Ненавижу мажоров (СИ) - Элина Бриз

Я раздвигаю губы в милой приветливой улыбке до тех пор, пока до меня не доходит смысл ее слов про сыночка и я, наконец-то, понимаю, зачем меня мама притащила на этот идиотский ужин. Познакомить решила, значит, с очередным хорошим мальчиком или еще хлеще сосватать нас друг другу.

Хозяйка дома ведет нас в гостиную и убегает на кухню проведать готовность ужина. Я в бешенстве разворачиваюсь к матери и начинаю шипеть сквозь зубы.

— Мама, как ты могла притащить меня сюда? Сколько еще это будет продолжаться? Я не хочу знакомиться с хорошими мальчиками и сыновьями твоих подруг. Не хочу с ними ужинать, дружить и вообще ничего с ними не хочу.

— Вероника, пожалуйста, не кричи так. Нас могут услышать. Уверяю тебя, ничего такого у меня даже в мыслях не было.

Ага, как же, так я и поверила. Эти кристально честные глаза очень даже могут врать, как оказалось.

Волны моего бешенства уже вовсю распространяются по комнате, но это видимо была их малая часть, потому что то, что я чувствую дальше, развернувшись к лестнице со второго этажа, рискует снести крышу у этого элитного особняка. А вижу я там Кирилла Гордеева в стильном деловом костюме и светлой рубашке, невозмутимо спускающегося по ступенькам и приближающегося к нам. Твою мать, ну разве так бывает? Он скользит незаитересованным взглядом по комнате, до тех пор, пока не натыкается на меня. Застывает в полном изумлении. Наш общий с ним ступор длится несколько секунд, пока в гостиную не возвращается хозяйка этого дома и не начинает нас представлять друг другу.

Вижу, что Гордеев постепенно приходит в себя и начинает уж слишком пристально пялиться на мои ноги. Я даже чувствую, как их постоянно покалывает, хотя длина юбки очень даже скромная. Его физиономия разъезжается в ироничной усмешке и я закатываю глаза. Ну, как я могла так попасть! Ведь уверена, что договориться о чем-то с этим придурком будет практически не возможно.

Глава 14

Кирилл

Вот зачем я пообещал матери, что поужинаю с ней и ее подругой? Так устал с дороги, что хотелось завалиться спать на ближайшие сутки, а теперь вынужден нацепить на себя костюм, аккуратно причесать непослушные волосы, чтобы сойти за пай-мальчика и спуститься вниз.

Для меня стало полнейшей неожиданностью, что эта ее подруга придет к нам на ужин со своей дочерью. Сначала хотел возмутиться и отказаться от участия в этой авантюре, потому что я знаю, с какой целью моя мать все это решила провернуть. Но потом увидел, кем является эта самая ее дочь. Сказать, что я охренел, это не сказать ничего. Прямо посредине моей гостиной стояла Ника в каком то совершенно идиотском монашеском платье и с заколотыми волосами. Что она здесь делает и почему она оказалось дочерью подруги моей матери? А еще, судя по всему, дочерью богатых родителей, потому что украшения в ушах Ники и на шее ее матери — не бижутерия. Почему она ломает комедию в жизни и строит из себя бедную родственницу в универе, я разберусь позже. Сейчас я предпочитаю рассмотреть ее тоненькую фигурку, обтянутую черной тканью. А посмотреть здесь явно есть на что. Грудь под огромным воротником было видно плохо, но она точно была и мне кажется не меньше третьего размера, тонкая талия и красивые стройные ножки. Я облизываю ее взглядом несколько раз и уже чувствую, как чешутся руки вытащить все шпильки из ее дурацкой прически и зарыться туда пальцами.

Мать начинает представлять нас друг другу, на что Ника вежливо улыбается и скромно замечает:

— Мы знакомы с Кириллом, учимся в одном университете, пересекались несколько раз через общих знакомых.

Через общих знакомых, значит, пересекались? А ничего, что ты на голову мне упала, мерзавка мелкая. Потом в бассейне плавала, куда я тебя отправил своими заботливыми ручками, и каталась со мной на квадрацикле по грязным лужам, не по своей воле, конечно, но все таки… А потом целовалась со мной прямо в аудитории нашего университета. Не хреново так пересеклись, хочу тебе сказать, так, что крышу чуть не снесло и это только от одного поцелуя.

Пока вспоминал пропустил тот момент, когда наши мамы куда-то вышли, но Ника, не долго думая, хватает меня за руку и тащит дальше в комнату.

— Вау! Так соскучилась? Ты только скажи, мы сразу все наверстаем!

— Размечтался! — шикает на меня сквозь зубы, — мне помощь твоя нужна! Очень!

— Да ладно! Вот это уже интересно. Ну, во-первых, когда хотят попросить о помощи, так не разговаривают, а во-вторых, не хочешь для начала мне объяснить, что за маскарад ты устраиваешь в универе, ну и сейчас, собственно, тоже, потому что платье это, скажу тебе честно, полный отстой.

— Я обязательно отвечу на все твои вопросы, только не сейчас! У меня мало времени. Помоги мне слинять с этого ужина, мне очень нужно через сорок минут быть в другом месте. Скажи, что раз мы давно знаем друг друга, решили не сидеть здесь, а сходить куда-нибудь прогуляться.

А вот это уже никуда не годится. Неужели думает, что я так легко дам улизнуть ей от меня сейчас, когда она сама пришла в мой дом. Стоит мне отмазать ее от ужина, как она сбежит от меня по своим делам. Нет, так дело не пойдет.

— А мне-то зачем это нужно? — произношу уже вслух.

— Тебе что нравится здесь торчать и слушать болтовню наших мам, о том, как ты вырос, изменился и перестал писать в памперс или о том, как тебя удалось все-таки приучить к горшку?

— Ну, я бы предпочел все таки послушать о том, как выросла ты и