Будь моей - Адалин Черно

— Богдан Олегович, — отвлекает очередной звонок моего зама. — Быстров никак не угомонится, ждет вашего приезда.

— И что, Вова? Ты не знаешь, что отвечать?

— Он обещает жалобу. Настроен решительно.

Подсознательно, когда пришел первый запрос на встречу от Быстрова, я понимал, что будет нелегко. Интуиция меня подводит редко. Проблемы действительно намечаются. Если я не вернусь на рабочее место в ближайшее время, этот хрен накатает жалобу и мне придется отвечать выше, по какой причине было отказано в строительстве. Быстров планирует большой комплекс, но добиться разрешения на застройку не может.

Отпуск у меня в этом году уже был, поэтому я не могу вызвать вице-губернатора и переложить ответственность на него. С Быстровым нужно увидеться лично, решить проблему со стройкой. Она у него не запрещена, просто… разрешение выдать не получится. В том месте, где он хочет начать строительство, расположено здание, представляющее историческую ценность. Я не могу выдать документы для строительства. Быстров думает, что если взятку не взяли органы местного самоуправления, то возьму я.

Можно, конечно, оставить все как есть — выдать отказ и забить, но не хочется, чтобы на меня жаловались. В ближайшее время я собираюсь решить проблему с Игорем, который по прежнему занимает пост мэра города. С моими полномочиями его легко отстранить от занимаемой должности, но я ведь хочу не этого. Мне нужно, чтобы он сел. Надолго. Чтобы Лера смогла вернуться в страну, не опасаясь за свое здоровье.

— На послезавтра его запиши. Скажи, что точно. Я прилечу.

— Хорошо. Принято.

Я сбрасываю звонок и отдаю распоряжение Мие забронировать мне билеты на завтра. Нужно лететь домой. Ждать решения Леры я не могу. Временное ограничение для принятия этого самого решения, я не установил, а поэтому что-то требовать не могу. Лера вправе решать столько, сколько захочет. Я могу только влиять на принятие этого решения, правда, как только уеду, такой возможности у меня не будет. Что можно сделать, находясь на другом конце мира? Послать цветы, заказать доставку подарка? Лера не оценит. Она даже мои стремления помочь с сыном восприняла в штыки.

Сегодня она на работе, завтра дома, а я улетаю. Не утренним рейсом, днем, но все же. На то, чтобы увидеть сына еще раз, есть пара часов. А я хотел познакомить Ромку с братом. Не выйдет. Разве что если освободить Леру от обязанностей на сегодня, но вряд ли она обрадуется. Она вообще недовольна тем, что я лезу в ее работу, освобождаю ее, даю привилегии. Не рада, что в коллективе ходят слухи. Это мне по боку, что говорят, а она с этими людьми работает.

Отбрасываю эту мысль и покидаю кабинет, чтобы провести время с Ромкой. Позавчера я вернулся едва ли не под утро. От Леры вышел в два часа ночи. Артур спал спокойно, Лера уснула около полуночи, а я «досматривал» фильм, хотя на самом деле понятия не имею, что там было. Я почти весь сеанс прожевал попкорн и смотрел то на Леру, то на сына.

— Богдан Олегович, — останавливает меня Мия. — Я забронировал билеты на три часа. Подойдет?

— Да, до послезавтра нужно долететь. Спасибо.

— Вы придете?

— Нет. Сегодня меня не будет. Завтра тоже. Все дела у Итана, пусть работает. Если что — звоните в номер.

Мия понятливо кивает и прощается, бубня напоследок что-то о том, как ей приятно было со мной работать.

При виде меня Ромка сияет улыбкой. Тут же отрывается от няни, которую я, к слову, не уволил. Во-первых, лучшего человека на пару дней здесь я не найду, а во-вторых, ей тоже возвращаться на родину.

— Можете идти к себе, Наталья. Оставшееся время я проведу с сыном.

У нас, на самом деле, не так много времени. Как только мы окажемся дома, Ромка вернется к репетиторам, походам на плавание, карате, рисование. А я вернусь к своим обязанностям. У нас не будет времени на плотное общение и игры. Стараюсь уделить сыну внимание сейчас, достаем игрушки, берем мозаику, лего. На игры уходит около трех часов. Ромка доволен, обнимает меня. Я стараюсь растить сына в строгости, но вот такие нежности позволяю, потому что ему не хватает материнского внимания. Нет матери, и он это остро чувствует. Няням я не позволяю прикасаться к сыну. Привыкать к чужим людям — плохо. Родные иногда оказываются предателями, а о чужих и говорить не стоит.

— У меня к тебе разговор, — обращаюсь к Ромке, решая не откладывать разговор в долгий ящик.

— Какой? — тут же оживляется сын.

Я хочу рассказать ему о брате. Завтра утром мы поедем с ним знакомиться, и я хочу, чтобы он узнал об этом чуть раньше.

— Помнишь, ты говорил, что хочешь братика?

— Помню. А что?

— Ты уже парень взрослый, поэтому надеюсь на твое понимание. Недавно я узнал, что у меня есть еще один ребенок.

Черт его знает, правильно ли я доношу информацию к сыну, но иначе не знаю как. Неплохо бы поработать с психологом, но сейчас на это нет времени.

— Блатик? — уточняет Рома. — Взлослый? — тут же дополняет вопрос.

— Маленький. Три месяца всего.

— А…

Ромка замолкает. Я интуитивно понимаю, о чем он хочет спросить.

— Его мама — Лера. Вы недавно виделись.

— Лела? — Ромка недоумевает. — Но она же не моя мама? Или моя?