Ассистент(ка) Его Темнейшества. Он - дракон! - Ольга Ивановна Коротаева

— Что? Вы можете перенести меня в другой мир?

— Я же дракон, — хмыкнул он.

Но это простое действие, казалось, лишило Его Темнейшество последних сил, и мужчина уснул, оставив меня на растерзание взвившегося страха и отчаянной надежды.

Глава 20

Последующие несколько дней слились в один бесконечный поток утомительных дел. Едва проснувшись, я бежала в свои покои, где эльфийка с виноватой физиономией выхаживала моего помощника. Кот важно диктовал, какие лекарства нужно купить в оба моих лазарета, и я мчалась к шаманам, чтобы отдать им новый список.

После заботилась о девицах, уже привычно отбиваясь от их ленивого флирта. С момента, как затворницы узнали о моей гипотетической невесте, они ослабили напор, но не прекратили его. Наверное, тренировались на единственном мужчине, который имел право входить в женскую башню, чтобы не утратить навыков и применить их, как представится возможность.

Мне было жаль девчонок, поэтому я кое-что задумала, чтобы облегчить жизнь милому серпентарию. Собиралась дать девушкам новые цели, пока заложницы не перекусали друг друга. Но чтобы не скатиться от человека, которого Морэр пообещал перенести в другой мир, до предателя, говорила, что это всё — важные поручения Дэша.

Люди верили, ведь Его Темнейшество не стеснялся заваливать меня заданиями так, что я не то, что есть, дышать не успевала! Но я и не думала роптать. После того, как дракон подарил мне надежду на возвращение, у меня будто крылья выросли. Ведь обещание Дэша было гораздо существенней, чем догадки кота. Не говоря о том, что я не очень-то доверяла Лирендаилу, потому что и сама вряд ли стремилась вернуться к тому, кто пытался (и мог!) меня убить.

Да, я всё чаще ловила себя на этой мысли. Лира устраивало, что его враг где-то в другом мире, а в его теле добрая и не очень догадливая иномирянка. А вот мне данное положение вещей не нравилось, поэтому я клещами вцепилась в предложение Морэра. Что буду делать, когда окажусь у своего тела, пока не знала, пока поставила задачу вырваться из места, где каждый мечтал воткнуть мне нож в спину.

А вечером, когда хотелось упасть и добровольно мереть от усталости, я тащилась в башню дракона, чтобы в очередной раз обмыть его настоем из трав, покормить с ложечки, на десерт потчуя историями из жизни моей так называемой невесты.

Да, мне приходилось рассказывать о себе, и спустя неделю Морэр знал о Лилиан больше, чем кто-либо из моих знакомых. И отнюдь не потому, что я была скрытной, просто никто до этого не интересовался мной так дотошно, как Дэш Морэр.

— А как она отнеслась к тому, что ты из другого мира? — Дракон приступил к очередным расспросам сразу, как поел каши, приготовленной мной собственноручно. — И что ты вынужден возвращаться к себе из-за родовой привязки? Как отреагировала, когда узнала, что вам никогда не быть вместе?

У меня ложка выпала из ослабевших пальцев и загремела в чугунке.

— Почему никогда? Неужели вы забираете назад своё обещание?!

— Ни разу в жизни не отказывался от данного слова! — холодно произнёс он и попытался привстать, но лишь поморщился. — Помоги.

Я отставила опустевший чугунок, — Его Темнейшество ел всё лучше и лучше, что давало надежду на скорое восстановление, — и подставила плечо. Хавен опёрся об него и сел, прислонившись к стене.

— Так-то лучше, — удовлетворённо произнёс он и напомнил: — Жду ответы.

Я уже знала, что этот невыносимый тип педантичен до мозга костей и не отвяжется, поэтому обречённо ответила на каждый из вопросов:

— Если честно, она не планировала быть вместе, это моё желание. О родовой привязке ничего не знала. И вообще охренела, когда поняла, что есть другие миры. Меня она, разумеется, испугалась, и наше первое знакомство не очень задалось.

— Это как? — живо заинтересовался Дэш.

— Огрела меня по башке, — усмехнулась я.

— Она мне уже нравится, — вдруг сказал он и устало прикрыл глаза.

Признаюсь, в этот момент в груди шевельнулось нехорошее предчувствие. Но поймать его за хвостик мне не дали — Морэр снова посмотрел на меня и поинтересовался:

— А что значит это слово? Охр… Как там?

— Охренела? — фыркнула я и пожала плечами. — Знаете крайнюю степень изумления? Так вот это ещё дальше!

— Словечки из другого мира, — понимающе кивнул хавен. — Я заметил, что ты часто употребляешь их. Будь осторожнее, это привлекает внимание, а у тебя и так его хоть отбавляй.

— Слабо сказано, — вздохнула я.

Вот только как избавиться от привычки? Она бежит впереди нас! Я и сама не сразу додумалась, что общаюсь на смеси местного диалекта, знание которого досталось мне от Крэу, и своих любимых слов-паразитов. Окружающие не спрашивали меня об их значении. Знать считала, что это вычурные ругательства, а простолюдины принимали их за проклятия.

— Нарисуй её, — вдруг потребовал Морэр. — Хочу увидеть лицо Лилиан.

Я открыла рот, чтобы отказать, — потому что кисточку держала в детском саду, и воспитательница порекомендовала моим родителям консультацию с психологом, потому что нарисованного мной ёжика с яблоком приняла за алтарь, на котором проводят кровавую жертву, — и захлопнула челюсть.

Возможно, что Сабер был неплохим художником. Во-первых, рука сама вела, выдавая красивый почерк. А во-вторых, иначе дракон бы не потребовал мой портрет. Теперь мне и самой стало интересно, ведь я всегда завидовала тем, кто умел рисовать.

Глава 21

Оказалось, что Сабер действительно неплохой художник — это я поняла, как только взяла в руки краски и кисть. Поначалу рука подрагивала, а мозг сопротивлялся, но вскоре вошла во вкус и начала так красиво писать, что диву давалась — как такой талантливый человек, как Креу, докатился до покушения на убийство?

К тому времени, как я закончила портрет, Морэр уже смог передвигаться без помощи. Хоть он был ещё слаб и держался за стены, но уже уверенно отказывался от моего плеча. И почему-то меня это радовало чуть меньше, чем должно было. Брарун тоже шёл на поправку, хотя делал вид, что всё ещё плох.

— Тебе понравилось ночевать в моих покоях или влюбился в эльфийку? — иронично уточнила я, когда помощник вновь преувеличенно скривился и заохал, схватившись за травмированную голову. — Всё, твой больничный закрыт, приступай к работе, а то уволю!

— Мне сразу стало лучше от вашей доброты, — недовольно проворчал сын ключника, но всё-таки поднялся. Пока шёл к выходу, он всё время бросал тоскливые взгляды на Раену. — Чего изволите?

— Организуй заложницам обед, а потом сбегай к шаманам, — велела