Я Не игрушка для тебя (СИ) - Ольга Рог

— Ритуль, дави на газ! — мне кидает ключи Макар от своего джипа.

Холодными руками завожу зверя и чувствую, как адреналин начинает течь по венам. Я такая же чокнутая! Мне даже допинга не надо! — ухмыляюсь.

36

— Рита! Бля… я сейчас здесь все заблюю! — Макар бледно-зеленого цвета, держится за живот.

Ну вот! Я только разогналась…

— Я те говорил, что она шумахер в юбке, — Матвей оборачивается на Тихомирова, сидящего сзади.

— Ритка, тормози! Он мне всю машину испоганит!

Торможу. Приехали же! Чего так орать? Ну, окажемся в аду… а там все свои — посмотрела на братишек. Гашу машину рядом с площадью, где елочка стоит. Парни буквально выползают из джипа. Макар присел прямо на мостовую, отдышаться. Закрыла дверь. Втянула морозный воздух. Хорошо как, Господи! — подняла лицо к падающим сверху снежинкам. Легкий морозец покалывает щеки.

Огромная ель переливаясь огнями, манит к себе.

— Я протрезвел даже, — ворчит Макарушка, поднимаясь с земли.

— Ритка, ты куда? — орет в спину Матвей, увидев, как я топаю к новогодней красавице.

— Деда Мороза искать, с подарками, — отвечаю, протянув руку к ветке ели.

Дерево было настоящим. Пахнуло хвоей. Перебираю пальчиками иголки, трогаю шары…

— Братан, мы долбоебы! — заявляет Макар. — Забыли нашей сестре подарок купить.

— Ты только за себя говори, — лыбится Матвей и идет открывать багажник.

Стою у елки, жду подарка. Королев достает из багажника велосипед и катит его ко мне. Вау! Спортивный, с разными скоростями! — восторженно таращусь на двухколесное чудо.

Не знаю, умела ли Рита кататься на велике, но Маргоша любила…

— Слушай, а она не свалится? — забеспокоился Тихомиров.

— Не свалюсь, — тяну ручонки к вело-красавчику.

На площади снег вычищен до плитки. Немного припорошило, но это не беда. Почетный круг вокруг елочки — вот оно, счастье! Остановилась рядом с Матвеем.

— Моооть! Так приятно… нет слов! — чмокаю его в нос.

— У меня тоже есть подарок, — рядом раздается хриплый голос.

— Мы, все вместе, едем на Красную поляну, — ковыряется в своем телефоне Макар. — Отель уже забронировал, — показывает сайт.

— Думаешь, меня сейчас выпишут? — тяну с сомнением.

— Куда они денутся! — заявляет самоуверенно Макар.

— Внимание! До Нового года пять минут! — вгоняет в панику Королев. — Ща, шампанское достанем! — подрывается снова к машине.

— Три, два, один! Урааааа! — брызги шампанского попадают на нас, но мы этого не замечаем.

Бокалов нет. Бутылка идет по кругу.

— Один глоток, систер, мы тебе разрешаем! — бутылка оказывается у меня в руках. — Загадала желание? — серые глаза шарят по моему лицу.

Улыбаюсь и отпиваю, буквально смочив губы… О, да! Я загадала!

37. Курорт

Меня действительно выписали из больницы, для продолжения лечения на дому.

— Какой курорт? Вы, молодежь, совсем головой думать перестали? — по пути меня отчитывает Тихомиров-старший.

Папенька- намба ту, забрал из больницы и вез на мою квартиру.

— Отец, пусть Рита свежим воздухом подышит. Катать мы ее будем разве что на подъемнике, — оправдывается Макар, заговорчески подмигнув мне.

— Рита никуда не едет! — безапелляционно заявляет прокурор.

— Это мне решать, — встреваю в спор. — Я, девочка уже самостоятельная!

Самостоятельная собрала небольшую сумку. Порывшись на сайте Спортмастера, заказала горнолыжный костюм и ботинки. Кататься и правда не собираюсь, но чтобы не отличаться от остальных любителей горнолыжного отдыха… главное — жопка в тепле и удобно.

— Рита! Виолетта! Знакомьтесь! — братец представляет мне старшую сестру.

Блондинка, как и я, только с карими глазами, надув губки, нехотя здоровается. Ей больше интересен Матвей, который сдает наши сумки в багаж. Все эмоции написаны на лице… Виола, как похотливая кошка, облизывается на Королева. Ну, хоть у кого-то будет личная жизнь — пожимаю плечами.

— Девочки — налево! Мальчики — направо! — с грустью, понимаю, что номер у меня, с сестрицей, общий.

Виолетта тарахтела и жаловалась на "неудобства". Все не так, как она хочет… вороги лютые специально выдали халаты одинаково белые, когда она любит нежно-сиреневый. Кровать не достаточно широкая и мягкая… Заткнув уши наушниками, чтобы не послать ее лесом, устраиваюсь сама и разбираю вещи по полкам.

— Ты меня слышишь, вообще? — бесцеремонно, стервоза выдергивает один из моих звукопередатчиков.

— Что?! — рычу.

— Я хотела эту полку занять! — тычет маникюром на мои, уже разложенные вещи.

— Будешь верещать мне под ухо, побрею тебя ночью налысо! Шмотки твои развею с пятнадцатого этажа! Поняла?!

— Да, ты…, - Виола покраснела.

— Чокнутая! У меня и справка есть! — щелкаю перед ее носом пальцами.

Сестрица как-то сразу притихла, настороженно оглядываясь по сторонам, затем рванула к двери… Угу, жаловаться понеслась, коза.

— Лютуешь? — поинтересовался Матвей, когда мы встретились на первом этаже, в кафе.

— Она мне весь мозг вынесла, — шиплю, и кидаю взгляд на сестренку.

Та испуганно жмется к Макару и что-то шепчет ему на ухо.

— Девочки! Давайте жить мирно! — синеглазый стряхнул ноющую Виолу с себя.

— Кхы! — чуть не подавился Мотя, весело метнув взгляд в мою сторону. Явно он ставил на меня… Ну, спасибо, брат!

38. Савелий

Ехать сегодня на горнолыжку отказалась. Сказав, что поваляюсь в номере, помахала рукой вслед родственничкам.

К обеду спустилась на лифте. Чувствовала себя жутко голодной. Шведский стол радовал разнообразием. Накидав целую гору еды, пристроилась за столиком, у окна.

Вошедшие мужчины сразу приковывали взгляд всех, кто находился рядом. Красавчик, лет тридцати с двумя охранниками. Покрутив головой, он двинулся к моему столику. Черт! Есть же еще места! — недовольно рассматриваю мажора, который без разрешения, плюхнулся напротив.

Подняв бровь, он посмотрел на меня и на изобилие еды, перед моим носом: куда в тебя столько влазит?

— Обожрусь и помру молодой! — выдаю и продолжаю чавкать, подъедая салат, похожий на оливье.

— Савелий! — представляется богатая наглая морда.

Игнорю, поглощая свой обед.

— А тебя как зовут? — не выдерживает безразличия мужчина.

Внимательно рассматриваю индивидума. Птичка высокого полета. Одни часы стоят, как моя квартира, в центре. Два цербера рядом внимательно следят за каждым шорохом… Шатен, с янтарно-карими глазами. Волевой подбородок, с легкой небритостью. Можно было сказать, что есть в нем налет интеллигентности…

Савелий.

— Мой папа-прокурор, не разрешает разговаривать с незнакомыми мужчинами! — фыркаю, что приходится сворачиваться побыстрее.

— Почему одна здесь? — спокойно спрашивает, явно фиксируя мое раздражение, от своего присутствия.

— Братья и сестрица ушли кататься, — нехотя отвечаю.

Понимаю, что он разводит меня на информацию о себе и пытается разговорить. Развлекать скучающего мажора я