Пират Императрицы - Татьяна Ренсинк

-Вашей памятью я всегда восхищался, - улыбнулся Иван, а помощник капитана похлопал его по плечу:

-Эх ты, фехтовать, драться, лечить научился, а запомнить просьбу такого великого человека... Обиделась, поди, что пропал на столько лет!

-Не о ней были мои думы, - хотел пошутить Иван, но на этот раз не получилось.

Его слова тут же были приняты всерьёз:

-Так и есть! - кивнул другой матрос их команды. - Как идти к женщинам, так на попятную, то одно, то другое. А сны сладкие о ком так часто?

-Мне хватает во снах женщин, - засмеялся Иван.

-Жан, - протянул капитан. - Поймали тебя на слове уж, не отвертишься.

-Да был он с женщинами! Что вы напали на бедного Жана? - улыбнулся помощник капитана.

-Ой, да когда пьян был до беспамятства, так и был, а трезвого не затащить, - смотрел с удивлением матрос.

-Да и ладно, - хлопнул в ладоши Иван и указал на арапов, которых продавали выкрикивающим большую сумму богатым покупателям-купцам.

Он встал с друзьями ближе к ним и выкрикнул сумму намного выше называемых. Все тут же обратили свои взоры к нему, а тот красивый молодой арап, полный сил и жизни, был незамедлительно ему продан. Иван отдал оба мешочка денег, что висели у него на поясе, порадовав продавца, и взял арапа за верёвку, которой тот был связан.

-Ну,... как собачонка, - улыбнулся капитан.

-Кстати, собачонку тоже ей надобно, - вздохнул Иван.

-Кому? - не понял его товарищ-матрос рядом.

-Ой, Богдан! Императрице, - улыбнулся Иван...

Когда же щенок необычной окраски и породы был куплен, ласкаясь сразу об руки Ивана, капитан вздохнул:

-Ну, что, все покупки последние сделаны?... Пора возвращаться...

-Неужто на этом всё закончится? - с сожалением смотрел Богдан.

-Это лишь начало, поверь, - засмеялся Иван. - Вот увидишь, в России государыня даст нам ещё задание, куда сложнее, чем это!

-Думаешь, она тебя пустит на порог? - прищурился капитан. - Столько лет ты её задание простецкое выполнял!

-Она сроки не называла. Так вот, - погрозил пальцем Иван и погладил щенка на своей груди. - Сердце у неё доброе... Тем более, когда увидит сие сокровище.

-Ну, в таком случае, ты, истинно, пират Императрицы! - засмеялись товарищи.

-Что ж, наполняемся надеждой на новые приключения! - воскликнул капитан и отправился покинуть этот рынок, покинуть Тунис и держать курс дальше,... в Россию.

Всей душою стремясь к свободе, к самостоятельному выбору и дел, и жизни, Иван не был доволен фактом, что придётся вернуться вновь во дворец, получать новое задание. Он точно знал: Императрица проверяла его тогда, а потому дала это задание с надеждой в дальнейшем преподнести иное, возможно более серьёзное.

Одно манило Ивана вернуться в Россию, во дворец, — желание хоть мельком взглянуть на Настю. Она казалась ему тогда чем-то ангельским, милым,... родным. Какой стала Настя теперь? Оказалось ли возможным ей обрести счастье, служа столь важным особам при дворе?

Множество вопросов и трепет души сопровождали Ивана весь путь на их корабле к берегам России. Затишье и бури. Радости и беды. Было всё... Только во снах больше не появлялась Настя, как он ни ждал...

Глава 22

Мне не понятно, правда или ложь,

Что ты ко мне больше не придёшь,

И будет этим летом холодно:

Я теперь одна...

Там где-то далеко твоя земля,

Но то, что было, ведь забыть нельзя.

Я отпустить тебя смогла тогда,

Но теперь... одна...

Ты больше не со мной.

Осталась лишь любовь.

Не будет больше света, лета,

Не буду я тобой согрета.

Ты не со мной...

Так день за днём проходит вновь.

Живу, пою, но только ночь

Напомнит о моей судьбе,

О былой мечте.

Тебя тогда я отпустила навсегда,

Не посмотрев в твои глаза.

«Прощай» сказать я не смогла,

Во всём моя вина...

Ты больше не со мной.

Осталась лишь любовь.

Не будет больше света, лета,

Не буду я тобой согрета.

Ты не со мной...

Когда «Красный чёрт» прибыл к берегам России, вернувшись от тёплых берегов Средиземного моря, Иван тут же был направлен капитаном во дворец. На этот раз он был один с арапом и собачонкой в руках. Наняв городскую карету, они вскоре вышли прямо у ворот дворца.

Довольно долго пришлось ждать, чтобы слуга доложил Императрице об их прибытии и провожал по коридорам дворца к назначенному месту встречи. Пока они шли, всё отчётливее были слышны звуки клавесина и нежное женское пение. Слуга ещё раз прошёл в кабинет Императрицы, где пение сразу прекратилось, и сообщил о прибывших. После этого он открыл двери и пропустил Ивана с арапом и собакой войти...

Они остановились сразу, как вошли. Застыв, Иван с арапом смотрели на стоящую лицом к зеркалу Императрицу, которую окружавшие до того фрейлины сразу оставили. Даже собака на поводке в руках Ивана притаилась.

Императрица казалось строгой и невероятно прекрасной. Любой невольно любовался бы тем блеском, что исходил от её одежд, короны, от бус. Даже та строгость, которой она встречала, казалась её украшением, а Иван смотрел и чувствовалось, будто не было этих лет, будто не покидал дворец...

-Сколько лет, сколько зим, - повернулась Императрица. - И десяти лет не прошло!

Её взгляд сразу обратился к Ивану. Она некоторое время изучала его взглядом, одобрив аккуратность одежды и заметив, что его волнистые тёмные волосы теперь чуть длиннее. Потом подошла и пристально посмотрела в глаза: