Эльсинор - Лика Верх

Она ушла. Следом, пожелав того же, ушел и Редбронт.

Дарк. Что мне в нем не нравится? То, с каким равнодушием выставил попаданку за дверь, не предложив элементарной помощи, или то, что мне придется обратиться к нему вопреки желанию никогда больше не видеть?

Филлия к нему добра, в отличие от меня. Интересно, почему? Она очень тепло встретила его в галерее. И она для него что-то да значит, раз он предложил ей свою помощь.

"Черт бы тебя сожрал вместе со светящимися глазами, Дарк!", — на этом оптимистичном пожелании отправилась спать, а утром… искренне пожалела, что не могу прямым образом повлиять на воплощение своего желания в жизнь.

Я спустилась на завтрак в столовую, и помимо приятной компании обнаружила того самого наглеца. Лучше бы его действительно кто-нибудь сожрал.

Редбронт мгновенно испарился. Оставил на столе недопитый кофе и меня, можно сказать, одну.

— Тетушка Филли, у вас гости, — я со скрипом выдвинула стул, под колким взглядом подсвеченных огоньком глаз.

— Искристого утра, дорогая, — отозвалась смотрительница, без видимого интереса листая журнал. — У тебя появился шанс задать Дарку интересующие вопросы.

Вряд ли это входило в его планы, исключительно недоброжелательное лицо тому подтверждение. И нет, он не ощерился в оскале, не состроил ненавистную гримасу, не хмурил брови. Он просто всем существом излучал лютую неприязнь, которую можно ощутить застывшим терпким ароматом.

Поднесла кружку ко рту, вдохнула запах травяного чая.

Нежданный гость с дивана перетек в плавное, хищное наступление. Проследила за ним поверх кружки, не упуская ни одного движения. Казалось, стоит закрыть глаза, и случится нечто непоправимое.

Дарк отодвинул стул и сел ровно напротив меня. Демонстрировал свое положение одной позой: на порядок выше, значительнее и, разумеется, умнее.

Филлия с любопытством проследила за нами поверх очков, и вернулась к журналу.

— Какие у тебя вопросы, отчаянная? — мужчина свел перед собой кончики пальцев треугольником.

Излюбленный жест? Замыкается на себе таким образом? Впрочем, меня не волнует. Раз уж я ввязалась в дилетантское расследование, надо довести дело до конца. И если никто кроме злобной колючки не может мне помочь… Придется наступить на горло, глаз и остальное, и вести деловую беседу.

— Мне необходимо узнать, сколько раз Дайнеши покидал Эльсинор и куда именно ходил.

— С чего мне разглашать данные, не предназначенные для чужих глаз?

Тонко. Очень тонко. Мол, не мое место, мне здесь не рады.

— Можешь рассказать Редбронту, он не чужой, — спокойно пожала плечами, делая вид, что меня вовсе не задело прямое указание на якобы не мое место.

— Он заинтересованное лицо.

— А ты? — ввернула шпильку все с тем же внешним спокойствием. — Ты ведь заинтересован в помощи Филлии?

Внутри отчего-то буйствовала стихия. Поднялось торнадо, цунами накрывало, гром сотрясал. Что-то неизведанное словно стремилось найти выход наружу, а дорога постоянно заводила в тупик. Дверь закрыта, и из-за нее доносится нечеловеческий вопль.

Тряхнула головой, отгоняя поднимающийся ужас собственных фантазий. Не до воображения.

— Ей. Не тебе, — вкрадчиво припечатал Дарк глаза в глаза. — Тебе помогать не стану.

Непробиваемый, да? Упрямый? Колючий наглец, злобный и неудовлетворенный собственной жизнью? Иначе как еще объяснить его поведение?

— Слушай, в чем твоя проблема, м?

— Моя… проблема? — переспросил он, будто не верил в услышанное.

Я откинулась на спинку, увеличивая расстояние и почти копируя его позу. Расправила плечи, невольно выпятила грудь и задрала подбородок.

— Да, твоя… проблема. Ты возненавидел меня с того момента, как я попала в твой дом, а ведь это произошло случайно.

Отзеркаливание всегда дает потрясающий результат: либо остро негативная реакция, когда отражение демонстрирует недостатки оппонента, либо позитивная. И если с другими срабатывало безотказно, с Дарком же…

Реакция последовала, да. С насмешливым превосходством.

— Случайно в Эльсиноре ничего не бывает, запомни наконец. Ты играла с магией.

— Я понятия не имела, что она существует, — не заметила, как в голосе прорезалась ответная ненависть.

— Стоило догадаться, — глаза напротив зло сверкнули.

Тягучее напряжение в воздухе заполняло легкие ядом. Отравой в чистом виде.

— В моем мире ей нет места, там все просто и понятно.

— Поэтому ты столь быстро погрузилась в наши реалии? — еще более злобный вопрос.

— Ты вздумал обвинять меня, что не упала под первым же забором и жалобно не заскулила? Что не поддалась панике, отринула все мыслимые и немыслимые убеждения, оставила только "здесь и сейчас" и пытаюсь жить полноценно, — в этом моя вина?

В какой момент я перешла на крик не знаю, но свидетелей тому не было. Кроме Дарка, кому мой гнев и предназначался.

Когда Филлия покинула столовую не заметила, и глубоко в душе поблагодарила ее. Нет желания, чтобы кто-то еще все это слушал.

— Отбор — твоя попытка жить полноценно?! — Дарк оскалился в ответ.

Теперь он отзеркалил мою позу: оба уперлись ладонями в край стола, смотря друг на друга как быки на красные тряпки. Наша коррида может закончиться смертельно.

— Может, помоги ты мне сразу, хотя бы объяснил нормально, где я нахожусь и что мне делать, я бы не влезла в чертов отбор! Какое вообще тебе до него дело? Чего ты прицепился с этим отбором?!

Кулак ударил по столешнице. Рябь прошла по цельному дереву. Чашки, ложки, вилки задребезжали. Вода в прозрачной вазе всколыхнулась.

Вот так… мощь. Точно демон. Или дракон. Или оборотень. На вампира совсем уж не похож.

Его рука взметнулась. Сердце пропустило удар в испуге. Втянула шею, зажмурилась, готовясь к боли, хотя никто и никогда не смел поднять на меня руку.

Щеки обожгли цепкие пальцы. Не больно, но до брезгливости неприятно. Напоролась на злой взгляд в жалких сантиметрах от лица.

— Ведьмы тебя послали? — слова хлестали холодом. — Отвечай!

Опять! Он что, издевается?

Отбросила его руку и отшатнулась назад.

— Какие, к черту, ведьмы?! Меня никто. Никуда. Не посылал!

Крепкие ладони вновь саданули по столу, вызывая очередную волну дребезга посуды.

Псих! Чокнутый, ненормальный. Бросается с обвинениями, руки распускает. Видеть его не желаю! Никогда больше.

— Информация будет вечером, — заявил он и резко, едва ли не ураганом, исчез из столовой.

Я выдохнула и запустила пятерню в волосы.

Жуть, а не утро. И ни черта оно не искристое! Скорее пламенное. Бомбанутое!

В проходе нарисовалась Филлия. Она в привычной манере закусила дужку