По дорогам Авалады - Анастасия Рул

Сухарями и вяленым мясом желудок не заполнился, есть хотелось неимоверно. Я огляделась по сторонам в поисках места, где можно нормально поесть.

На одной из верхних платформ сверкала вывеска с говорящим названием «Счастье есть!». Каждый истинный аваладец знал, что главное счастье в нашем мире — это выпивка и еда.

Запыхавшись, я забралась наверх, дернула на себя хлипкую дверцу и оказалась внутри насквозь прокуренного помещения. Подумав, что уж больно много здесь курящих, хотела уже уйти и поискать чего-нибудь другое, но тут взгляд наткнулся на прозрачную стену. Через нее был виден океан, голубое небо и полет белоснежных птиц над синей гладью.

Мало того, там был широкий балкон, на котором стояли столики, вытесанные из скалы высоко над уровнем океана. И за столиками сидели четыре побитых эльфа, мои старые знакомые. Те самые эльфы, что видели монстра во мне.

Заинтересовавшись, откуда у изящных эльфов фингалы под глазами, я подозвала кабатчика, сделала заказ и вслед за пышной дамой, несущей поднос, вышла на балкон. Спрятавшись за спинами мрачных эльфов, чтобы быть вне поля их зрения, я навострила уши. Мне был знаком эльфийский язык.

— Где будем искать? — спрашивал первый.

— Они оба ранены, далеко уйти не могли, — говорил второй. — Они разбили колокол в башне дворца, их сейчас вся стража ищет. Не уйдут.

— Нашандибранд Колау, младший сын Владыки и Верфинаранд Рануш, правая рука Владыки, — перечислил третий. — Кто из них выпил ее?

Я чуть не подавилась эйко, которое прихватила из бара и тихонько потягивала. Нэш — сын Владыки вампиров? То-то он так легко отдал 250 золотых за кровь дракона.

— Рануш, — ответил четвертый. — Торговец подтвердил. Рануш — наш, а колокол разбил Колау.

— С Колау пусть местный князь разбирается, — решил первый.

— А ты не забыл о той девице? — напомнил второй.

Это они про меня, что ли? Тут грудастая дама принесла мне жареного сороха с овощами, и я отвлеклась. Когда она ушла, эльфы уже сменили тему.

Вот же ж, все самое интересное пропустила!

— В седьмом секторе был их последний бой, — сказал четвертый. — Стражи видели, как они оба упали со скал вниз, в воду океана. Но никто не видел, чтобы они всплывали.

— Высшие легко не умрут, — заметил третий. — Тогда начнем поиски в седьмом секторе?

Вместе с эльфами кивнула головой и я.

Быстро прикончив жареную тушку, допила бутылку с эйко, и только потом сообразила, что выпила то самое «счастье», которое «есть». Другими словами, мир вокруг начал плясать от радости, стоило мне привстать со стула. Переполненная «счастьем», я упала обратно на стул, поняв, что лучше мне дождаться ухода эльфов. Они мною интересуются. Попадись им на глаза, проблем не оберешься.

Легко сказать, дождаться! «Счастье» во мне кипело все сильнее с каждой секундой, и мне вдруг захотелось вскочить и чего-нибудь сделать. Неважно чего, лишь бы сделать. Спеть, сплясать, повыдирать светлые волосы эльфов, сидящих рядом, взлететь над океаном внизу, обнять гнома, сидящего напротив меня с сердитой рожей (до него «счастье» вообще не доходило, несмотря на две пустые бутылки под столом).

С трудом сдерживая бьющую через край энергию в себе, я перевела взгляд с волос эльфов на стеклянную перегородку и икнула с перепугу.

Две сине-зеленых рожи с длинными клыками, без век, и с красными глазами смотрели на меня. Потом поднялись две одинаковые правые руки и поманили меня к себе пальцами. Я передразнила их, повторив их жест. Рожи немного оторопели, потом опять поманили меня к себе. Я опять их передразнила. Они не отстали, в третий раз поманили меня к себе. А мне надоело их передразнивать, и я повернулась к эльфам. К моему удивлению их стало восемь. Я помотала головой. Они что, размножаются воздушно-капельным путем?

Упс, опять их четверо. Я скосила взгляд на бутылку и поняла, что так дело не пойдет, «счастье» полностью подчинило меня себе.

Тем временем эльфы закончили трапезу и выдвинулись к выходу, а я, поняв, что даже не могу встать с места, тяжело вздохнула и закрыла глаза. Ладно, мне нужно хотя бы передвигаться. Протянув нити силы к идущему последним эльфу, я нагло вытурила его душу из тела, с силой запихивая эльфа в пьяную себя. Порадовавшись, что твердо стою на ногах, дернула за рукав идущего передо мной длинноухого.

— Мне нужно отойти.

Эльф остолбенел. Я что, сказала что-то не то? Но потом, немного подумав, эльф кивнул головой и ушел вперед.

Мое тело сидело за столом и очумело трясло головой. Подойдя к нему, я с сочувствием сказала на эльфийском:

— Что, брат, двоится в глазах? Ты пока посиди здесь, а я пойду, схожу кой-куда. Если уйдешь отсюда — не верну обратно тело. Останешься человеком до самой смерти. Понял? И никому не говори об этом. Расскажешь — останешься человеком до конца дней своих. Понял? В общем, чуть что, останешься человеком на веки!

Эльф кивнул пьяной головой, пощупал свою грудь и вылупил глаза.

Да, да, женщина.

Затем я перевела взгляд на стеклянную перегородку — рож было не две, а одна, и чужой палец продолжал манить меня к себе. Вампир в плаще, один из тех, что был вместе с Ранушем, не сдавался даже тогда, когда видел спину перед собой, продолжая шевелить указательным пальцем.

Зайдя в прокуренное помещение, я подошла к низшему и вежливо спросила:

— Ты чего его манишь?

Вампир шарахнулся в сторону, завидев перед собой эльфа. Я указала пальцем в свое тело, которое вселившийся эльф продолжал ощупывать (всю залапал, гад), и сказала:

— Я за него. Что ты хотел ему сказать? Он мой друг. Не видишь, напился?

Низший, поняв, что эльф его бить не собирается, промямлил:

— Я от господина Колау. Он просил передать ему, что ждет его возле шестого торгового ряда.

— Живой-таки! — порадовалась я. — Чего стоишь? Пошли! И не скаль на меня свои клыки, пришибу, к Крайю!

Увидев его голодный оскал, я замахнулась, и низший быстро отскочил.

— Веди, — прорычала я.

Низший вампир больше не показывал своего лица из-под капюшона, и послушно повел меня.

Мы вышли из кабака, по лестницам пересекли центр города и подошли к шестой аллее, где расположились торговцы лекарственными травами. Обоняние у эльфа было отменным, и запахи разнообразных настоек неприятно забили в нос.

Тяжело им, однако, живется, подумалось мне, когда несколько раз подряд пришлось чихнуть. Да и эмоции прохожих, шквалом обрушившиеся на мой мозг, подавляли собственные чувства. Ужасно, когда на тебя попеременно опрокидывается то раздражение, то восторг, то злость, то радость, то печаль, в общем, весь