Невольно беременна - Виктория Вишневская

– Хорошо, – выдавливает из себя, а потом, всё ещё не дожидаясь разрешения уйти, вылетает из кабинета, даже не закрыв за собой дверь.

Глава 18

Алиса

Стою перед комнатой Картера как перед плахой.

Старалась взять себя в руки, пересилить и открыть эту проклятую дверь.

Когда я выходила из комнаты, на часах было без пяти семь. Эти пять минут дала себе собраться, хотя делала это последние несколько часов. Но и тех не хватило, чтобы уверенно зайти в спальню Адама, при этом не переминаясь с ноги на ногу у порога.

Втянув в лёгкие больше воздуха, подняла руку и положила ладонь на золотистую ручку. Обхватив её пальцами, спустя несколько секунд повернула в сторону и замерла, когда защёлка отодвинулась в сторону.

Адам, наверняка, уже слышал, что я сделала, и уже обратил внимание в сторону шума. Именно поэтому, чтобы не выглядеть трусихой в глазах мужчины, дёрнула преграду на себя.

Всё будет нормально. Это проходит каждая девушка, и рано или поздно это произошло бы и со мной. Неважно, кто это будет – Картер или другой мужчина. Будущее неизбежно, и я только оттягивала его, накручивая себя ещё больше.

Перешагнув порог спальни, сразу же почувствовала запах цитруса в носу. Это был излюбленный одеколон Адама, который он использовал в прошлом. Вот и ещё одна деталь, которая не изменилась.

И почему я помню его?

Поднимаю взгляд с пола и смотрю вперёд, встречаясь с горящими глазами Картера. Меня передёргивает, а волоски на затылке встают дыбом только от внимания на мою персону. От которого сразу же хочется скрыться. Сбежать куда подальше и больше не попадать в поле его зрения.

– Подойди, – его слова прозвучали как приговор. Вот она, моя персональная плаха в виде Картера и ночи с ним.

Делаю несколько неуверенных шагов вперёд, сжимая ткань чёрного шёлкового халата. В нём было неловко, стеснительно, но чем быстрее избавлюсь от одежды и Адам сделает своё дело, тем раньше я уйду из его комнаты.

Даже через полумрак помещения видела, что мужчина был обнажён по пояс. Темнота дополнительно давила на сознание, и даже свет от бра и мелких светильников не помогал. И после слов Картера ничего не изменилось, как бы он ни говорил.

– Расслабься, – наоборот, напряглась ещё больше.

Ладонь взмыла вверх, и мне сразу же захотелось сжаться. Понимала, что он не ударит. Но инстинкт самосохранения так и кричал, что сейчас случится что-то ужасное. Сдержалась, чтобы не выдать своих истинных эмоций.

Пальцы поддели подбородок, заставляя поднять взгляд с его груди на лицо. Смотрю Адаму в глаза, и внутри всё горит от волнения.

– Не бойся, – резко произносит. В его голосе сталь, раздражение и грубость. – Девушка должна дрожать не от страха, а от удовольствия.

Его выражение лица каменное, челюсть напряжена, а глаза в предвкушении полыхают.

Картер делает шаг вперёд, и мне хочется отдалиться, но не успеваю. Ладонь скользит по подбородку, щеке и оказывается на затылке, вплетаясь в волосы и притягивая к себе.

Между нами крохотные сантиметры. Вздымающаяся от волнения грудь намеревается коснуться его обнажённого торса, но только скользит в нескольких миллиметрах. Но даже так чувствовала, как кончик ткани касается его кожи.

Всё нормально. Адам не зверь. Не чудовище и не животное. Обычный человек, у которого было много девушек, и он не сделает мне больно. По крайней мере, я надеялась на это. Ему незачем делать всё это, ведь я – будущая жена и мать его ребёнка.

В следующее мгновение забываю моргать, потому что Картер наклоняет голову и касается лицом моих волос.

Что он?..

Не успеваю произнести этот вопрос у себя в голове, как Адам перебивает меня.

– Как же я долго ждал, Алиса, – втягивает носом воздух, сильнее вжимая пальцы в кожу головы. А вот сейчас мне становится по-настоящему страшно.

Что он имеет в виду? Чего ждал?

Хочется задать эти вопросы вслух, но не могу. Слова будто застряли в горле.

Пальцы в моих волосах сжимают локоны и тянут их вниз, заставляя запрокинуть голову назад и ахнуть от покалывающей боли. Дыхание спирает, стоит только вдохнуть кислорода и поднять взгляд на мужчину, но ничего не успеваю.

Жёсткие губы накрывают мой рот, и руки неосознанно отпускают ткань халата, взмывая вверх и перемещаясь на обнажённую грудь. Не чтобы оттолкнуть, нет. Просто защитная реакция, требующая этого. Но, пересилив себя, подушечками пальцев упёрлась в его стальные мышцы, чувствуя под ними тёплую плоть.

Делала это для себя. Чтобы было легче воспринимать мужчину рядом с собой. И потом не биться в истерике, когда он будет входить в меня, тараня большим телом и сжимая своими ладонями моё маленькое туловище.

Бесстыдные губы, обрушившись шквалом безумных движений, заставляют растеряться. Я целовалась с мальчиками, и было, с кем сравнить. Только те были детдомовскими неопытными пацанами, которые и целоваться толком не умели, лишь лезли под юбку, намереваясь присунуть каждой девчонке.

Но то, что я сейчас чувствовала с Картером, и рядом не стояло с ними. Потому что в этот момент чувствовала что-то приятное. Несмотря на грубость, быстрые, словно оголодавшие движения, отторжения не было.

Неловкость – да, страх – тоже, но не оно.

Ловкий язык проникает в мой рот, а ладонь, снова оказавшаяся на затылке, прижимает меня к Картеру сильнее.

Чувствую на талии тяжёлую руку, которая дёргает меня вперёд, и я прижимаюсь грудью к торсу мужчины, чувствуя голыми участками тела горячую кожу. Мурашки бегут по спине, а пальцы сильнее упираются в Адама.

Картер, словно изголодавшийся зверь, ускоряется, и я, не успев ответить на поцелуй, теряюсь ещё больше. Сейчас он, словно сорвавшийся с цепи пёс, готов съесть свой заветный кусок мяса, которым была я.

Губам непривычно, немного больно, и я делаю то, что не ожидаю от самой себя – отвечаю.

Потому что мне нужно было привыкнуть. Почувствовать его всем своим телом. Ибо знала – если не сделаю ответный шаг, так и буду топтаться на месте, страшась его. А я устала бояться.

Только вот стоит мне встретиться с его языком и соприкоснуться с ним, как Картер резко отстраняется.

Распахиваю глаза, не понимая происходящего. Ему не понравилось? Может, не стоило вообще делать этого?

Но в следующие мгновения, стоит мне заглянуть в полные похоти глаза, понимаю – я разбудила зверя. Самого настоящего и реального.

Сверлящий взгляд, проникающий в душу и сжигающий изнутри, парализует.