Магия из прошлого - Мила Морес

ногу, но вошел спереди, имея возможность смотреть в личико моей малышке. К резким движениям добавляю шлепки по ягодицам. Девочка вскрикивает на каждый удар, но я чувствую, что тело вздрагивает от удовольствия. На очередной шлепок она сжимается вокруг моего члена, а спустя несколько секунд содрогается всем телом. Я удерживаю ее руками, и делаю последние рывки, по-звериному рвусь вперед, и взрываюсь внутри. Я чувствую и оргазм Эсти, и свой собственный, но от ее ярких ощущений захватывает дыхание, боковым зрением вижу, что и Энди кайфонул от оргазма Эсти.

Глава 9

После завтрака Эсти едва не вытолкала меня из дома, давая понять, что я буду ей мешать заниматься своими делами.

Я вышел на пляж с ощущением полного блаженства. Впервые за последние десятилетия меня разрывает от радости и счастья. За то время, пока я здесь, успел привыкнуть даже к тому, что мне приходится делить любимую женщину со своим братом. Теперь уже нет уверенности в том, что она отдает предпочтение мне. Я видел, с какой страстью она отсасывала ему в душе. Она делала это с удовольствием и огромным желанием. Точно так же она вела себя со мной ночью. Но зачем нужна была конспирация? Зачем мы уединялись? Почему Энди нельзя знать о сексе на кухонном столе? Этого я пока не понял.

— Эн, — окликнул брата, сидящего на песке. Он задумчиво смотрит на океан. Так смотрит вдаль птица, сидящая в клетке на балконе. Она видит простор, но не может взлететь, получить желанную свободу. Все это дополнительно я прочел в душе брата. — Ты не счастлив, Эн?

— Что? — он посмотрел на меня снизу.

— Я не чувствую твоего счастья. Я привык к другим эмоциям. Тебя всегда распирали чувства, ты горел, а сейчас ты пуст…

— Ты правда хочешь об этом поговорить, Ди?

— А почему нет?

Брат хмыкнул, ковырнул что-то в песке, нервно отбросил от себя палку.

— Мы не разговаривали по душам лет тридцать. Что изменилось? Ты правда хочешь поговорить?

— Тридцать?

Энди приподнял брови. И снова этот взгляд, которым одаривают психа.

— Что с тобой такое? Где ты был весь этот месяц и почему вернулся другим? Это какой-то новый вид психотерапии?

— Нет, Эн. Я пришел из другой жизни, — говорю аккуратно, не знаю, могу ли я открыть перед братом все.

— Очередной бред, — Энди поднялся, собирается уходить.

— Подожди, брат. Нам нужно все обсудить, — я ухватил его за руку, чтобы остановить, но Эн нервно выдернул руку. Я чувствую его неприязнь. Я для него чужой человек, почти враг. — Ты помнишь тот день, когда мы видели гибель Эсти?

— Что ты заладил… Ты вчера уже плел об этом. Зачем вспоминать?

— Эн. Она тогда погибла. Семьдесят пять лет я жил без нее на этом же острове. А ты строил карьеру в башне. Ты стал чистильщиком, затем поднялся выше, ты получал повышения одно за другим. Родители гордились тобой, каждый раз на встрече рассказывали мне о твоих успехах, а я злился, скупал все курорты по возможности, расширял свой бизнес, возвращался к родителям, чтобы похвастать очередным заработанным миллионом, а мама все тебя в пример ставила. Я ненавидел тебя… Я рушил твои отношения с женщинами, не давал тебе остаться с одной из них надолго, я соблазнял их, подкупал, шантажировал… С удовольствием взмахивал у тебя перед носом бельем очередной девки, которую ты считал своей… Мы ненавидели друг друга много десятилетий, — мне тяжело говорить, голос срывается. — Я винил тебя в смерти Эсти и не мог смотреть, как ты спокойно продолжаешь жить. А потом появилась Эсма… Черт, брат, ты так счастлив с ней… Я снова влез, делал все, чтобы разлучить вас… Она оказалась второй предназначенной, у нас возродилась молния, но мне этого было мало, я хотел трахнуть ее тебе назло, как ты сделал с Эсти. Я хотел отнять ее у тебя, хотя и знал, как глубоко ты ее любишь.

— А она что? — Энди сказал это тихо и снова сел на песок.

— Она… Эсма… Дерзкий бесенок… Она вся твоя. Не подпустила меня к себе, твердила, что любит только тебя. Я трахнул ее иллюзию, которую она сама мне подсунула. А потом… — Голос сорвался, Энди ждет продолжения. — Она влезла и в мое сердце, засела там, как заноза. У вас родился сын, и я полюбил его, как родного. Его здесь нет, всего день прошел, а я скучаю по мелкому засранцу.

— А кто эта Эсма?

— Эсмеральда Тервиль, маленькая девчонка с большущими зелеными глазами, — я улыбнулся, вспоминая ее лицо. — Такая дерзкая, смелая… Ты бы слышал, как она разговаривала с нашими родителями в первую встречу… Они были в шоке, а мама в тот же момент ее полюбила. Ей было всего двадцать три, а тебе восемьдесят восемь.

— Правда? — Энди слегка расправил плечи.

— Да, Эн. Эта малышка сделала тебя счастливым. И меня заодно. Но я все равно мечтал вернуть Эсти. Она моя идеальная пара, а Эсма — твоя. Ты должен найти ее.

— Это все звучит заманчиво, но я не могу довериться твоим словам после всего, что было.

— Эн, я не знаю, что здесь было, потому что я жил другой жизнью. Там не было Эсти, не было детей, все было иначе. Я даже не знаю, где Эсти научилась так сосать, — от воспоминания член зашевелился.

— Как это где? Здесь. С нами.

— Ну да, — говорю озадачено, — годы меняют людей. Я помню ее юной. Она была такой же страстной, дикой, но чуть более неуверенной. И эту неуверенность прятала под смелостью и дерзостью.

— Все меняется.

— Почему ты не прислушался ко мне, Эн? Почему ты не пошел строить карьеру в башню? Я же сказал тебе тогда. Это было главное, что я должен был передать тебе. Сам просил меня сделать так, чтобы ты при любых обстоятельствах был с Эсмой, я обещал тебе. И Дориану обещал, что мы с ним еще увидимся. Этого не будет, если ты не с Эсмой.

— Дориан?

— Да, это твой сын. Не понимаю, почему наших с Эсти сыновей так странно зовут. Почему не именами наших дедов?

— Она сама выбирала, сказала, что не хочет повторяться.

— А Эсма согласилась на Дориана. Ты быстро ее обрюхатил, чтобы у меня не было возможности ее забрать. Да она и не поддалась бы… Ни шмотки, ни остров, ни секс, ничего ее не интересовало, только ты.

— Вообще-то я устроился работать в башню, — Энди вернулся к моему вопросу. — Я прошел это чертово испытание, получил