Letters - Pollerian

***

Испокон веков мужчины только и делали, что боготворили женщин и их красоту. Было трудно оставить красивую женщину без внимания, особенно ту, что излучала неимоверную женскую энергию. Вот и Она в тот вечер была одарена вниманием абсолютно каждого мужчины в ресторане. Конечно же Её льстили эти взгляды. Какая женщина не испытает прилив уверенности в себе, находясь в центре внимания мужчин?

Я никогда не ревновал Её, и всегда считал это своим достоинством. Я был слишком уверен в ее любви ко мне и знал, что это внимание никак не подкашивает ее любви ко мне. Наоборот, сидя за центральном столиком, где свет идеально падал на ее лицо и только подчеркивал ее достоинства, я ощущал себя счастливым обладателем сокровища, которое хотят заполучить все. За которое готовы разорвать друг другу глотки, лишь бы хоть на секунду прикоснуться.

***

Одна вещь, которую я навсегда запомню о Ней, так это то, как Она жила актерским мастерством. Её глаза светились каждый раз, как Она заговаривала о предстоящих кастингах и о том, как мечтала бы получить главную роль. Я не мог оторвать взгляд. Было что-то манящее и чертовски привлекательное в той страсти, что Она имела в своей душе к этому делу. Я понимал, как для Неё это важно, поэтому ходил с Ней абсолютно на каждые пробы, будь они в родном городе, в другом штате или даже в другой стране. Я просто молча оплачивал нам билеты в любую страну, где Ей необходимо было быть и всё. Через пару часов мы уже были там.

Каждый раз Она хватала меня за руку и тащила в здание, где проходили пробы. В те моменты Она напоминала мне неумолимого ребенка, который всей душой жаждет получить какую-то игрушку или сладость в магазине.

Она до ужаса расстраивалась, когда не получала роль. В такие моменты я неустанно твердил ей, что эти люди полные придурки, если упустили такой талант прямо у себя под носом. Она также до ужаса радовалась, когда получала даже самую незначительную роль.

А вместе с Ней радовался и я.

***

Рождество подкралось к нам довольно незаметно.

У нас не возникло вопроса о том, праздновать ли нам вместе или нет.

Я постучал ногой в дверь ее квартиры, так как руки у меня были заняты. Она открыла дверь с широкой и милой улыбкой, которая всегда находится на ее лице. Ее волосы были собраны сзади, а одета она была в черное миди платье.

Я помогал ей готовить, периодически оглядывая ее взглядом с ног до головы. Она суматошно передвигалась по кухне, то нарезая что-то, то доставая что-то из духовки. «Я ничего не успеваю» — отчаянно, сказала она, возведя руками вверх и присев на стул. Я молча оставил нарезку красного перца, присел возле Неё и взял ее руки в свои.

— Любимая, не переживай. — успокаивающе сказал я, целуя ее руки — ты можешь рассчитывать на мою помощь.

Она лишь слегка улыбнулась и нежно поцеловала меня в лоб.

— Спасибо.

Вечер выдался просто волшебным. Танцы, смех, множество признаний в любви — всё это было у нас.

В моей голове появилась идея- поцеловать ее под венком. Это было магически. Я будто чувствовал, что эта девушка никогда не уйдет из моей жизни.

***

Кажется, я потерял счет времени. И это случается всегда, когда я нахожусь рядом с Ней.

Уже который час мы танцуем и дурачимся на кухне ее квартиры. Каждый сантиметр паркетного пола обрел частичку каждого из нас. Дом наполнился любовью.

Мне не хотелось отпускать ее. Ни на минуту. И даже не на чертову секунду. Её растрепанный вид делал Её более невинной, а ее улыбка заставляла меня улыбаться еще шире и благодарить бога за то, что она сейчас здесь. Со мной.

Когда смех озарял всю квартиру, нам было абсолютно плевать на соседей, чей покой мы, вероятнее всего, уже побеспокоили и не раз.

Моя рубашка шла ей больше, чем мне. Я прижал свою Душу к себе и почувствовал запах, который мне до сих пор, спустя столько времени, никак не удается забыть.

Она была такой маленькой и хрупкой девочкой.

Моей девочкой.

***

Италия была местом, куда я всегда хотел попасть, сколько себя помню. И не абы с кем, а с той, с кем хочу провести всю свою оставшуюся жизнь.

И вот я здесь. С Ней.

Это были самые лучшие шесть дней, о которых я даже не мог и мечтать.

Будто бы все сговорилось для того, чтобы устроить нам прекрасные выходные.

О боже, как же она много смеялась. Я готов был слушать ее смех вечно.

Многочисленные рестораны, но и еда за три копейки тоже имела место быть, поездка по нескольким городам, не прекращающиеся разговоры и Её жалобы на то, что она не влезет ни в одно свое платье [что частенько забавляло меня, особенно видя, с каким выражением лица она все это произносила] Все это отпечаталось в моей памяти настолько, что даже спустя года я в мельчайших деталях помню каждый день, помню то, как она выглядела и помню ее запах.

***

Нотки музыки были слышны на каждом углу. Паста никогда не была так вкусна. Мы гуляли, держась за руки, рассматривая каждую деталь особой и старой архитектуры, которая дошла до наших дней.

Я снимал Её на камеру. Она постоянно смущалась и закрывалась рукой, но мне так хотелось запечатлеть ее широкую улыбку и вечное удивление с таким же любопытством.

Я помню, как меня не покидала мысль о том, что Она должна была родиться с Италии, ибо ее характер был схож с итальянским. Она была похожа на эталон женской красоты Монику Белучи. Глядя на Неё, невозможно было не почувствовать ту женственность и сексуальность. Недаром все мужчины Италии одаривали Её комплиментами, ни разу не постеснявшись моего присутствия. Милые старички всякий раз приглашали Её на танец. Они упрашивали меня в том, чтобы я разрешил своей любимой станцевать с ними, ибо Её красота обескуражила их. И я разрешал. И каждый раз, возвращая мне Её, они говорили о том, что за все прожитые