Милый дом - Тилли Коул

Не стала продолжать расспросы и вместо этого принялась потягивать капучино, перечитывая свои записи. Потому растерялась, когда Роум медленно поднялся со стула и подошел ко мне, прикрыв глаза и разомкнув губы. Как только он уперся рукой о книжный шкаф позади меня, а другой – о стол, загнав меня в ловушку, я вцепилась в подлокотники. Роум медленно наклонился к моим губам, и я закрыла глаза.

– Ромео, что…

Он высунул язык и медленно лизнул уголок моей губы.

Я притихла.

– У тебя была пенка на губе. – Его голос был охрипшим и натянутым.

У меня из-под ног словно выбили почву.

– О, я…

Нырнув обратно, Роум обхватил мое лицо руками и прижался к губам. Я со стоном сдалась, когда он схватил мои волосы в кулак, запрокинул мне голову, чтобы углубить поцелуй и тщательно изучить мой рот.

Через несколько секунд он наконец отступил.

– А сейчас что? – пробормотала я, смотря в его безумные глаза и вытирая губы.

– Ну, сейчас я просто захотел поцеловать тебя, – прошептал он, прижавшись лбом к моему.

Рисуя пальцами круги на моих бедрах, он опустился на колени так, что наши глаза оказались на одном уровне.

– Приходи посмотреть на мою игру в эти выходные.

– Мне нужно учиться, – машинально ответила я.

Его разочарованный взгляд задел меня.

– Это всего на несколько часов, Мол.

– Знаю, но мне платят за помощь профессору, и я горжусь тем, что все делаю вовремя. Мне нужен доход, чтобы выжить, Роум. Проживание в доме сестринства обходится в копеечку. Я буду здесь в субботу, когда начнется игра.

Громко вздохнув, он опустил плечи.

– Ладно, мне это чертовски не нравится, но я понимаю.

Я прислонила ладонь к его загорелой щеке.

– Пожалуйста, не расстраивайся. Спорт – это просто не мое. Я совершенно не разбираюсь в американском футболе и квотербеках, помнишь?

– Я услышал тебя, Мол, – ласкаясь о мою ладонь, сказал он. – Все равно меня никто не поддерживает. Ничего нового.

– Ромео…

Он поднялся на ноги, почесывая голову.

– Мне нужно на тренировку.

Я протянула руку и провела ладонью по его сжатым пальцам.

– Я пробуду здесь еще несколько часов. Но я поймаю тебя позже, ладно? – Я ужасно себя чувствовала из-за того, что подводила Роума. Со вчерашнего дня все так хорошо шло, я делала его счастливее. Теперь мы вернулись к тому, с чего начали.

Роум наклонился, изучая мои глаза, затем резко развернулся и вышел из кабинета, оставив меня словно приросшей к месту.

В течение следующих двух часов я разглядывала узоры на дубовом столе, снова и снова задаваясь вопросом, что, черт возьми, происходит между Ромео Пулей Принсом и мной?

Когда я собирала свои вещи, чтобы уйти, мое внимание привлекла записка под дверью.

Пожалуйста, приходи на игру.

Я хочу, чтобы ты была там.

Твой Ромео Х

Мой Ромео?

Вот же блин…

Глава 6

– Ну же, давай, Роум! Сосредоточься на игре! – Элли вскочила на ноги и принялась размахивать руками вместе с Касс и остальными зрителями на стотысячном стадионе… ну, со всеми, кроме меня. Я в прямом смысле не представляла, что, черт возьми, происходит.

Я все-таки решила пойти на игру. У Элли нашелся лишний билет. Она с самого начала сезона пыталась затащить меня на стадион, но я всегда отказывалась. В этот раз, однако, я сдалась, потому что не могла выбросить из головы обиженное лицо Ромео, стоило сказать ему, что не приду. Так я и очутилась на своей первой игре «Тайд».

Всему виной была та записка.

Я превратилась в безнадежного романтика, хотя и подумать не могла, что такой стану, но милые слова в записке Роума оказались этому причиной.

– Роум! Какого черта? – снова закричала Элли.

Мы сидели на нижнем уровне для студентов стадиона «Брайант-Денни» и наблюдали за сражением «Тайд» против «Оберн Юнивёрсити» – местной командой и главными соперниками. По-видимому, игра у Роума складывалась не особенно удачно. Начало сезона, а он не был в своей обычно идеальной форме. Я посмотрела на огромный экран и увидела крупным планом, как он расстегивает застежку на шлеме и ругается последними словами, ударив кулаком в землю и отталкивая игроков с дороги, явно недовольный тем, что только что произошло.

Его поведение плохого парня на поле невероятно заводило, а в сочетании с тем, как форма облегала его впечатляющие мускулы… Уф, это необходимо запретить законом.

Элли в отчаянии закрыла лицо руками, подглядывая сквозь пальцы. Касс, которая только что принялась за третий корн-дог, разочарованно покачала головой.

Чирлидерши начали выполнять свои трюки, и я увидела, как Лекси радостно закидывает ноги. Она с честью попала в команду, разгромив соперниц своим сальто назад и великолепным тройным колесом. И вот теперь она самый счастливый гот на свете.

Я воспользовалась моментом, чтобы осмотреться. Домашний стадион «Кримсон Тайд» был огромен, и атмосфера внутри наэлектризовалась до предела. Я быстро смекнула, почему Роум считался звездой кампуса и, честно говоря, всей Алабамы.

Когда он выбежал из туннеля, на гигантском экране показали его лицо и статистику. Как только он вместе с командой оказался на поле, стотысячная толпа во всю мощь своих легких скандировала: «Давай, Тайд!» под аккомпанемент ревущих гудков и барабанной дроби. Это превзошло все, что я когда-либо видела раньше.

Каждый раз, когда Роум подавал мяч, болельщики задерживали дыхание чуть ли не в молитве, но, к сожалению, ни один пас не завершился успехом. Касс недвусмысленно намекнула, что дело дрянь.

Разгневанный Роум потащился обратно к скамейкам, где тренер принялся орать ему в лицо, ударяя рукой по планшету, дабы подчеркнуть свои слова. Внезапно мне захотелось вскочить с места и оттолкнуть от него этого мужчину.

Я повернулась к Элли.

– Почему его отчитывают? Что такого? Он пропустил несколько бросков. Неужели все настолько плохо?

– Да, все именно настолько плохо. Роум не может позволить себе проигрывать, Мол. Он выпускник и считается лучшим квотербеком в стране – верный отбор на драфте. Все за него болеют. К тому же, чтобы «Тайд» снова стал чемпионом страны, Роум должен выкладываться на сто десять процентов. Сейчас он тянет только на двадцать. Я никогда не видела его таким отстраненным. Я просто не понимаю. – Она выглядела озадаченной.

Толпа принялась снова скандировать. Бросив взгляд на поле, я увидела, как Роум бежал обратно к команде, поправляя шлем.

Как обычно, в Таскалусе светило солнце, отчего на переполненном стадионе, пусть даже и с открытой крышей, становилось слишком жарко. На