Грешный брак 2 - Кристина Юрьевна Юраш

Я глубоко вздохнул. Сейчас, в полумраке она казалась такой притягательной, мистической, завораживающей.

Быть может дело в этой темной кладовке? А я привык к красивым комнатам, уютному камину, роскоши и…

О. боги!

Я закрыл себе рот рукой, тяжело дыша.

Я ведь мог бы сделать то, что я хочу и не понести никакого порицания или наказания.

Слово Шепардов против слова герцога... Но нет я так не хочу. Это будет неправильно.

Эрцилия бросила на меня взгляд.

Проклятье! Еще раз проклятье!

И никаких подарки, никакие украшения, никакая забота не способны будут стереть из ее памяти мой необузданный порыв страсти.

Нельзя так с ней. Я ведь джентльмен. Мне плевать, что скажет общество. Я потом сам себя не прощу.

Я должен оставить ей выбор.

Но я не хочу его оставлять.

Я сделал шаг назад, понимая, что только что чуть не переступил черту. Стиснув зубы, я постарался вернуть себе самообладание.

Я скользил взглядом по ее губам. Смотрел на бледность кожи. На темные волосы.

Я хочу, чтобы это все было моим.

А я ведь категорически не хотел на ней жениться. Упирался до последнего.

- Зачем тебе некрасивая невеста? - прошептала она, положив руку поверх помолвочного кольца. - В нашем герцогстве много по-настоящему красивых девушек, и Эрцилия насторожилась. Я протянул к ней руку. Ее взгляд внимательно следил за моими пальцами.

Моя рука коснулась ее волос. Я поднял прядь, видя, как девушка скосила глаза и сделала глубокий вдох.

Как говорил Аспен. Она должна быть красивой для меня.

Я выдохнул, осторожно перебирая ее волосы.

разве эти волосы могут быть некрасивыми? Они как…

Я посмотрел на ее лицо.

Они же как шелк... Я позволил пряди выскользнуть из руки и вернуться на место, снова украшая белоснежно- призрачную сорочку.

Посмотри на нее внимательно, - слышал я голос друга.

Я внимательно смотрел на ее приоткрытые губы. Разве эти губы некрасивы? Разве кто-то посмеет назвать их некрасивыми? Губы, которые я хочу поцеловать не могут быть некрасивыми.

А глаза?

Я смотрел в ее глаза, которые казались темными и такими притягательными. Разве они не красивые?

Они красивые.

Моя рука застыла в сантиметре от нее. Но даже сейчас, я чувствовал тепло, идущее от ее тела.

А грудь, которая вздымается под тонкой батистовой сорочкой. Разве она некрасива?

Нет. Она прекрасна!

Я смотрел на нее пожирающим взглядом.

Сначала все это показалось невзрачным. Но сейчас я начинаю думать о том, что передо мной прекраснейшая из женщин. Просто все вокруг замечали, а я нет.

Мой взгляд оценивающе скользил по ее лицу, шее, тонким рукам, которые придерживают шаль.

Но она об этом знать не должна.

Я смотрел в ее глаза, вспоминая красавицу - мать, чьей красотой восхищался весь высший свет. И она ею упивалась. Настолько, что оставила ребенка замерзать в карете, пока крутилась у модистки. Кучер ушел греться в ближайший паб. И если бы не граф и графиня

Клемт, которые вызволили меня из этого ледяного плена, усадили к себе в карету, напоили теплым напитком, отвезли в свой замок, согрели и сказали моему отцу.

Им было очень страшно, ведь взлом чужой кареты карался тюрьмой. А взлом кареты герцога - смертью.

Отец прилетел, увидел меня под десятком одеял, а мама даже не заметила, что кто-то взломал ее карету. В этот день привезли новые шляпки, и она опомнилась, только когда увидела на пороге своего мужа. Он задал вопрос: “Где ребенок". И мать беззаботно махнула рукой в сторону кареты.

Боль воспоминаний заставила меня стиснуть зубы.

Я не могу по-другому!

Я – герцог. Герцог не ползает на коленях перед возлюбленной, не поет серенады под окном, не требует остановить карету на лугу, чтобы нарвать цветов.

- Я нахожу вас несомненно привлекательной молодой особой. Иначе бы не женился на вас. Надеюсь, вы меня услышали, Эрцилия Шепард! - произнес я как можно холоднее и строже.

Даниэль! Что ты говоришь?

Дай мне одну ночь. Дай мне ее. И я тебе все объясню. Без слов. Ты почувствуешь, насколько ты прекрасна и как сильно ты мне нравишься.

Я видел ее взгляд. Видел, как она на меня смотрит.

- Меня все устраивает, - выдохнул я, беря ее руку. - А теперь мне нужно уехать.

Открыв дверь, я сощурился от яркого света. Я прошел по коридору, видя, как мне навстречу направляется мистер Шепард.

- Свадьба будет через три дня, - приказал я, спускаясь по лестнице. - Готовьтесь.

Мне нужно сейчас в город. Я хочу переговорить лично со всеми владельцами магазинов одежды. Сегодня я перекрою лавочку. Если им принесут знакомый мех, они обязаны будут сообщить мне. Сразу же. Если нет, то пойдут как соучастники.

Сначала в тюрьму, а потом на виселицу. Если каторжники, авантюристы и охотники не смогут продать, если у них никто не купит под страхом смерти, если каждого, кого поймают со шкурой оборотня будут вешать на площади, то они трижды подумают, а стоит ли убивать ребенка ради наживы.

Я уже вышел из дома, глядя на его желтые окна.

Дверь кареты уже открыли передо мной, как вдруг меня схватил за руку Аспен.

- Ты с ума сошел, Даниэлы! - закричал он, задыхаясь. - Ты что наделал? Ты что?

Отдал невесту оборотням?

С чего ты взял? - сглотнул я.

- Твою невесту только что видели на спине огромного волка!

Глава 15

Меня все еще трепало после разговора.

Я была уверена, что герцог бросит меня в темницу, ведь Эрцилия по факту замешана в ужасной истории.

И в то же время я понимала, что объяснить дракону, что Эрцилия Шепард и я – это два разных человека. Что я просто попала в ее тело в тот момент, когда Циля поплатилась за преступления... А, впрочем, герцог все равно мне не поверит.

Теперь он считает меня преступницей. И при этом собирается на мне жениться! И вот как это понимать?

Но... Если не брать во внимание его слова, то мне показалось, что он меня сейчас поцелует.

Я так ждала этого, так надеялась.

Закусив губу, я поняла, что сейчас лишь в очередной раз пытаюсь обмануть саму себя придуманными чувствами ко мне. Нет у него никаких чувств, кроме чувства долга.

— Цили, - прошептала Тесс,