Кредо содержанки - Елена Чалова

К моменту окончания ужина, который показался Рине ужасно скучным, почти все присутствующие были порядком пьяны. Лица мужчин оплыли, и взгляды стали не слишком осмысленными. Смех и голоса звучали громко, жесты потеряли точность. Девицы хохотали все визгливее, вешаясь на шею своим покровителям, мелькали голые коленки и плечи. Рина, тронув Ивана Александровича за локоть, сказала:

– Я выйду на воздух, ничего?

Он махнул рукой, занятый обсуждением какого-то проекта, и она выскользнула из-за стола и, накинув куртку, на улицу. Следом вывалился какой-то мужчина, обхватил ее за талию – на другой его руке уже висела девица – и закричал:

– Девчонки, айда в баньку!

Ему удалось стащить Рину с крыльца, но на дорожке она выскользнула из рук непрошеного кавалера и отступила за кусты. Компания прошла мимо, и, вздохнув с облегчением, она направилась к деревянной беседке. Ее резные перила и край крыши увиты были гирляндами с разноцветными лампочками, но света они давали очень мало, и потому, лишь ступив на первую ступеньку, Рина поняла, что внутри кто-то есть.

– Простите. – Она повернула было обратно.

– Я просто курю здесь и дышу свежим воздухом, – раздался из темноты негромкий голос. – Если вас не стеснит мое присутствие – присоединяйтесь.

– Спасибо. – Рина вошла в беседку и присела на деревянную лавочку напротив незнакомца.

– Погодите-ка. – Он встал, и Рина испуганно съежилась – в темноте мужчина показался ей огромным…

– Вот, здесь есть пледы, возьмите один, а то замерзнете. Вы ведь в короткой юбке.

– Спасибо. – Она приняла плед, постелила его на скамью и краем накрыла колени. – В короткой юбке и правда сыро, но что делать – униформа.

Мужчина засмеялся.

– Как прошла охота? – спросила Рина. Не то чтобы ей было интересно, сколько именно зверушек сегодня загубил этот человек, но она рассчитывала, что мужчина начнет хвастаться, а ей останется только ахать в нужных местах.

Но вместо подробного рассказа об охотничьих подвигах, мужчина, вздохнув, сказал:

– Тяжко было.

– Что так?

– Видите ли… я вообще-то не охотник. А сегодня все как-то с утра не пошло… машина моя сломалась, а ехать надо… здесь люди нужные отдыхают, ну, да вы понимаете…

– Да, конечно.

– Ну, я взял машину у соседа. «Опель», да еще не новый. А дороги не знаю, и мне мужики сказали: держись, мол, за нами. Ох, я и натерпелся! Они как вдавили на своих джипах под двести, я думал, мы с тем «опелем» вместе развалимся…

Рина захихикала.

– А как на охоту пошли, так еще дурее получилось… идем, охотнички все как один фляги подоставали и давай греться. Там у кого что – коньяк, виски. Пока дошли до места, они уж все и прикончили. Правда, у особо запасливых оказалось по две фляжки. А потом один кричит – вот они, смотри! И палить. А второй чуть не в мою сторону пальцем тычет и тоже кричит – и стреляет. Мама дорогая! Я упал, и ползком, ползком, в сторону. Нашел канавку между кустами. Честно сказать, большую часть охоты там и провел.

Рина уже хохотала в голос.

– Спасибо, повеселили. – Только теперь, когда глаза привыкли к темноте, она разглядела его: симпатичный мужик средних лет, несомненно трезвый, он улыбался спокойной приятной улыбкой. – Как вас зовут? – неожиданно спросила она.

– Кирилл. А вас?

– Рина.

– Ну что ж, Рина, пора возвращаться на наши галеры.

– Ой, не говорите. А ведь сейчас еще и в баню идти придется.

– М-да, придется.

В бане творился форменный кошмар. Перепившийся народ перестал стесняться окончательно. К Рине привязался пьяный лысый тип и все пытался развязать тесемочки на ее бикини. Она уворачивалась и в какой-то момент как бы случайно опрокинула ему на ноги тазик с горячей водой. Пьяный, ругаясь, принялся приплясывать, а она скрылась в клубах пара и еле отыскала Ивана Александровича. Тот сидел бледный, и вид его не понравился Рине.

– Вам нехорошо? – спросила она.

– Да что-то съел, наверное. Желудок скручивает. – Он скривился. – Давай-ка выйдем подышим.

Рина подхватила его под руку и почти поволокла в другое помещение к бассейну. Здесь было красиво. Стеклянная стена открывала вид на лес и луг. Сейчас уже стемнело и лес был темен, но на краю его горел костер, и искры веселыми огоньками взлетали высоко в воздух, незаметно падая назад серым пеплом.

Дно и борта бассейна затейливо выложены были узорной плиткой, имитирующей всякую морскую живность – звезд, раковины, рыбок. Плещущаяся вода дарила им иллюзию движения, и выглядело все это забавно.

Но Рине было не до местных красот. Устроив мужчину на шезлонге, она принесла воды. И через некоторое время поняла, что состояние его не улучшается. Лоб Ивана Александровича покрылся каплями холодного пота, кожа была бледной, и дышал он как-то мелко и часто. Рина побежала искать кого-нибудь из администрации. В бане толклись голые и скудно одетые тела, тогда она, как была – в купальнике – выскочила на улицу и побежала к главному корпусу. Там, в комнатке за конторкой, сидели четверо и пили чай. Увидев Рину в неглиже, они замерли с открытыми ртами.

– Здесь есть врач? – спросила она.

– Н-нет, – ответила одна из теток.

– Тогда помогите мне. Человеку плохо, его надо в больницу. Но до машины он не дойдет.

Егеря вскочили и без дальнейших пререканий последовали за ней. Увидев Ивана Александровича, покачали головой, подхватили под мышки и понесли к выходу.

– Кладите его в машину, только укройте. Я за вещами и документами.

Егеря потащили Ивана Александровича в микроавтобусик, принадлежащий лесхозу.

– Я сейчас, – крикнула она и побежала к домику. Побросала в сумку деньги и документы любовника, схватила его мобильник и ключи от машины, натянула белье и джинсы, свитер, кроссовки на босу ногу – и бегом припустилась вниз. Иван Александрович уже лежал на сиденьях, укрытый одеялами. Рина села рядом, тяжело дыша. Водитель рванул машину, и они понеслись по темной, но, к счастью, довольно гладкой дороге.

– Больница далеко? – спросила Рина.

– Километров тридцать.

Наверное, они доехали быстро, но Рине дорога показалась вечностью. Больница по ночному времени была тиха и темна. Никто не вышел на сигнал машины, и тогда она выскочила и забарабанила кулаками в дверь.

– Чего хулиганишь? – Грязное в облезлой деревянной раме окошко рядом с дверью распахнулось.

– Человеку плохо, позовите врача.

– А вот пить меньше надо, – почти злорадно отозвалась тетка.

– Слышь, кикимора, – крикнул егерь, высунувшись из окна машины. – Это с лесхоза, важный перец. Если окочурится, вас всех засудят, а то и так постреляют на х…