Чего желают чудовища - Инсомния Энн

— Я тебя понимаю, — неожиданно выдает Итан, когда мы заходим в цветочную беседку неподалеку от дома. — Твои родители — непростые люди.

Он действительно думает, что знает мое состояние, скажет пару добрых сочувствующих слов, и я кинусь к нему в объятия? Как бы не так. Мы наедине, а значит я могу позволить себе не сдерживать свой яд. Беседку я выбрала не случайно.

Это место скрыто от любителей выглядывать в окна, так что при большом желании я смогу приложить жениха лбом об столб. Весьма заманчиво.

— Да, и как же? — я присаживаюсь на скамейку, привлекая его взгляд сверху к глубокому декольте. — Это родители выставили меня на продажу или ты был инициатором сделки? Мне интересны детали.

— Все совсем не так, Саша, — Итан поднимает в примирительном жесте свои руки и наконец-то смотрит мне в глаза. — Начнем с того, что я тебя видел два года назад в вашем доме, но ты была слишком увлечена спором со своей мамой. Что-то ей доказывала, размахивая руками и топая ногой. Вот тогда я и понял, что ты мне подходишь…

— Как новый пиджак или пара туфель? Не дороговато ли вышло в итоге? — усмехаюсь я, поразившись таким раскладом дел.

— Ты можешь ерничать сколько угодно, — улыбается он лукаво. — Мне нравится твой бойкий характер и честность перед собой и другими. Я вижу, как родители сдерживают тебя, но в глазах, что сейчас напротив — ярый протест. Мне этого не хватает в жизни.

Его признание немного удивляет меня, но больше злит. Значит, все мои попытки его уколоть только играют против меня, добавляют красок в скучную врачебную жизнь…

— Люди в твоем случае покупают домашнего питомца, — чеканю я едко, без желания поддерживать эту романтичную ноту. — Собаку, хомячка… или змею. Но никак не жену!

— Я тебя не покупаю, Саша! — восклицает он пылко и присаживается рядом. — За пару недель до твоего восемнадцатилетия, я лишь спросил разрешения твоего отца за тобой поухаживать. Не всякий родитель захочет видеть свою дочь вместе с мужчиной на двенадцать лет старше…

Я решаю прервать его откровение, пока над его головой не вспыхнул нимб, а за спиной не выросли крылья. Я не из тех девушек, что любят, когда им льют сироп в уши.

— С твоих слов получается, что ты благороднейший принц на белом коне! Тогда откуда взялись разговоры в моем доме о «выгодном союзе» или это просто надежды моего отца?

— Нет, не надежды, — выдыхает Итан и устало трет переносицу пальцами. — С предложением о рабочем контракте и разделе акций выступил твой отец, подкрепив это справедливым аргументом. Так он будет уверен, что я настроен серьезно и не стану играть с твоими чувствами. А что еще серьезнее, чем официальный брак и общее дело?

— Как все убедительно говоришь… — тяну я ехидно, закидывая ногу на ногу. — Еще скажи, что это была любовь с первого взгляда!

Итан беззлобно смеется и кладет свою ладонь на мое колено. От неожиданности я вздрагиваю и поворачиваюсь лицом к нему.

— Нет, Саша, не скажу, — а вот это уже интересно… Я даже забываю скинуть его руку со своей кожи. — Мне кажется, что ты так же, как и я — далека от всей этой влюбленной чепухи. Привыкла мыслить здраво. Я предлагаю тебе союз, в котором ты будешь свободна.

— А тебе какой от меня тогда толк, раз дело не в чувствах? — искренне недоумеваю я.

— Я разве сказал, что дело не в чувствах? — поднимает брови он и понижает тон голоса. — Сейчас это осознанное желание обладать тобой и сделать свою жизнь намного интереснее. Любовь в моей жизни была. По всей классике жанра — слепая и губительная.

— А что из этого союза получу я? — горько усмехаюсь я. — Пока, мне только ясно дали понять, что откажись я от него — отправят меня в Россию. В глухую деревню, коров пасти.

— Я тебе таких перспектив не обещал, — выпускает тихий смешок он и тут же становится серьезным. — Ты получишь намного больше свобод, чем в этом доме. Или ты думаешь, что твои родители когда-то так просто разрешат распоряжаться своей жизнью? Пока у них есть рычаги давления, твоя жизнь под их контролем, хочешь ты того или нет.

Я замираю, осмысливая его слова и по новому рисуя портрет Итана в своей голове. Возможно, он не так плох, как я думала. На сто процентов я ему не верю, но доля правды в его словах есть. Он умен и наблюдателен.

— Ах, вот вы где! — счастливо восклицает, появившаяся на ступеньках мама. Ее глаза первым делом проходятся по Итану на наличие увечий и лишь потом останавливаются на мне. — Саша, я принесла твой телефон. Он разрывается от звонков уже десять минут!

Да, ладно! Я закатываю глаза и коряво улыбаюсь, подходя к ней. Когда это ее беспокоил мой телефон? Мы обе знаем, зачем она сюда пришла. Никак не из-за телефона.

— Спасибо, — сухо благодарю я и снимаю блокировку с экрана.

Семь пропущенных от Софии выглядят пугающе, и я немедленно решаю перезвонить, пока мама любезно воркует с Итаном.

— Алло, что-то случилось? У меня тут семейный ужин, не слышала звонков.

— Да, блин, случилось! — возмущенно тараторит Софи, — Я тут пытаюсь тебя предупредить, что служба спасения уже давно в пути! Времени у нас в обрез, поэтому я взяла все в свои руки и договорилась с подходящим кандидатом. Цена кусается, но уже не до споров. Готовь десять тысяч через неделю.

— Погоди, погоди! — кидаю я шокировано, прикрывая динамик смартфона рукой. Эти двое рядом увлечены разговором, но все же близко. — Я не рассчитывала начинать шоу сегодня, и вообще кого ты мне нашла?

— Нет уж! — останавливает меня подруга. — Сегодня самое время. К тебе едет Чейс Дилан. Наша удача, что ему сейчас очень нужны бабки.

Я судорожно начинаю копаться в своих воспоминаниях, чтобы понять откуда я знаю это имя. В списке его не было… Софи же, почувствовав мою растерянность, решает мне напомнить.

— Я его упоминала. Байкер, опасный тип, но за деньги будет пушистым паинькой. По моим подсчетам уже должен быть у ворот твоего дома и петь серенады.

Словно по волшебству в этот самый момент до меня доносится громкое «Киса моя, я приехал.». Слышу это не только я, но и Итан с мамой. Они замирают с каменными лицами, уставившись на меня.

Мне же остается только повесить трубку и сделать решающий глубокий вдох. Выглядеть удивленной мне никак нельзя, хотя офигела я от «Кисы» ничуть не меньше их.

— Это за мной, — оглашаю я, храбрясь. — Друг. Ужин закончен, и если вы не против, то я проведу остаток вечера, как хочется мне.

Любезно улыбаюсь и разворачиваюсь на выход из беседки. За спиной незамедлительно слышатся тяжелые шаги и стук маминых каблуков. Отлично. Пусть полюбуются на мой эпичный уход в закат.