Свеча на подоконнике - Дженни Лукас

Слава богу, что я не люблю его, с удовлетворением подумала Тамсин. Ну что, право, за человек? Как можно превращать доброе дело в подлость?

Откинув покрывало, Тамсин вылезла из постели.

— Мне нужно одеться. Маркос подошел ближе.

— Позволь мне помочь.

— Кажется, ты говорил, что... что наш брак будет только на бумаге.

— Я не произносил таких слов, дорогая. Я сказал, это будет брак по расчету. И я хочу спать с тобой в одной постели каждую ночь. И чтобы ты была голой, а не в этих бесформенных сорочках, которые так тебе нравятся. Ты не сможешь прятать от меня свое тело. Я этого не позволю. То, что я попробовал, только раздразнило аппетит.

Маркос погладил спину Тамсин, прижимая ее к себе. Сердце девушки забилось от страха. Как мог такой хладнокровный мужчина заставить ее чувствовать такой... жар?

Тамсин вырвалась из его рук и подошла к шкафу, чтобы достать халат.

— Я умираю с голоду.

— Я тоже.

Тамсин сглотнула, понимая, что они в любую секунду могут оказаться в постели. А ведь, даже если они действительно поженятся, ей нельзя влюбиться в него.

— Я хочу есть, — повторила Тамсин, надевая халат. — Не скажешь мне, где кухня?

— Я сам отведу тебя туда.

— Не нужно. Уверена, я смогу найти...

— Я провожу тебя, — тоном не терпящим возражений произнес Маркос.

— Хорошо.

Маркос взял Тамсин за руку, и они вместе вышли из спальни и спустились по лестнице. Прошли несколько коридоров и оказались в огромной кухне.

— Вот мы и пришли.

Они были одни. Так же как и в спальне.

— А где все остальные? Я думала, тут будет куча народа.

— Жаль тебя разочаровывать, но сейчас время сиесты. Ты что, боишься оставаться со мной наедине, сеньорита Уинтер?

— Разумеется, нет, — соврала девушка. — Я просто хотела сделать себе бутерброд, а не знаю, что где лежит.

Маркос принялся доставать продукты из холодильника: ветчина, сыр, паштет, спаржа, помидоры, хрустящий хлеб.

— Что ты делаешь?

Не говоря ни слова, Маркос быстро соорудил огромный бутерброд.

— Сядь, — скомандовал он. Тамсин села за круглый стол, а Маркос протянул ей бутерброд. — Попробуй.

— Я не смогу это съесть! — запротестовала девушка. — У меня не такой большой рот.

Маркос усмехнулся.

— Если голодна, сможешь.

Тамсин чувствовала себя ужасно, откусывая здоровенный кусище. Она и не знала, что ветчина бывает такой вкусной.

— Чудесно! — с набитым ртом произнесла Тамсин. — Не хочешь сделать себе такой же?

— Я приберегу аппетит. Для десерта.

— А! — Тамсин откусила еще, только теперь осознав, что он имеет в виду. — О!

Маркос широко улыбнулся, прочитав ее мысли.

— Мороженое, — пояснил он.

Тамсин даже ощутила некоторое разочарование. Чем больше она ела, тем больше сил чувствовала в себе. Возможно, физический контакт ничем ей не угрожает. Занятия любовью ведь вовсе не обязательно заставляют женщин влюбляться в своих любовников. Уж точно не ее. Тамсин сможет устоять. Она с удивлением посмотрела на свою пустую тарелку.

— Я все съела.

— Разумеется. — Маркос погладил ее по щеке. — Ты не из тех вешалок, которые живут за счет листиков салата и диетической воды. Ты слишком любишь жизнь и удовольствия, которые она дарит.

Тамсин потянулась навстречу его ласке. Маркос склонился к ней, двигаясь очень медленно, и наконец поцеловал ее. Он помог ей встать и развязал пояс ее халата, снял его с ее плеч и позволил ему упасть на пол. Их разделяла теперь только тонкая ткань сорочки.

— Хочешь немного десерта?

Тамсин прикрыла глаза от удовольствия. Ее страхи и сомнения рассеялись. Почему она должна отказывать себе в удовольствии заниматься любовью с этим мужчиной из-за смешного страха, что она может в него влюбиться?

— Да, — выдохнула Тамсин. — Хочу десерт.

Отпустив ее, Маркос подошел к холодильнику и достал оттуда две коробки мороженого.

— Шоколадное или клубничное?

— Что? — не сразу поняла девушка.

— Мороженое. Ты сказала, что хочешь десерт.

— А, мороженое, — разочарованно протянула Тамсин, — все равно.

— Я думаю, то и другое. Иди сюда. Зачарованная, Тамсин вложила руку в его ладонь. Ничего ей не объясняя, Маркос снял с нее сорочку.

— Что ты делаешь? — выдохнула девушка, пытаясь прикрыть свою наготу. Они же на кухне! Вдруг кто-нибудь войдет сюда? Тот же Райес или эта вредная экономка Нелида. — Мы не можем...

— Я могу. — Мужчина с легкостью усадил Тамсин на стол и встал над ней. — А теперь десерт.

Маркос достал ложку и зачерпнул немного шоколадного мороженого.

— Открывай рот.

Но он не положил ложку ей в рот. Он провел мороженым по ее губам, оставляя на них вкус шоколада и ощущение холода. Тамсин облизала губы.

— Еще.

Маркос снова повел себя неожиданно. Он не дал ей мороженого, а склонился к ней и поцеловал в губы.

Тамсин уже стало не важно, что она полулежит обнаженная на кухонном столе. Главное, чтобы Маркос занялся с ней любовью.

— Еще один поцелуй.

Маркос поцеловал ее. Легко и дразняще, только распаляя ее желания. Затем запустил ложку в клубничное мороженое и намазал им соски Тамсин, потом наклонился и не спеша слизал мороженое. Она вскрикнула, выгнув спину.

— Прошу тебя, — выдохнула она. — Не заставляй меня ждать.

— Хочешь, чтобы я разделся? Тамсин кивнула.

Маркос загадочно улыбнулся.

— Но ты вся в мороженом. На кухне. Кто-нибудь может войти и увидеть тебя.

Нахмурившись, Тамсин села. Если уж она раздета, то и он может раздеться. Она стянула с Маркоса футболку и надела ее, затем взяла его за руку и вывела из кухни.

— Сеньор, — услышала она голос экономки позади них, когда они прошли первый коридор. — Я собираюсь начать готовить обед и хочу посоветоваться с вами, что вы предпочтете... — Не договорив, она вскрикнула.

Тамсин обернулась, заметив осуждение на лице экономки. Но сейчас ей было все равно.

— Сделайте что-нибудь на ваш вкус, — спокойно ответила она. — И не торопитесь. Мы с Маркосом будем заняты еще как минимум часа два.

Потом Тамсин развернулась, увлекая Маркоса за собой и оставив Нелиду бормотать испанские разговорные слова и выражения.

— Ты изменилась, — заключил Маркос, оказавшись в спальне с Тамсин.