В погоне за ним - Кэт Т. Мэйсен

— Ты хочешь меня, — умоляет он меня произнести эти слова.

— Да.

— Скажи это громче, — приказывает он.

Я повышаю голос. Птицы, мирно отдыхающие в своих гнездах, улетают прочь, эхом разносясь по ночи.

Он безжалостен, груб и требователен, скользит пальцами по моему клитору, без усилий погружая их в мою влагу. Я сжимаю его руку своей, и он останавливается на полпути. Его глаза дикие и властные, гипнотизирующие меня разгоряченным желанием, поглощающим его. Мне нужны его слова. Я хочу знать о его мысли в этот самый момент.

Я подвожу его палец к входу, позволяя ему исследовать.

— Адриана, я думал об этом каждый день. Я хотел тебя больше, чем кого-либо другого.

— Ты хочешь меня?

— Да.

— Скажи это громче, — приказываю я.

Он выгибает спину, кричит в агонии, впиваясь в меня пальцами. Я вскрикиваю от восторга, побуждая его двигаться сильнее. Ощущения усиливаются, когда он вводит в меня еще один палец.

Я требую большего и смотрю, как он рассыпается. Я чувствую силу, доминирующую сторону меня, которая хочет, чтобы он умолял быть внутри меня.

— Мне. Нужно. Нужно. Трахать. Тебя. Сейчас. — он жаден, требователен, но мы оба хотим одного и того же, и он овладевает моим телом. Никаких нежных движений, никаких предупреждений. В этот беспамятный момент он успевает расстегнуть свои джинсы и одним быстрым движением проникает в меня, проталкиваясь глубже, чем я когда-либо испытывала.

Влага между моими ногами растет по мере того, как он продвигается дальше. Наши глаза борются друг с другом, жадность и похоть в равной степени борются за один и тот же финиш. Среди неистовой страсти меня мучает потребность сблизить нас, но я нахожусь на новой территории, не понимая, как удовлетворить эту пустоту.

— Это. Ты. Мы, — стонет он, — Чертовски идеально.

В моем животе образуется вздутие, и я смотрю в небо, пытаясь отсрочить надвигающийся оргазм на грани того, чтобы буквально захлестнуть меня.

— Я не могу насытиться тобой. Я люблю быть внутри тебя.

Цель поражена, и слово «люблю» делает меня полноценной. Я не сдерживаюсь. Я предупреждаю его, что готова.

— Вместе, — умоляет он меня.

Я изо всех сил пытаюсь сдержаться еще несколько секунд, и в своем величайшем достижении я чувствую, как его хватка сжимается вокруг меня. Его тело сжимается, а затем раздается низкий рокот, и я отпускаю его.

Я вижу звезды, они яркие и ослепляют меня.

Я едва могу дышать, глотая воздух.

Твою мать!

Он остается во мне долгое время, вытаскивая только тогда, когда мы слышим шорох. Блядь, я забыла, что мы на публике. Наверное, какой-нибудь старый грязный «подглядывающий Том» дрочил, наблюдая за нами.

Мы оба опускаемся на землю, моя голова падает ему на колени, пока я пытаюсь перевести дыхание.

— Могу я задать вопрос?

— У тебя есть еще вопросы? — он удивлен.

— Я расцениваю это как «да». Это всегда так… я имею в виду, для тебя?

— Всегда как что?

— Ну, знаешь… — внезапно я застеснялась, — Как будто это так невероятно умопомрачительно.

Он зашевелился, поправляя брюки, затем снова притянул мое тело к себе. Направляя свой рот к его рту, я чувствую его вкус, и он восхитителен. Пот покрывает его лицо, и я просто хочу слизать его. Боже, сексуальный пот — это самая горячая вещь на свете.

Джулиан толкается ко мне: — Я все еще твердый, о чем это тебе говорит?

— О том, что ты рогатый мужик, который, вероятно, давно не трахался?

— Ну… наверное, ты права насчет того, что у меня давно не было секса, но это был мой выбор. Я хотел тебя. Я хотел тебя с той ночи, когда я пошел на то ужасное свидание, и я понял, что готов ждать, пока ты не будешь у меня.

— Ладно, вот ты снова говоришь безумно горячие вещи, которые заставляют меня хотеть делать с тобой очень плохие вещи. Мы можем, пожалуйста, уйти отсюда и вернуться в отель? У меня самолет, который вылетает через десять часов, и нам нужно многое наверстать.

— Думала, ты никогда не попросишь об этом, — он усмехается.

Восьмая глава

Его тело прижимается ко мне, когда простыни запутываются между нами. Это незнакомая территория, и я обнаруживаю, что не могу остановить зависимость, которая вскоре становится его телом. Я слежу за каждым его движением, за каждым изгибом и изгибом мышц, пока он поклоняется мне и ведет меня в места, о существовании которых я даже не подозревала. Пот покрывает наши тела, мы продолжаем заниматься сексом, пока не взойдет солнце, и реальность моего скорого отъезда кажется тяжелой в комнате.

Я не устала, я все еще под кайфом от секса. Сколько раз я кончила? Блядь, кто знает.

Он притягивает меня к себе, и я прижимаюсь к нему, глядя на часы, стоящие на прикроватной тумбочке.

— Мне нужно собираться через два часа, — говорю я ему.

Он целует меня в плечо: — Многое можно сделать за два часа.

Я поворачиваю голову и улыбаюсь: — Как, черт возьми, солдату это удается?

— Не забивай свою хорошенькую головку. Солдат просто ждет, когда снова загорится зеленый свет.

Он прижимается ко мне, твердый как камень. Я чувствую боль между ног, мне очень больно. Я не хочу отказывать ему, но я уверена, что мое влагалище напоминает избитую лазанью.

Я чувствую, как он выгибается во мне, крепко прижимаясь ко мне: — Адриана, что с нами будет?

Обычно я задаю вопросы.

Я молчу несколько секунд.

Это огромный вопрос.

— Чего ты хочешь? — шепчу я.

— Я хочу тебя. Всю тебя, — он прижимается ко мне еще крепче, мое кровообращение под угрозой, — Я здесь не для того, чтобы заменить Элайджу. Я просто… Я просто хочу тебя.

— Это сложно, да?

— Я ненавижу, когда все сложно, — он поворачивает мое тело так, что я оказываюсь лицом к нему, — Ты хочешь, чтобы я вернулся в Лос-Анджелес?

— Да… но… — замедляясь, я вижу боль на его лице, — Мой брат и Чарли — это моя жизнь. Я не знаю, как мы будем работать, не вызвав бурю дерьма эпических масштабов.

— Я тоже не знаю, Адриана. Я не хочу, чтобы ты воевала со своей семьей, но твой брат… ты знаешь мое отношение к нему.

— А как насчет Чарли?

— Я всегда буду любить Чарли, но не в этом смысле. Она хороший, добросердечный человек. Ты знаешь так же, как и я, что ее невозможно