Выбор божества - Ксения Перова

– Д-дал, еще два года назад, – растерянно промолвил Питер, – просто не хотел называть его Полуликим. Это что-то означает?

– О да! – Инза мечтательно улыбнулась. – Тайное имя, распущенные волосы – это все их, эр-лановские прелюдии… ну ты понимаешь, к чему.

Питер покраснел и отвел взгляд.

– Э-э-э… ну, мы пока только целовались.

– И все?! – ахнула Инза. – Божечки-кошечки, да ты жестокий мальчишка, оказывается!

– Почему это я жестокий?! – возмутился Питер, краснея еще гуще.

Инза плюхнулась в кресло и закинула ногу на ногу, демонстрируя высокие и невероятно элегантные серебристые сапожки.

– Да потому что – сам подумай! – Мелл Фэлри уже за сорок, а он в жизни ни разу не трахался, вот просто зуб даю и жеппу подставляю! – Она прыснула со смеху при виде выражения лица Питера. – Его, наверное, разрывает уже, а ты его за ручку держишь, целуешь и дальше ни-ни. Эр-ланы, знаешь ли, тоже люди, хотя по виду и не скажешь.

– Я… ты… – Питер не знал, куда и деваться от смущения. – Давай все-таки вернемся к проблеме спасения миллионов людей от гибели, ладно?

– Ладно, – согласилась Инза, – только миллионов там уже нет. Хорошо если один миллион наберется – так передавали сегодня утром.

Питер застыл – ужас словно прилип к телу отвратительной влажной простыней. Инза поднялась.

– Мне очень жаль. Давай поторопимся, тогда успеем спасти хоть кого-то.

– Да, надо спешить, – медленно, словно приходя в себя после удара, произнес Питер, – с чего начнем?

– Полетим ко мне, – предложила Инза, – здесь я ничего не смогу, а дома у меня… ну сам увидишь. Конечно, если только эр-ланы не полные дураки – а это точно нет, – они уже уничтожили все генераторы поля, которые несли на себе сеги-разведчики. Но, быть может, нам и повезет. Нужен-то всего один-единственный генератор – и партия наша!

«Это не игра! – чуть не заорал Питер. – Прямо сейчас умирают люди, это, Темный тебя забери, не игра!»

Но Инза взялась помогать, без нее он ничего не сможет – ни спасти свой мир, ни разузнать, что же случилось с Фэлри. Так что волей-неволей приходилось простить ей некоторую долю цинизма.

Они вышли на платформу подъемника, и утреннее солнце радостно ударило в лицо Питеру. Он поморщился – от недосыпа глаза резало, точно туда попал песок.

– Ты прилетела на флаере?

– Охота заморачиваться! – фыркнула Инза. – Да сюда, небось, и маршрута уже нет – Башни-то закрыты.

Она одной рукой заблокировала дверь, а второй провела над металлическим поясом, охватывавшем ее талию. Питер думал, это какая-то новая модель гало-экрана, и когда за спиной девушки вспыхнули и развернулись два сияющих бирюзой полотнища, ахнул.

– У тебя тоже есть такой пояс?!

– У меня! – фыркнула Инза. – Спроси лучше, у кого его нет!

Она легко оттолкнулась от платформы и взмыла в небо, полное остывающей голубизны позднего лета. Питер не мешкая последовал за ней.

11

Фэлри пришел в себя от нестерпимой головной боли. Она кольцом охватывала голову, собиралась в затылке и словно стекала вниз по позвоночнику. Эр-лан со стоном приподнялся и понял, что лежит полностью одетый на заправленной постели… вот только сегийские куртка и штаны исчезли, их сменило сине-черное одеяние клана Лэ, которое, как полагал Фэлри, он уже никогда больше не увидит.

Он коснулся затылка и тут же обнаружил причину боли. Волосы были собраны в традиционную прическу эр-ланов – пучок с единственной выпущенной прядью. Вот только делал эту прическу явно не эр-лан – волосы тянуло так сильно, что у Фэлри разболелась голова. Он поспешно дернул за прядь… но волосы не распустились. Тогда он вцепился обеими руками в пучок и, подергав туда-сюда, ослабил натяжение. И только затем огляделся по сторонам.

Кровать стояла в огромном зале с синевато-стальными металлическими стенами, с потолка лился яркий свет, от которого слепило глаза. Узкий спиральный пандус в конце зала поднимался почти под потолок и заканчивался площадкой перед толстой стальной дверью.

Фэлри поспешно встал – голова слегка закружилась, он взмахнул руками, чтобы удержать равновесие… и почувствовал, что уперся во что-то.

Силовое поле!

Протянул вторую руку и, как слепой, лихорадочно ощупал воздух перед собой. Поле огораживало небольшое пространство в центре зала, где стояла кровать – обернувшись, Фэлри с изумлением увидел ручей, бьющий из искусственной скалы, окруженной ярко-зелеными растениями, а еще чуть дальше было разбито что-то вроде небольшого сада. Сочная изумрудная трава аккуратно подстрижена, невысокие деревья напоминали яблони, они цвели и плодоносили одновременно – на тонких ветках глянцево поблескивали желто-розовые плоды.

Похоже на сон – вот только Фэлри не помнил, как заснул. Последнее, что отложилось в памяти – Тайрон схватил его своими лапищами, затащил в флаер и посадил рядом с собой. Но это все – прическа, одежда эр-лана…

Фэлри схватился обеими руками за талию, и сердце упало. Пояса не было. Впрочем, если уж Тайрон каким-то образом усыпил его, а потом переодел и завязал волосы, логично предположить, что он заберет пояс. Чувство беспомощности породило ярость – не верилось, что он попал в такую переделку, да еще именно сейчас!

Он зло теребил пучок, выдернул из него одну прядь, потом еще одну.

– Почему ты ходил всю жизнь с этой прической, если она тебе так не нравится?

Тайрон появился со стороны «сада» – шел вдоль границы силового поля, отделенный от Фэлри невидимой стеной. И, как всегда, нахлынули страх и бессилие; если Питер давал Фэлри силы и волю к жизни, то Тайрон напротив – отнимал их. Сам факт его присутствия словно бы утверждал, что все бессмысленно, любые усилия бесполезны.

Фэлри пришлось собрать все мужество, чтобы заговорить спокойно, с достоинством, как подобает эр-лану:

– Не твое дело, почему я делаю то или это. Сейчас же выпусти меня!

Тайрон нажал раскрытой ладонью на силовое поле, словно проверяя его на прочность, и удовлетворенно хмыкнул.

– Знаешь, что это такое? Хотя откуда тебе знать. Такие штучки создаются для декорирования жилых комплексов, площадей и парков. Мне приглянулась эта идея, еще когда наведывался в «Хрустальный лотос», где ты прятал мальчишку. И вот, полюбуйся! – Он с довольным видом обвел рукой садик и ручей, словно приглашая Фэлри оценить плоды его трудов. – Разве не красота? Собственная резиденция, а? Для мытья и прочего есть ручей, а фрукты неплохо разнообразят меню. Настоящие, заметь, не какая-то дрянь в капсулах! Разумеется, я принесу и нормальную еду – будешь получать все только самое лучшее.

Тайрон разглагольствовал, а Фэлри с трудом сдерживал дрожь. Он видел, что сег все тщательно продумал, и от этого становилось еще страшнее. Сколько нужно времени и средств, чтобы создать такую вот комфортабельную клетку?!

И, словно отвечая на его мысленный вопрос, Тайрон ухмыльнулся:

– Небось думаешь, как отребью вроде меня, стоящему на пороге Трущоб, удалось такое? В нашем прекрасном Омороне