Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного - Лидия Миленина

Ишь ты, какой спокойный стал! Еще и смотрит на меня так внимательно и задумчиво, будто исследует, как букашку под микроскопом. Я не выдержала и резко спросила:

— Зачем ты это сделал? Ответь. Нравиться издеваться и оставаться при этом «чистым»?

— Обмана не было, просто я не стал рассказывать тебе про Сад, — вздохнул он без всякой агрессии.

«Это что-то новенькое», — ошарашенно подумала я.

— Но если тебе интересно, почему я сделал именно так, отвечу. Ты понравилась мне. Я хотел, чтобы ты с гарантией выжила. А что еще мне было делать, чтобы ты не дурила и спокойно прошла все процедуры?

Я замерла, опираясь рукой на стол. «Понравилась… Хотел, чтобы выжила…» — эхом пронеслось в голове. Я просто не знала, как реагировать. Выбранный им способ был просто невероятно бесчеловечным. Но с другой стороны… сам мотив кое-что объяснял.

«Отвисла» я тоже одним махом:

— А я скажу, как! Быть вежливым, спокойно объяснить ситуацию. В том числе, что ваш Садик обеспечивает… ммм… решение проблемы с влечением. Просто нормально поговорить. Не думал, что так можно?

— Возможно, — бросил в ответ он. — Но слишком сложно. И малоэффективно. Да сядь ты уже и поешь! — неожиданно поморщился. — Я не голоден. Приду за тобой через четверть часа, чтобы отвести в Сад. Ешь одна, раз мое общество тебе так противно.

Резко развернулся и пошел к двери. И вышел, оставив меня ошарашенно глядеть на красиво-мрачную скатерть.

***

 «А это что вообще сейчас было? — подумал мой измученный непредсказуемыми событиями разум. — Это он меня пожалел, что ли? Решил дать возможность спокойно поесть?»

Нет, скорее обиделся. Мол, раз я так тебе противен — вот и ешь одна.

Ишь ты, какие мы нежные!

Но вот фраза про «понравилась» была правдой. И, похоже, мотивы свои он озвучил честно. Действительно хотел обеспечить «гарантию моего выживания» — самым быстрым и эффективным способом. Не думал, конечно, о том, насколько этот способ некрасивый.

Обдумывая все это, я села за стол. И принялась есть. Цели заморить себя голодом у меня нет. И чтобы как-то приспособиться тут, силы точно понадобятся. Воевать с Темным тоже удобнее на сытый желудок.

На завтрак была подана «овсянка, сэр!» — то есть какая-то весьма вкусная жидкая каша, действительно напоминающая овсянку. И всяческие сыры да нарезки мяса без ограничений. Несколько вкуснейших пирожных, похожих на буше, очень нежных, с ореховой смесью вместо бисквита. Интересно, куда Грасерия отправляет избытки этих волшебных блюд? Вряд ли она сама съедает все, что остается.

Периодически я вздыхала. Нужно было привести себя в порядок к моменту возвращения Темного. Выбрать какой-то режим общения с ним. Это его «нравится» вовсе не значит, что он будет ко мне хорошо и уважительно относиться. И вовсе не значит, что я захочу повторить страстную ночь, хотя, судя по реакции тела, и без наваждения это могло бы быть весьма… ох, весьма!

В общем, ничего лучше холодного спокойствия и попыток создать этакий деловой фон общения (то есть общаться только по делу) я не придумала. Лишь где-то на задворках начала бродить мысль, что отомстить я ему действительно могу. Одним весьма коварным способом.

Разбить ему сердце.

Сказал же, что понравилась. Вдруг удастся сыграть на этом?

Правда, тут нужно выбрать. Хочу я совсем перейти на Темную сторону и стать коварной дамочкой, которая соблазняет, а потом делает больно? В этом случае придется с ним общаться, никуда не денешься.

Или я действительно хочу с ним не взаимодействовать? По крайней мере, пока не узнаю все нюансы про этот мир, Тьму и самого Темного да его маленький мирок.

А пока наиболее разумным казалось не нарываться вообще никак. Попробовать быть деловой и спокойной. Все одно от деятельности по поддержанию Сада мне никуда не деться. Буду делать свою работу. И все.

В общем, я заставила себя полностью успокоиться и к возвращению Темного сделала лицо холодной королевы. То есть постаралась выглядеть спокойно и исполненной собственного достоинства. Не знаю, получилось ли, но я старалась!

— Вижу, ты пришла в себя, — усмехнулся Темный, взглянув на меня.

— Как я понимаю, мне предстоит работа в Саду. Эмоции — не лучший помощник в учебе и работе, — ответила я нейтрально.

— Похвальное рвение, — бросил Темный тоном, говорившим, что он прекрасно понимает затеянную мной игру.

Обошел стол по кругу и снова встал наискосок от меня, сложив руки на груди.

— Послушай. Нам действительно нужно делать свою работу. Каждому — свою, — с неожиданной разумностью произнес он. — И она может пострадать, если каждый день будет начинаться со… скандала. Признаюсь, — небрежно провел ладонью по столу, расцепив руки. — Я ожидал от тебя большего. Большей рассудительности и мудрости, быть может. Но даже глаза иногда обманывают…

«Это он к чему? — удивилась я. — Изучал мой характер, глядя в мои прекрасные очи? Или его глаза обманулись, когда смотрел на меня? Но, в сущности, плевать…»

— Скажи, чего ты хочешь, чтобы я мог спокойно делать свое дело, сосуществовать с тобой в одном доме, не сталкиваясь с женскими капризами?

Он это серьезно? Хочет договориться? Предлагает то, чего хочу и я. Даже не ожидала такого везения. И, по правде, несмотря на все неприятные оценочные суждения, мне его речь даже понравилась. Значит, все же не бешеный, может рассуждать нормально и принимать здоровые решения.

— Что я хочу? — я поднялась на ноги и отошла в сторону — просто чтобы он не смотрел на меня сверху вниз так явно. — Очень немногих вещей. Первое. Повторения первой брачной ночи — не будет.

— Хм… — Темный кашлянул в кулак. Помолчал. — Что же… Как скажешь. Не будет — пока сама не попросишь. А когда попросишь — я решу, хочу ли.

— По рукам, — криво улыбнулась я.

Да и ладно, что он опять показывает свое превосходство. Мне главное договориться! Обезопасить себя от его поползновений, которые поддерживает и этот встроенный «предатель» — то есть мое трепетное женское тело.

— Что еще?

— Я бы хотела есть одна. Грасерия говорит, что совместная трапеза — добрая темная