Сама себе хозяйка - Марианна Красовская

— Милка, это к тебе! — звонко крикнула Аглая.

Неожиданный поворот. Кто может быть «ко мне»? Пришлось вставать.

На пороге дома обнаружилась… тётя Яся. Я удивленно захлопала глазами.

— Утро… доброе.

— Утро доброе, я — нет, — отрезала женщина. — Меня пригласят войти, или будем беседовать через порог?

— А вам особое приглашение нужно? — удивилась Аглая. — Входите, конечно.

Тетка хмыкнула и вошла. Оглядела «мастерскую» с явным неодобрением на лице, щёлкнула языком.

— Две глупые молодые девки собрались жить вдвоём, — сказала она. — Без опекуна. Ну-ну.

— Две совершеннолетние магички открывают своё дело, — поправила ее Аглая. — Одна городская, одна деревенская. Работы не боятся, самостоятельные, на доме защитный артефакт… будет. Когда починим.

Я громко чихнула.

— Вижу, какие самостоятельные, — кивнула тетка. — Значит, так, Милана. Брат мой передал опеку над тобой мне. Точнее, Ратмиру, но по сути все равно мне. Так что я пришла поглядеть, где ты собралась жить.

— Так волновались, что ни есть, ни спать не могли? — съязвила я, опасаясь, что тетка придумает какую-нибудь гадость. — Прям спозаранку примчались, угу.

— Почти полдень, девочка моя совершеннолетняя. Что я вижу: дом ветхий, окна битые, даже собаки нет. А что с едой? А спишь ты где? А водопровод тут есть? Или хоть ванная комната?

Ой-ой!

Тетка поперла как танк, даже храбрая Аглая от неё шарахнулась. Ну, я и сама понимала, что жильё у нас похоже на бомжатник. А сами мы — на цыган-попрошаек. Коня не хватает краденого только. Но я верила, что все к лучшему, починим, покрасим, заработаем, в конце концов! Я только приехала же!

— А ты знаешь, что в домах ювелиров всегда есть тайники? — повернулась ко мне тетка.

— Чего?

— Нет тут никаких тайников, — ответила Аглая. — Я маг, я ни одного заклинания не почуяла. Да и вообще все тут простучала.

Я с любопытством покосилась на сестру. Интересно, а мне она про тайники собиралась рассказывать? Почему-то сомневаюсь.

— Есения Карловна… — начала было я заунывно, надеясь, что тетка все же оставит нас в покое или хотя бы сообщит о цели визита, но была грубо перебита:

— Собирайся.

— Зачем? Куда?

— Поедем в ратушу, решать вопрос с домом.

— У меня работа. Некогда мне.

— Я вижу, — кивнула тетка. — Ну? Быстро! — перевела взгляд на Аглаю и рявкнула: — И ты тоже!

— А я зачем?

— Ты в этом доме живешь, причем незаконно. Нужно как-то решать это дело. И вещи я твои привезла, Мила. Пошевеливайтесь, красотки, если вы не хотите потом ножками в центр добираться. У меня бричка, там нагревательный амулет, меховая полость…

— Мы мигом! — встрепенулась Аглая, потянув меня за рукав. — Ну чего застыла, как сосулька, одевайся, нас довезут на бричке!

— А артефакт? А заказы?

— Ой, успеем!

Одеваться нам было недолго: шаль повязать да полушубок натянуть. А валенки уже на ногах были. У Аглаи шубка была из овчины, но тоже потертая, старенькая, зато на голосе настоящая шапка-боярка.

Тетушка уже восседала в повозке, причём на месте кучера.

— А не боитесь одна ездить? — весело спросила я, с лёгкостью молодости запрыгивая на сиденье и протягиваясь ноги в блаженное тепло. — Одинокая женщина на такой красивой бричке… Не пристукнут, так ограбят, не ограбят, так коня сведут…

— Глупости не болтай. Во-первых, мы на Юге. За каждой женщиной стоит мужчина, по моей бричке видно, что непростой. Связываться — себе дороже. Во-вторых, у меня защитка стоит.

— А в-третьих?

— А в третьих, я не какая-то там барыня, могу сама за себя постоять. И вообще-то управляюсь с лошадьми ничуть не хуже извозчика.

Она лихо присвистнула и щёлкнула вожжами. Толстенькая гнедая лошадка бодро зацокала копытами.

Я улыбнулась: до чего ж мне нравилась теперь тётя Яся! Вот на кого я хочу быть похожей! И ещё она напоминала меня в прошлой жизни. Я, пожалуй, была не такой самоуверенной, ну так и муж у меня не был начальником водного департамента.

До центральной части города мы доехали быстро и с ветерком. Это вам не пешком в метель да по темноте. И вообще сегодня погода радовала: ярко сияло щедрое южное солнце, с крыш текло, мостовая блестела от луж. Хороший знак! Валенки только не промочить бы…

В ратушу нас пропустили сразу же — тетку здесь знали и побаивались. И к местному чиновнику, который должен был решать всякие насущные проблемы горожан, очереди не было. Даже странно, обычно в таких местах толпа народу.

— Просто сегодня не принимают простых горожан. А непростые свои вопросы решают не в ратуше. Поэтому я с вами и пошла, — пояснила тетка. — Так быстрее будет.

Она сама все объяснила пожилому мужичку в чёрном мундире, представившись моей опекуншей. Нам с Аглаей оставалось только стоять и кивать. Я понимала, что так, действительно, будет быстрее. Только зачем эти хлопоты тётушке? Скучно ей, что ли?

— Нет, дом в собственность барышни Ковальчик передать невозможно, — наконец заявил чиновник. — Она же девушка, к тому же молодая. Вот выйдет замуж, тогда пусть приходит. На мужа и оформим.

— Как это на мужа? — возмутилась я, но тетка махнула рукой.

— Но ведь жить ей там можно?

— Закон не препятствует. Если девушка — сирота, за ее собственность отвечает город. Жить она там может, а вот продать или комнаты сдавать, или ещё какие сделки проводить — не положено.

— Верно, — кивнула тетка. — Двое их. Наследница и ее кузина. Вдвоём и жить будут. Но опекунство над Милой Ковальчик официально передано моему супругу, Ратмиру Бронскому. Может ли мой муж распоряжаться домом?

— Исключительно в интересах опекаемой. Продать не сможет без разрешения города. А все остальное — пожалуйста.

— И мастерскую открыть?

—