Свадьбы не будет - Ульяна Николаевна Романова

К тому моменту мы как раз въехали в грязевую кашу. Машину шатало из стороны в сторону, трос натянулся до упора, но трактор дяди Васи уверенно ехал вперед и тащил нас.

Полторашка нервно кусала губы, но меня не отвлекала. Наконец, последний рывок, и две машины выехали на трассу.

Дядька Вася остановился, дождался, пока мы с пацанами отцепим тросы, махнул нам рукой и медленно поехал обратно в деревню.

Я вернулся к машине полторашки и заглянул в окно:

– Дальше сама доедешь?

– Да, – обрадовалась она, – а вещи?

– Себе оставь, – подмигнул я, – на память.

Рывком отлепился от машины и упал на заднее сидение к парням. Мот рванул с места, а я всю дорогу смотрел в зеркало заднего вида за грязной машиной кнопки, едущей следом за нами.

Въехав в город, она свернула направо, а мы поехали прямо.

– Лева, тебя домой?

– В отделение! – отрезал я, включая мобильный.

Набрал номер и потребовал:

– Лех, я тебе сейчас адрес пришлю, нарой мне все на каждого, кто там живет.

– Срочно?

– Очень.

– Совсем не зацепила его полторашка, да, Мот? – съехидничал Кирюха. – Прям всю дорогу заметно было, как Лева равнодушно смотрел в зеркало заднего вида.

– Да-да, – поддакнул Мот под скрежет моих зубов.

Глава 14

Есения

– Доброе утро! – пропела Анфиса, когда я, заспанная и помятая, вышла в кухню.

Я молчала.

– Есения, ты уже неделю со мной не разговариваешь, – попеняла Фиса.

Я молча взяла с полки кружку.

– Сеня, у вас идеальная совместимость по натальным картам! – тетушка снова завела надоевшую до оскомины пластинку.

Я налила в кружку кипяток.

– Совсем скоро ты поймешь, что вы со Львом идеально друг другу подходите, и скажешь мне спасибо!

– Да? – взорвалась я. – Фиса, даже не надейся, я за этого Льва не то что замуж не пойду – я с ним в один автобус не сяду! Он хам и мужлан с отвратительным чувством юмора и чересчур богатой фантазией. Они меня чуть до икоты своими приколами не довели, а ты говоришь замуж? Фиса, читай по губам: ни. За. Что!

– Сеня!

– Хочешь, чтобы я быстрее съехала от вас – так и скажи.

– Никуда ты не съедешь, копи деньги на свою квартиру, у нас места достаточно! – отрезала тетушка. – Но личная жизнь у тебя должна быть! Воздержание плохо сказывается на характере женщины. И на ее здоровье.

– Пойду я.

– Куда? – напряглась тетушка.

– На работу!

Фиса засопела, а Ираклий мудро не вмешивался в наш разговор. Неделю назад, когда я вернулась из деревни и сразу же провела допрос с пристрастием, тетушка даже сопротивляться не стала и сразу же выложила всю правду: мол, они с матушкой Льва Дармоедова наши натальные карты внимательно изучили и пришли к выводу, что мы, видите ли, идеальная пара. Моя гипотетическая свекровь одобрила выбор Фисы, а дальше две Розы Сябитовы местного разлива делали все, чтобы Лев Дармоедов довел меня до икоты и нервного тика своим присутствием.

Конечно, они не предполагали, что наша первая встреча получится настолько эпичной. Вторая, к слову, тоже вышла весьма запоминающейся. Все-таки жаль, что до Льва я крапивой не дотянулась.

Боже, я надеюсь, что третьей не будет!

– Есения, он идеальная пара для тебя. Да, он Скорпион, ноябрьский, но у него Марс в соединении с Венерой, а Венера во Льве, а это значит, что в постели он настоящий вулкан. Страстный, но верный и преданный.

– Фиса!!!! Я не хочу знать, какой он в постели! Хотя уверена, что теплый, судя по повышенной лохматости.

– Настоящий мужчина должен быть лохмат! – обрадовалась Анфиса. – У Ираклия тоже много тестостерона. Сеня, секс – очень важная составляющая брака.

Собирающийся на работу Ираклий нервно кашлянул.

– Я не хочу это обсуждать, – нервно взмахнула я руками. – Анфиса, нет, нет и еще раз нет. Ираклий, подвезешь?

– Конечно! – облегченно выдохнул дядюшка, поняв, что его тестостерон и лохматость мы обсуждать не будем.

Я быстро привела себя в порядок, умылась, по-военному быстро оделась, пока Фиса вновь не завела любимую шарманку, собрала волосы в хвост и объявила:

– Я готова.

Ираклий, доселе сидевший на диване, поднялся, проверил карманы на наличие там телефона и ключей от машины и кивнул мне на выход.

– Есения, заедешь сегодня… – начала Анфиса.

– Нет! – взвилась я. – Никуда не заеду, с работы сразу домой. Кто тебя знает, может, ты опять меня к нему отправишь?..

– Ираклий, купи на обратном пути валерьянки для Есении, – попросила тетушка.

– Конечно, дорогая! – согласился дядя.

– Лучше пустырник, – вмешалась я, – корень. И побольше. Так погрызу.

Ираклий хмыкнул в усы и молча обувался. Я тоже надела кроссовки и первая вышла в подъезд.

Дядюшка догнал меня на лестнице.

– Не злись на нее, ты же знаешь Анфису, – взял он на себя роль парламентера.

– Я не могу на нее злиться, слишком люблю, – призналась я, – но и устраивать мою личную жизнь без моего согласия не нужно. Тем более с ним!

– Фисочка не ошибается.

– Ираклий, моргни три раза, если она украла твой паспорт и держит в заложниках, – засмеялась я.

Дядюшка широко улыбнулся, но отвечать не стал. Мы оба обожали Анфису. Это не означало, что мы не спорили и не ссорились, но серьезных конфликтов никогда не было.

Фиса меня вырастила, стала мне настоящей мамой, хотя разница в возрасте у нас была всего пятнадцать лет. У отца из родных никого не осталось. Тогда я не говорила почти три месяца, а Фиса и Ираклий всегда были рядом, поддерживали меня. Им и самим было нелегко, но они держались ради меня.

Именно Анфиса забрала меня к себе после смерти родителей, а не дядя Игнат – младший брат моей мамы и мой крестный. Игнат хотел оформить опекунство на себя, но он много работал, а у меня не сложились отношения с его супругой. Она не готова была принять незнакомого, проблемного подростка в дом, а Игнату некогда было меня воспитывать. Однако с дядюшкой у меня были очень теплые отношения, хотя виделись мы редко.

Анфиса с Ираклием стойко выдержали мой переходный возраст, дали мне высшее образование, крышу над головой и окружили отеческой заботой.

Своих детей у них не было, у Анфисы не получалось забеременеть несмотря на заверения врачей, что они с Ираклием оба здоровы, и вся нежность и забота достались мне.

На парковке нас ждала идеально вымытая машина Ираклия. Неделю назад его чуть Кондратий не обнял, когда я вернула ему любимую