Третья дочь - Мария Шмидт

Повернулась к герцогу, и вдруг все поплыло перед глазами. Вроде толстяк, а вроде и не толстяк, чисто тот мужчина с картины. Головой мотнула, а ничего не прояснилось, только еще хуже стало. И стошнило уже по-настоящему. Вот стыдобища. Только тогда мне не до стыда было, такой сильный приступ скрутил.

Герцог подбежал, а меня и того пуще полощет. Он дождался, пока отпустит, подал платочек, смоченный какой-то мятной жидкостью Пока вытирала лицо, он другим платочком платье оттер, а потом и вовсе подхватил меня на руки и в дом бегом понес.

От близости герцога тошнота накрыла с такой силой, что даже в глазах потемнело. Как в комнату попала, не помню, очнулась от голосов, опять того доктора привели. Еле смогла попросить, чтобы все кроме доктора вышли. Доктор дал выпить какого-то отвара, вроде немного полегчало. Потом начал расспрашивать, что и как. А мне так страшно стало, что выложила ему как на духу про тошноту от вида герцога, про миражи перед глазами. Доктор головой кивает, а сам все серьезнее и серьезнее.

– Я тоже вызываю у вас неприятие? – спрашивает.

– Простите, – только и смогла ответить.

Хотя, конечно, на доктора я реагирую в меньшей степени. Он покачал головой и опять спрашивает:

– Мэтр Эйброкс предлагал вам выпить стакан сока или холодного лимонада?

При чем тут это, думаю. Стала вспоминать события последних дней.

– Завтраком накормил, был еще чай, точно, а потом я потеряла сознание и очнулась здесь.

Доктор посмотрел сочувственно. А у меня даже душа похолодела.

– Отравил? – с ужасом шепчу.

– В некоторой степени, – соглашается доктор.

За что? Я ведь еще так мало жила. У меня планы были, в конце концов.

– Сколько мне… осталось?

Доктор удивленно поднял брови, потом улыбнулся.

– Вы меня неверно поняли, вашей жизни совершенно ничего не угрожает. А с остальным мы разберемся, не переживайте. Отдыхайте.

Сказал и вышел. Легко сказать, не переживайте. Что-то у меня с каждым днем все больше вопросов к этому Эйброксу. Попался бы он мне только на глаза.

Немного полежала, и то ли отвар подействовал, то ли еще что, но стало заметно легче. Поднялась, подошла к окну, смотрю на лужайку и думаю обо всем. И так захотелось с этим Эйброксом поговорить, что даже кулаки зачесались. А с другой стороны, при чем тут Эйброкс. Просто карма у меня такая. Проклятье третьей дочери. Нет, не Эйброксу надо вопросы задавать, а тому ужасному предку, что обрек всех нас на мучения. Натворил же ты дел, дорогой незнакомый прародитель.

Хотя, Эйброкс тоже хорош. Нет, мне с ним определенно надо поговорить. Обо всем. Надо же, какой подлец. Весь такой обходительный, и тут же пакостит, да еще по-крупному.

Приступ не прошел бесследно. Всего-то немного постояла, а перед глазами поплыли круги, пол начал качаться, так и норовя познакомиться поближе с головой. Нет, так дело не пойдет. Вернулась к постели. Собрала все подушки, сложила в кучу под спину, получилось что-то среднее между лежу и сижу.

– Кс-кс-кс, – тихонько позвала старого знакомого.

Мало ли, вдруг услышит?

Портьера шевельнулась, из-за нее выглянула грустная кошачья морда

– Мяу, – жалобно протянул кот.

– Иди ко мне, Армаильчик.

Еще одно жалобное мяукание, кот не сдвинулся с места.

– Иди ко мне, я тебя поглажу, – уговариваю кота и протягиваю руку.

– Мрррр, – подумав, соглашается кот и прыгает на кровать.

Подходит под руку и ластится. Беру его аккуратненько и к груди прижимаю.

– Ты мой единственный друг в этом мире, – говорю, а у самой слезы градом полились, – ты хороший, добрый, а они все злые, испорченные, ужасные люди… Знаешь, меня тошнит от этого мира…

Прижалась щекой к мягкой шерстке и того пуще разрыдалась. Кот тоже жалобно мяучит, вдруг вижу, – а хвост-то у него как обрублен. От такого безобразия даже слезы высохли. Взяла хвостик в руку, рассмотрела. Нет, не обрублен, но здорово подпален.

– Кто это тебя так? – возмущаюсь.

Котик почему-то не отвечает, только новое «мяу» жалобное выдает. Но что-то мне подсказавает, что обидчик у нас общий.

– Ну он и урод, – шепчу сквозь зубы.

– Милочка, это так грубо. Тебе не к лицу, – перед кроватью материализовался Эйброкс собственной персоной.

Его губы скривились в усмешке.

– Вижу, ваша беседа сегодня не очень задалась. Сожалею, но пришлось применить небольшое наказание моему питомцу за излишнюю болтливость.

– Что вы сделали с Армаилом? – я даже приподнялась от возмущения.

– Ничего серьезного, просто мой пушистый друг пережил небольшой стресс и на какое-то время лишился дара речи.

Эйброкс самодовольно усмехнулся, а я только крепче прижала к себе несчастное животное.

– Вы – мерзкое жестокое чудовище, – говорю прямо глядя Эйброксу в глаза.

– А то я не знал, милочка! – довольно ответил Эйброкс и сел на стоящий неподалеку стул, положив ногу на ногу.

– Верните меня домой! – проговариваю четко, почти по слогам.

– Никак не могу, – отвечает, сосредоточенно убирая пылинку с рукава камзола.

– Хотя бы во дворец, – не сбавляю оборотов.

Эйброкс смотрит на меня с усмешкой и разводит руками.

– Тогда дайте хотя бы противоядие, – прошу, а сама еле сдерживаюсь, чтобы не наговорить чего-нибудь лишнего.

Эйброкс делает удивленное лицо.

– Противоядие от чего, милочка?

– Вы сами знаете от чего, – отвечаю со злостью, так же глядя на него в упор.

– А, это, – отмахивается рукой, – нет, никак не могу. Видишь ли, дорогуша, дело такое. Людям все время от меня что-то надо, и так случилось, что, как бы это сказать… В общем, мне приходится заключать сделки со страждущими. Никак не могу отказаться. И хотел бы, да не могу. Сие наказание есть плата, скажем так, за… Впрочем, неважно. Я исполняю людские желания, они мне взамен что-то ценное. Только это все слишком утомительно, – он притворно вздохнул, – настолько, что мне приходится закладывать некую изюминку в каждое реализуемое желание. Маленький пустячок.

– Например, невеста, которая на дух не переносит жениха? – догадываюсь я.

Мэтр от радости даже в ладоши захлопал.

– Браво, ничуть в тебе не сомневался, милочка.

Он занялся веселым смехом, а потом резко замолчал. На лице маска недовольства. Встает.

– Армаил, нам пора.

Мои руки разжались против моей воли, кот послушно прыгнул к ноге злодея.

–Погодите, но как же тогда королевство? – спохватилась я.

– А что королевство? – удивился мэтр.  – С королевством все в порядке.

Улыбнулся злодейской улыбкой и растаял в воздухе..

Вот ведь черт настоящий. Хотя, может, так и есть. Этакий местный демон, контролирующий все вокруг. Вспомнила реакцию Анри Артонийского на появление Эйброкса. Интересно, у того что за сделка была. Похоже, и ему "изюминка"  поперек