Право на дочь - Чарли Маар

— Снежан, ты домой не собираешься? — отрываю голову от чертежей, когда в кабинет заглядывает Инна.

— А сколько времени?

— Седьмой час уже...

— Чёрт! — подскакиваю с места и начинаю суматошно запихивать документы в файлы.

Садик закрывается в семь, а мне ещё нужно до него доехать! Я так заработалась, что совсем потеряла счёт времени. Наверно, стоит начать ставить будильники, в качестве напоминания об окончании рабочего дня.

— Инн, погоди, — выкрикиваю, когда девушка разворачивается, чтобы уйти. — Я быстро соберусь. Давай вместе до дома поедем.

— Снежан, я... Я устала очень. Я пойду ладно?

— С тобой всё в порядке? — хмурюсь, смотря на бледное лицо Александровой. — Ты после этой поездки с Воронцовым сама не своя. Инн, случилось что-то? Он тебя обидел?

— Нет, — поспешно качает головой. — Дело не в нём... Просто... из клиники, где я веду беременность звонили. Говорят, надо как можно скорее подъехать, но что случилось по телефону объяснять отказываются. Я переживаю, что с малышом может быть что-то не так...

Слежу за тем, как девушка снова неосознанно прикладывает руку к животу. Она так часто делает. Собственно, первая мысль о том, что Инна беременна закралась в мою голову как раз тогда, когда я в первый раз увидела, как она гладит свой плоский живот.

— Инн, не стоит накручивать себя раньше времени, — выдыхаю, пытаясь хоть как-то её успокоить. Снимаю со спинки стула сумку, подхватываю девушку под локоть, и мы вместе выходим из кабинета. — Во-первых, лишние нервы не пойдут на пользу ни тебе, ни ребёнку. А во-вторых, тебя могли попросить приехать по любому поводу. Не факт, что это именно со здоровьем малыша связано. Может, документы какие-то нужно подписать срочно. Ты же в платной клинике беременность ведёшь?

Мы вместе спускаемся на лифте и покидаем пределы уже практически опустевшего бизнес-центра.

— Да. Там же, где делала инсеминацию...

— Ну вот, — киваю одобрительно, ёжась от холодного осеннего воздуха. — Там ведь свои правила. Куча всяких договоров, соглашений, разрешений и прочая бумажная волокита.

— Да, — отвечает растерянно, — Возможно, ты права...

— Конечно права. Так что даже не думай трепать себе нервы, — улыбаюсь. — Ты на метро?

— Нет, я хотела ещё прогуляться немного по Невскому. Воздухом подышать.

— А вот это полезное дело. В твоём положении пешие прогулки только на пользу пойдут.

Мы с Инной прощаемся и ещё на какое-то время я задерживаюсь, следя за тем, как она переходит дорогу.

Петербург — шумный город. Особенно центр со своим бесконечным потоком машин, яркими неоновыми вывесками, которыми пестрят окна магазинов и ресторанов, прохожими, вечно куда-то торопящимися.

Но я не жалею, что переехала сюда. Для моего Асёнка здесь столько перспектив. Я, наверно, сумасшедшая мать, потому что моей дочке всего три года, а я уже облазила весь интернет в поисках самой лучшей школы. Мне даже приглянулся один лицей...

Не знаю каким образом мысль об Асёнке уводит меня к мыслям о Борцове. К сожалению, так часто бывает. Как бы я ни хотела, но мысль о том, что она его дочь, выкинуть из головы не получается. Кажется, что я даже снова чувствую запах его парфюма. Словно он не только кабинет, но и меня всю им пропитать успел.

— О чём мечтаешь, Снежинка? — резко разворачиваюсь на звук знакомого голоса.

— Борцов... Алексей Игоревич, — запнувшись, стараюсь говорить уже более сдержанно, — Вы что, следите за мной?

*****

Вместо ответа Борцов скептически выгибает бровь.

— Подвезти? Или в этот раз тоже скажешь, что вызвала такси, а сама на метро поедешь?

Я невольно краснею, когда Борцов напоминает про мою маленькую ложь, о которой он, разумеется, узнал. Точно следит за мной!

— Спасибо за предложение, но я сама доберусь до дома, Алексей Игоревич.

— Почему ты всё время отказываешься, Снежинка? Боишься меня?

"Я боюсь того, что ты узнаешь про мою дочь!"

Этого я, конечно, не говорю, и вообще всем своим видом пытаюсь показать, что он мне безразличен.

— Нет. Не боюсь. Просто стараюсь сохранять субординацию. Вы, кажется, и сами этого хотели, Алексей Игоревич, разве нет?

— Ты об этом говоришь чаще, Снежана. Чуть ли ни в каждую нашу встречу, — усмехается мужчина, сунув руки в карманы пальто.

— В любом случае, не вижу причин соглашаться на вашу помощь. Я в состоянии добраться до дома самостоятельно. Не хочу смешивать работу и личную жизнь.

— А есть, что смешивать? — щурится Борцов.

Недолго думая, я утвердительно киваю.

Пора максимально от него дистанцироваться. А то слишком часто в последнее время он переходит допустимые границы. Сегодня почти поцеловал, а я как сумасшедшая не могла дать отпор и боролась с собственными эмоциями, захлестнувшими разум в тот момент.

— У меня есть... муж, Алексей Игоревич. И вряд ли ему понравится, если мой босс будет подвозить меня с работы!

— Зачем ты врёшь, Снежан? Я же твой работодатель и видел твоё личное дело, к которому прилагается ксерокопия документов. Так что, о том, что ты не замужем и никогда не была, я в курсе.

— А я не говорила, что официально замужем. Это гражданский брак. Но всё идёт к официальному. Мы давно вместе, поэтому скоро планируем сыграть свадьбу. Неясно только, для чего вы, Алексей Игоревич, вообще просматривали мои документы и интересовались личными подробностями моей жизни? Мы никто друг другу. Это внимание с вашей стороны мне не нравится.

Судя по тому, как ходят желваки на скулах мужчины, он сильно злится. А я всё больше нервничаю, потому что, во-первых, не люблю врать, а во-вторых, мне трудно предугадать дальнейшую реакцию Борцова.

Я не знаю, что у него в голове и чего он от меня хочет!

— И на всех мужчин ты так реагируешь, когда они к тебе прикасаются? — рыкает Лёша, затем хватает меня за руку и дёргает на себя.

Всё, что я успеваю сделать, так это выставить ладони вперёд и упереться ими в крепкую грудь мужчины.

— Не думай, Снежана, что я слепой