Сильнее разума - Пола Хейтон

Яхта, чинно выйдя из порта, стрелой понеслась на северо-запад. Мелисса блаженно вытянулась на шезлонге, наслаждаясь ощущением скорости, и бодрящего морского ветра, и вкусом марочного шампанского в бокале… и еще более желанным обществом Луиджи дель Кастаньо.

Ибо Луиджи дель Кастаньо плыл на яхте вместе с ней.

Девушка знала: Луиджи глаз с нее не сводит. Она это чувствовала — всем своим существом, каждой клеточкой тела. Под его жадным, восхищенным взглядом все ее нервы вибрировали, словно струны под ветром. Ей очень хотелось чуть повернуть голову и встретиться с ним глазами — пусть даже сердце совершит в груди очередной кульбит и забьется часто-часто. Голова у Мелиссы шла кругом. И не от шампанского, а от него, от него, Луиджи дель Кастаньо, который здесь, рядом, в каких-нибудь двух шагах от нее, — и ее тянет к нему с неодолимой силой.

А яхта летела по волнам белой птицей все вперед и вперед. Вот таков же и Луиджи, увлек ее в неведомую даль, можно сказать, похитил, а она даже "нет" сказать не смогла. Куда уж там сопротивляться!

Всю неделю Луиджи, верный своему слову, развлекал девушку с утра и до вечера. Экскурсии следовали одна за другой, каждая — увлекательнее предыдущей. Со своим всезнающим, услужливым, неизменно внимательным к ее пожеланиям гидом Мелисса побывала в Ватикане с его музеями и внушительным собором Святого Петра, познакомилась с катакомбами, площадями и форумами Вечного города, побывала во всемирно знаменитой галерее Боргезе.

А Луиджи не скупился на выдумки. Один день он целиком и полностью посвятил римским церквям, другой — только фонтанам. Потом объявил перерыв в экскурсиях и целый день учил Мелиссу нырять с аквалангом. А на следующее утро повез на виллу д'Эсте. И до самого вечера они любовались фресками дворца и гуляли по благоуханным садам. А в один прекрасный день с раннего утра повел на причал, пригласил подняться на яхту — и увез неведомо куда.

— Сюрприз, сюрприз! — отвечал Луиджи на все расспросы, загадочно улыбаясь.

Куда он везет ее? Какова цель их путешествия?.. Впрочем, Мелисса была рада отправиться хоть на край света, лишь бы с Луиджи. Не она ли, вручила себя в его руки — самозабвенно, безоговорочно?

Девушка оглянулась назад, туда, где в лазуритовом мареве таяли очертания берега. Сперлонга с ее отелями и пляжами осталась далеко позади.

Как и вся остальная ее жизнь.

Иная реальность заступила на место прежней — здесь и сейчас, рядом с Луиджи.

Мелисса задумалась было о Джованни… Но Джованни тоже остался где-то позади, невероятно далеко. Образ его поблек, превратился в смутную тень где-то на задворках памяти.

О, как она мечтала о Луиджи, как ее влекло к черноволосому итальянцу! И вот он пришел, протянул ей руку… и увозит в неведомые дали на своей роскошной яхте!

Девушка пригубила еще шампанского. Хмель тут же ударил в голову, да она не особо и противилась. В лицо ей бил ветер, солнце слепило глаза.

Неожиданно Мелисса почувствовала, что яхта изменила направление. Судя по положению солнца, судно разворачивалось градусов на девяносто.

— Мы опишем круг и вернемся в отель? — полюбопытствовала она.

Девушка обернулась к своему спутнику — и ее сердце в который уже раз сладко дрогнуло в груди. В темных очках черноволосый итальянец выглядел еще неотразимее. Как, однако, идут мужчинам темные очки, а уж таким сексапильным красавцам, как Луиджи, и подавно. Эффект просто сокрушительный!

— Ну, не совсем, — покачал он головой.

— Тогда куда же мы плывем? — не отступалась девушка.

Но Луиджи лишь загадочно улыбнулся. И Мелиссе сразу стало не до того, где именно им предстоит обедать. Хотя она знала, что на этой части берега нет ни городов, ни деревень, только поля и оливковые рощи.

Но плыли они ни в какой ни в город и ни в деревню. Прямо по курсу на воду опустилось облако… Нет, не облако — небольшой островок! Чем ближе подплывала яхта, тем отчетливее вырисовывалась береговая линия. Изрезанные очертания заливчика, четкий, словно прорисованный тушью, контур иссиня-черных скал, у подножия которых вскипала белая пена, изогнутая полоса жемчужно-белого песка и маленькая пристань. Мелисса сощурилась, вглядываясь в прибрежный пейзаж, — и задохнулась от изумления.

На вершине утеса красовалась вилла — вилла, настолько умело вписанная в ландшафт, что казалась естественным его продолжением.

Здание выдавали лишь солнечные отблески на окнах.

Мелисса потрясенно обернулась к своему спутнику.

— Нам туда?

Луиджи кивнул, очень собой довольный.

— Агент по недвижимости прислал мне подробное описание. Меня это место сразу заинтриговало.

Вилла на острове и впрямь идеально подходила для его замысла. Вот оно, спрятанное от посторонних глаз романтическое Любовное гнездышко его грез! О подобной уединенности можно было лишь мечтать.

Яхта медленно вошла в заливчик и пришвартовалась у пристани. Мелисса осторожно ступила на сходни — доски чуть покачивались в лад прибою, а на ее счету было два бокала шампанского и ни крошки во рту. Немудрено, что ее слегка пошатывало.

Сильные руки поддержали девушку за талию. Какие жаркие ладони — даже сквозь легкий ситец сарафана Мелисса ощущала исходящее от них тепло. Сердце ее чуть дрогнуло, девушка помешкала мгновение, восстановила равновесие — и только тогда, обернувшись через плечо, сказала:

— Спасибо.

Луиджи нависал над ней, такой высокий и статный, подчиняя и подавляя уже одним своим присутствием. За темными очками глаз было не видно, поэтому Мелисса задержала взгляд на безупречно очерченных губах, на чеканной линии скул. И вновь время словно застыло. Девушке казалось, что она тонет, погружается в бездонные глубины, не в силах даже вздохнуть.

А широкие ладони по-прежнему обнимали ее за талию, удерживая на месте. Луиджи был так близко… так близко…

Господи милосердный, да что с ней такое творится?

Эмоции набирали силу, грозя захлестнуть ее с головой. Колени подогнулись, и на сей раз виной тому было не море и не шампанское.

А переполняющее ее чувство.

Но какое?

Мелисса отчаянно пыталась подобрать для него название. Опьянение? Упоение? Желание?..

Что бы ни пульсировало в венах, властно требуя выхода, оно лишало ее последних сил.