Сладкая помощница для Альфа-кондитера - Рин Скай

— Красавица… я это, не понял! Ты что, с голыми ногами?!

— Как видишь! — шиплю я, пытаясь прикрыть коленки, покрывшиеся перманентными мурашками.

— Солнце… — потрясенно произносит бандит, — я забрал у вас последние деньги?! У тебя бабла даже на колготки нет?!

От потрясения его странной догадкой я теряю дар речи. Бритый расценивает это по своему. Он стягивает с себя кожаную косуху и опускает тяжелую, теплую от его тела ткань на мои посиневшие ноги.

— Солнце, ты хоть кушала сегодня?

***

Яростно отбившись от всех попыток накормить меня и накупить колготок, я сижу в машине словно на иголках. Но, похоже, переживаю зря. Кредитор решил строить из себя благородного флибустьера до конца. Глазам своим не верю, когда он высаживает меня у родного подъезда.

— Отдыхай, Солнце. Проводить?

— Нет! — вот этого еще только не хватало! — Кроме тебя меня никто не хочет покалечить!

— И я не хочу! — хмурится бандит. — Веник не забудь!

— Не нужны мне цветы от тебя! — проговорила я, и бегу к подъезду со всех ног.

Но зайти в спасительное нутро не успеваю. Рядом притормаживает знакомая машина. Вадим! А бандит, скотина такая, так и не уехал! Покараулить решил, чтобы я домой без происшествий попала!

Как бы ни было холодно и не хотелось в теплую квартирку, я просто не могла оставить Вадима в такой ситуации. Мало ли что этим самцам придет на ум? Вадька у меня хилый, Григорий как даст одной левой, и покалечит незадачливого мужика.

Но будущий муж не спешил выходить из машины. Он явно узнал джип кредитора, и вцепившись в руль, сидел каменным изваянием. Немая сцена затягивается. Я уже не то, что трясусь от холода, просто деревенею, покрывшись инеем.

Первым не выдержал брутал. Вальяжно выходит из машины, и, зыркая в мою сторону вразвалочку подходит к автомобилю Вадика.

— Выходи, побалакаем! — властно требует он.

Вадим сглотнул, но ослушаться не может. Выходит, и в свете фонаря я явно вижу как дрожат его колени даже через джинсы. Не мешкая более, подхожу ближе, пытаясь закрыть мужа собой.

— Что вам еще надо? Долг мы вам отдали. Оставьте нас уже в покое!

— Солнце, — ухмыляется мне бандюган, — иди домой, у нас тут мужской разговор намечается…

— Знаю я ваши мужские разговоры, — я не на шутку испугалась за Вадима, — если не уедите, вызову полицию!

— Алис! — пищит муженек, — правда, иди! Мы сами тут…

Вадим боится вызова полиции?! Что он еще натворил? Какие дополнительные дела имеет вместе с этим лысым гамадрилом?

— Полицию?! — хмыкает лысый, — Солнце, иди. Не покалечу его. Не бойся. Я ж тебе обещал и сдержал слово. Смотри: вся замерзла. Я его на пару слов только задержу.

— Иди, я сказал! — повышает на меня голос Вадим. — Просят же как человека, что за настырность такая?!

«Ах настырность?» — испепелила я взглядом обоих мужчин, после всего что я сделала для Вадима, не побоялась вступиться за него перед бандитом он выражает мне такую благодарность?! Ну и ладно! Унижения больше не потерплю! Развернулась и быстро пошагала к подъезду, пряча слезы обиды.

***

Поднимаюсь к себе. Ужасно хочется в горячую ванну, или под душ на крайняк, но сердце мое, несмотря на обиду, остается не спокойным. Не включая свет, подхожу к окну. Выглядываю. Вадим и бандит сидят в золотистом джипе. Что происходит внутри салона мне не видно, но я очень надеюсь на их взаимное благоразумие.

Тепло окутывает мои голые ноги так, что они постепенно начинают гореть, впрочем как и все остальные части тела, не прикрытые одеждой. Но я стойко терплю, всматриваясь в темноту двора и машину под одиноким фонарем. Наконец Вадим, целый и невредимый вылезает из вражеского джипа. Сгорбившись, он быстро прошмыгивает в подъезд. Бандюган стоит с секунду, а затем, взвизгнув тормозами на весь спальный район умчался, растворяясь в темноте ночи.

Выдохнув, отправляюсь под душ. Греюсь минут пятнадцать, наслаждаясь пролетающим мимолетным ароматом парфюма Дракона, когда вода оживляла молекулы запаха на шее и ниже, где горят оставленные им властные горячие поцелуи в подсобке дорогого ресторана.

Что со мной твориться?! Меньше чем через месяц я узаконю свои отношения с Вадимом, а сейчас, стоя под тугими струями воды бессовестно вспоминаю приятную до дрожи в коленях тяжесть невозможного мужчины на себе, его жгучие огнедышащие поцелуи, укусы и ненасытные до каждой обнаженной клеточки моего тела пальцы, не знавшие слов «стоп» и «нет»…

— Алис! — заколотили в дверь, — Ты там не утонула?! Не одна вообще-то живешь! Вылазь давай!