Наваждение - Наталья Ручей

- Э, нет, не отвертишься! Давай мы потом к ним в гости придем, а? Ну, ты ведь тоже строил тот дом? А я готовила вам еду! Значит, тоже участвовала! Давай, а?

- Давай, - согласился оборотень, пытаясь подавить приступ смеха, потому что заметил, как из дома, мимо которого они проходили, вышла нечисть низшего уровня в его старой одежде. Ну, хорошо, что пригодилось, а не валяется у приличных людей под домом.

- Что смотришь? - огрызнулась нечисть, сверкнув черными обломанными зубами, а потом спросила с надеждой: - Может, купить хочешь? Размерчик твой!

- Еще бы не мой, - все-таки рассмеялся оборотень, но прошел с Кейтлин мимо.

Когда они подходили к воротам, те призывно открылись, нечто липкое пощекотало Айку шею, и он стерпел, а вот когда ойкнула Кейтлин, он вдруг разозлился, схватил это нечто невидимое, но мохнатое, потряс в воздухе и отбросил, прикрикнув:

- Пшел к черту!

Взяв Кейтлин за руку, он шагнул за ворота, которые медленно и словно неохотно закрылись.

Позади послышалось возмущенное мяуканье, потом кто-то еще громче возмутился, мол, что это всех к нему да к нему посылают, у людей в сотни раз страшнее, вот пусть туда и уметается этот клубок наглой шерсти!

Но Кейтлин и Айк, не оглядываясь, шли дальше, дальше, а когда девушка уверилась, что ворота позади, и ее никто не думает отпускать и уходить тоже не собирается, обернулась сиреневой драконицей, взметнулась в синее небо, поющее для нее ветреные песни, и закружилась над бегущим по полю красавцем-тигром.

Ее тигром. Любимым.

***

В трехэтажном доме с красными маками на занавесках играла тихая музыка. Волк толкнул дверь и вошел внутрь. Столики были забиты посетителями, но в холле, перебивая музыку, стоял гомон.

- Мы не за это платили! - возмутился молодой дракон.

- Я не хочу на это смотреть! Что это? Уберите немедленно! - вторил ему молодой гепард.

Послышались свист, ругань, а музыка не стихала, и волк удивленно посмотрел на круг света, где, стоя спиной к зрителям, танцевала босоногая женщина. Она не была молода, ее волосы были тронуты сединой, да и стройной ее не назовешь. Она была сочной, спелой и теплой. Такой теплой, что хотелось обнять ее и не отпускать никогда.

Никогда больше.

На непослушных ногах волк преодолел разделяющее их расстояние и остановился позади женщины. Она обернулась, и его мертвое сердце громко стукнуло, напоминая о себе, напоминая, что оно еще помнит - каково это, жить...

- Как тебя зовут? - выдавил волк, наматывая на кулак прядь посеребренных волос женщины.

Он видел, он понял, как надо обращаться с женщинами-тиграми. Трепетно и жестко одновременно. И он помнил по своему опыту, как нельзя обращаться с любыми женщинами - их нельзя от себя отпускать.

- Берта, - глаза женщины заблестели от непролитых слез.

- Берта, - попробовал на вкус ее имя оборотень.

- А как зовут тебя, волк?

- Кирт, - подхватив женщину на руки, он понес ее прочь из этого дома, прочь из ее одиночества.

У них есть дом. У них есть будущее. У них двоих есть шанс, который они не упустят!

Снег заметал следы оборотня, чтобы никто не посмел тревожить их, чтобы никто не помешал этим двоих окунуться в долгожданное счастье.

Зима - она ведь не только холодной бывает. Она бывает уютной, понятливой, светлой. Иногда все, что нужно в холодную зиму - обычный плед, и чтобы лежать под ним не одному...

По крайней мере, именно так думал Айк этим же вечером, заботливо укрывая свою любимую драконицу пледом. Пускай они пока в номере, и весь дом отдыха в курсе, чем они только что занимались, но он не мог больше сдерживаться, не мог ждать. Да и Кейтлин - очень нетерпеливая девочка. У них будет еще много ночей, и дни они не забудут. Она верит ему. Призналась, что любит. А он не стал утаивать, что она - его наваждение.

Завтра он познакомит ее с родными, представит лэрду, проследит, чтобы ей ничего гадкого не успел сказать маг.

Завтра...

А пока он с удовольствием позволит своему наваждению приступить ко второму раунду. Ну, раз она так прижалась к нему и тем самым сама напросилась...

Конец