Волк для ведьмы - Ольга Сергеевна Шерстобитова

Повернулась, смущенно посмотрела на Ренара.

– Добро пожаловать в стаю, Дана! – торжественно возвестил Ренар, и толпа радостно загомонила, приветствуя меня.

Глеб заметно расслабился.

– Это Наира, моя жена, – представил Ренар, не обращая внимания на шум. – С двумя моими сыновьями, Глебом и Назаром, ты уже знакома. Олег, мой третий, самый младший сын, сейчас находится на переговорах в другой стае.

Хм…

– Отдыхай, полагаю, путь был неблизким и утомительным, полным тревог и волнений. А как сможешь, приходи поближе познакомиться с моей семьей. И наверняка у тебя есть вопросы, я честно на них отвечу.

– Мы будем рады видеть тебя в своем доме, Дана, – добавила Наира.

– Спасибо, – только и смогла ответить я, вконец растерявшись.

Вожак, улыбаясь, кивнул. Наира доверчиво положила голову на его плечо, сверкая любопытством во взгляде.

– Пойдем, – потянул меня за собой Глеб.

Стоило сделать шаг, как послышалось хмыканье вожака, и я обернулась.

– Дана, а у тебя еще какие-то зелья остались?

В голосе Ренара слышался явный интерес.

– Около полудюжины, – прикинула я, настораживаясь.

Глеб фыркнул, закатил глаза.

– Отец, давай после. Пока с тебя хватит шести окрашенных волков и любопытства.

Наира издала смешок, Назар весело хмыкнул.

– Доброй ночи, – уверенно пожелал Глеб и решительно нырнул в пустой проулок, скрывая нас от чужих взглядов.

Глава седьмая

Я не сразу опомнилась, какое-то время просто следовала за оборотнем, рассматривая поселение. Мы вышли с другой стороны к окраине, направляясь к крепкому двухэтажному дому, стоящему в отдалении от остальных на небольшом пригорке.

– Глеб, – позвала тихо.

Он тут же остановился, обернулся и вопросительно посмотрел на меня.

– А куда мы идем? Мне выделят комнату в каком-то доме или… как?

Вопрос, где теперь жить одной ведьме, сейчас вышел на первое место.

– Я дал слово защищать тебя, Дана. И я же позабочусь обо всем остальном. Или ты передумала?

– Нет, договоренность в силе, – подтвердила я. – Но мне хотелось бы узнать, куда мы идем.

Я посмотрела на спокойного оборотня и насторожилась. Не знаю как, может, у волков есть особое чутье или же все сказало выражение моего лица, но Глеб вновь сразу уловил мое изменившееся настроение.

– Ты будешь жить в моем доме, Дана, – сказал он. – Пока… не определишься.

– Не определюсь с чем? – не поняла я, вспоминая речь вожака на площади.

Пора уже прояснить этот вопрос.

– С выбором мужчины.

Я опешила и во все глаза уставилась на невозмутимого волка.

– Может, поговорим об этом позднее?

Покачала головой, не двигаясь с места. Глеб вздохнул и, похоже, тщательно подбирая слова, чтобы я не вспылила и не обиделась, сказал:

– Мы заключаем договор с людьми не просто так, как ты наверняка поняла. Они нуждаются в защите от нежити, которая выбирается из-за граней, и мы ее обеспечиваем.

– То есть наше поселение все эти годы жило спокойно, потому что нас охраняли вы, волки? – поинтересовалась я.

– Да.

– И сколько же таких… деревень?

– Четыре, – ответил Глеб. – Но прорывы случаются в тех местах очень редко. Обычно монстры оказываются на определенной территории. Мы просто дальше их не пускаем.

– А девушки-то вам тогда зачем? Зачем вот вам я?

Какое-то время Глеб молчал, похоже, подбирая слова.

– Оборотней так долго и старательно истребляли, что нас осталось совсем мало. Мы… хотим сохранить нашу стаю, Дана.

Глаза у мужчины в свете огней мерцали янтарем.

– Мы вырождаемся. Волкам необходимо разбавлять свою кровь, – коротко пояснил он, и по серьезности, звучавшей в его голосе, я поняла, что Глеб не солгал.

– То есть вам девушки нужны в качестве…

– Пары, невесты, жены… Выбирай подходящее для себя определение сама.

Я вытаращилась на него, осознавая то, что было, пожалуй, ясно с самого начала. Просто со мной столько всего случилось за эту ночь… и связать все ниточки воедино я не успела.

– И что, договор – единственный способ?

– Думаешь, кто-то добровольно согласится с нами связаться? – хмуро заметил Глеб. – Нас считают монстрами.

Мужчина невесело усмехнулся. Я хотела возразить, что это не совсем так, но поймала взгляд оборотня и прикусила губу. Я ведь тоже всего несколько часов назад шла в лес, считая, что встречу именно чудовищ, и готовилась к битве. Мое мнение поменялось, когда Глеб защитил меня от нежити из-за грани, а сами волки не сделали ничего плохого, приняли в свою стаю. И да, чудовищами я их вовсе не считала.

Но сейчас меня больше волновало не это, а слова Глеба о моем месте в стае.

– То есть и мне вместо смерти предстоит выбрать себе пару? – уточнила я.

И, видимо, в моем голосе прозвучали недобрые нотки, потому что Глеб напрягся и, показалось, с трудом сдержал звериный рык.

– Да. Неволить не будем, ты не думай. Не приглянется никто из нашей стаи, сможешь попробовать в других…

В его голосе при последних словах, как бы вежливо они ни звучали, слышался скрежет.

– Это даже звучит… ненормально! – вспыхнула я. – А если я не выберу? Или не захочу выбирать?

– Дело твое, только к людям вернуться уже не выйдет. Мы не отпустим, это непреложный закон для людей, принятых в стаю. Существование оборотней держится в тайне, и таким образом мы себя защищаем. Впрочем, о последнем ты уже знаешь.

– Да я и не собиралась возвращаться к людям.

Я произнесла эти слова вслух чуть резче, чем мне хотелось бы, но была честна и с собой, и с волком.

Глеб нахмурился.

– Они тебя чем-то обидели? – в его голосе послышались ледяные нотки.

Но я лишь вздохнула и не ответила. Как ему рассказать почему? Для меня это слишком личное.

– Могу я просто остаться в поселении волков, не выбирая никого из мужчин в пару? – поинтересовалась осторожно.

Мне было очень важно знать, что в очередной раз не лишусь хотя бы этой относительной свободы и возможности решать, как жить дальше.

– Попробуй. Только вот в покое тебя все равно не оставят. Даже не надейся.

– А как же ты? – не выдержала я.

– Что я? – не понял Глеб.

– Ты сказал, что будешь меня защищать, верно? Слово перед всеми волками дал.

– Да, это так, – подтвердил мужчина, явно не догадываясь, к чему я клоню.

– Так и защити тогда в первую очередь от чужого внимания! – заявила я, не сводя с него глаз.

Он вытаращился на меня, словно впервые увидел. Часто задышал, потер рукой лоб, тряхнул головой, словно прогонял какое-то наваждение.

– Ты хоть понимаешь, о чем просишь? – хрипло спросил Глеб.

– Да.

– Уверена?

– Да, – выпалила я, не задумываясь.

Не сознаваться же