушай, ты меня умиляешь. Когда мы вернемся, я…

— А здесь мобильная связь есть? — вдруг задала вопрос София, и все замолчали, уставившись на нее.

Во-первых, за полдня она не произнесла почти ни звука, и услышать ее голос было уже неожиданно. А во-вторых, при чем тут мобильная связь?

— А тебе зачем? — осторожно спросил Остин. Он машинально протянул руку, чтобы обнять Софию, и тут же отдернул, увидев, что на них смотрит Кэтрин.

— Мне всегда было интересно: тут ведь острова вулканического происхождения. Много всякого… железного.

— Да, мне Антуан тоже что-то об этом говорил, — вставила Кэтрин. — Сказал, что мобильный плохо работает и что местные операторы берутся лучше.

Все деловито полезли в карманы.

— Работает!

— Четыре деления! Мощно!

— Ну вот и хорошо! — с глубокой насмешкой в голосе резюмировал Джеймс, жестом приглашая всех на яхту. — А теперь, дамы и господа, пройдемте. Погуляли и хватит, скоро ночь наступит.

— Ну и что? Ночью на море красиво.

— Сегодня обещали дождь.

Кэтрин раздраженно отмахнулась.

— Его уже три дня обещают и никак не включат!

— Ты хочешь кораблекрушения? — вдруг спросил он, чуть наклонившись к ней. Глаза его смеялись.

— Так. Ты опять за свое? Мы же договорились!