Двуликий бог. Книга 2 - Мэл Кайли

только один вопрос: зачем? Зачем, когда мы были так безмятежно счастливы? Зачем своенравному Локи вновь понадобилось призывать беду в наш чертог? Особенно сейчас, когда мы стали действительно уязвимы… Губы невольно дрогнули от досады и негодования, но вспоминая озорные и живые глаза невозмутимого бога лукавства, я понимала: он не мог иначе. Я снова и снова обдумывала часть его признания вечером того дня, когда и скорбь, и радость одновременно явились к нам, и только сейчас начинала осознавать — Локи не лукавил.

Он действительно не мог изменить свою суть, даже если бы захотел. Любовь к пренебрежению запретами, правилами и нормами, жадная жажда свободы от любых условностей — это и было то, что он всегда ценил превыше всего, то, к чему каверзный ас стремился даже бессознательно. И всё же… Это было так трудно принять. Мой безрассудный импульсивный непредсказуемый Локи. Моя жизнь и моя погибель… Что же он сотворил? Найти ответ я могла только с первыми лучами утреннего солнца. Но до рассвета, вероятно, оставалось ещё довольно много времени. Едва держась на ногах от переживаний и усталости, я вернулась в постель.

Глава 6

Минувшая ночь выдалась очень беспокойной. Несмотря на чудовищную усталость, я почти не спала и всё глядела тоскливым взором на ночные небеса через приоткрытые деревянные двери на веранду. Похищенные волосы Сив жгли мне руки. Сама того не желая, я вновь сделалась соучастницей страшного преступления. Как же так получалось, что Локи снова и снова заставлял меня выбирать между всеми, кого я когда-то любила и уважала, и тем, кому я всем сердцем была предана теперь? Делал ли он это непреднамеренно или каждый раз столь беспощадно испытывал мою любовь? Скольким ещё асам и асиньям я должна была стать врагом, скольких разочаровать и предать, чтобы бог огня насытился, остановился? Отныне я боялась взглянуть в глаза прежней подруги.

Вздохнув, я поднялась с постели, немного прошлась, разминая тело, и выглянула на веранду. Небо светлело. Раннее утро робко выглядывало из-за плеча томной ночи, улыбалось первыми рассеянными лучами солнца, дарило тепло своего дыхания. Я упивалась им, несмотря на слабость и лёгкое головокружение. Не высыпаться в моём положении было непростительным своеволием, но я ничего не могла поделать со своей воспалённой головой, беспорядочными мыслями. Лоб горел, как и в тот миг, когда я только увидела блестящую золотую волну злосчастных волос. Мне нужно было как можно скорее занять дрожащие руки, и я велела стражнику у дверей в покои разбудить и привести ко мне верных служанок. После случившегося с Эйнаром я старалась не испытывать судьбу и не ходить по золотому чертогу в одиночестве.

Когда Локи соизволил проснуться, солнце уже сияло во всю свою силу, заливая покои слепящим светом через отворённые двери и ставни. Верные Аста и Ида помогли мне привести себя в порядок и переодеться, и я чувствовала себя намного лучше, пусть ещё и покачивалась. Я успела снова увидеться с Рагной и дать им с Астой ежедневные утренние поручения. Пламенный дворец просыпался и оживал, всюду под зорким глазом доверенных девушек ладилась работа. К тому моменту, когда излишне весёлый накануне бог огня страдальчески простонал и перевернулся с живота на спину, я уже стояла подле постели, приветствуя сонного и измученного супруга ласковой, немного ироничной улыбкой. Сощурившись, Локи попытался посмотреть на меня, но быстро сдавшись, прикрыл золотистые на солнце глаза ладонью.

Рассмеявшись, я присела рядом на краешек постели, подала буйному мужу кубок холодной родниковой воды. Приподнявшись на локте, бог лукавства без слов принял его из моих рук и мигом осушил с наслаждением измученного долгой дорогой странника, после чего сел в постели, откинув назад густые рыжие волосы и потирая пальцами виски. Я протянула несчастному асу второй кубок, полный отменного целебного мёда. Локи удивился, а затем посмотрел на меня со страстным обожанием и искренним восхищением, опустошил и его. Только после этого мужчина немного пришёл в себя. Склонившись, Ида поднесла повелителю чашу с ледяной водой, чтобы он мог умыться и облегчить свои страдания.

— Благодарю, моя чуткая госпожа, — наконец, с доброй усмешкой приветствовал он меня, привычным жестом зачёсывая непослушные рыжие пряди назад, чтобы они не лезли в лицо, — в девяти мирах тебе не найдётся равной, — ухмыльнулся хитрец, после чего поднялся на ноги и потянулся, его лукавые лисьи глаза сверкнули в моём направлении. Я не сдержала полуулыбки, понимающе склонила голову, всё ещё стараясь не нарушать тишины. — И какая нелёгкая только занесла меня к Ванадис?

— Полагаю, это были твои ноги, — осмелилась предположить я, не сводя влюблённых глаз с мужа. Как он был грациозен и хорош в своей простоте и естественности, как ласково и благодарно смотрели на меня смеющиеся янтарные глаза, как мы могли бы быть счастливы, если бы только не одно маленькое «но». Мои отнюдь не весёлые размышления прервала Ида, которая осмелилась приблизиться к нам и робко поклониться. Локи с неодобрением поглядел на неё — он не любил, чтобы слуги вклинивались в разговор господ.

— Прошу прощения, госпожа, — произнесла она, залившись румянцем при виде полуобнажённого повелителя, успевшего вернуть себе былую безукоризненную форму. Я усмехнулась уголками губ, потому что понимала чувства юной девушки — я сама не могла не любоваться сильным и гармоничным телом бога огня. — Аста у дверей, она спрашивает, пожелаете ли Вы спуститься в столовую залу к утренней трапезе?..

— Сюда неси, — прервал её Локи, заставив скромную девушку смутиться ещё больше. Забавно, в лучшем случае он воспринимал Иду как ребёнка и совершенно не осознавал, какое ощутимое влияние оказывает на неё, в какой трепет приводит бедную служанку. — Пусть поставят стол, мы поедим на веранде.

— Да, повелитель, — пропадающим голосом произнесла девушка и поклонилась, отступила назад, к дверям, передала приказ Асте. Пока моя ловкая спутница приносила на веранду подушки и устраивала всё должным образом, тёплая ладонь мужа едва ощутимо коснулась моей руки. Я обратила на него доверчивый взгляд из-под светлых ресниц.

— Ты бледна сегодня, Сигюн, — заметил он, проводя кончиками пальцев по моей щеке. Внимательные карие глаза обеспокоенно глядели на меня, проникая в самую суть моего естества. — Как ты себя чувствуешь? — бог хитрости обнял меня за плечи, и мы вышли на воздух, где Ида заканчивала последние приготовления, остановились у каменного заграждения.

— Это была тревожная ночь, Локи. Очень тревожная… Я мало спала и ощущаю связанную с этим слабость, — пояснила я, устремив взгляд за горизонт, в бесконечную и плотную голубизну кристально-прозрачных небес. Так тихо, ясно… Как