Истинная из страны оборотней - Эрика Грин

— Мощный, однако, к двадцати пяти годам-то! — смеется мой огнедышащий друг.

— Хорошо, что ты мне напомнил о возрасте, — встрепенулся я. — Отец ведь велел мне жениться как раз к моему дню рождения. А то, говорит, лишу наследства и права на трон. С него станется: после смерти мамы он стал какой-то странный, нервный, словно заблудился в лесу, а вместо «Ау!» и «Помогите!» выкрикивает какие-то несуразности. Жалко мне его, все-таки, кроме него, у меня никого нет на свете.

— Так уж и никого? — смеется дракон. — А маленькая русалка Элла?

При этом имени у меня сердце начало отбивать барабанную дробь и заложило уши. Память мигом нарисовала ее глаза-омуты, шелковые локоны и дерзко вздернутый подбородок.

— Да, приятель, бьешь прямо в цель… Знаешь, я все время о ней думаю, вижу ее, как наяву, слышу ее насмешливый голосок. Она такая маленькая, ее можно двумя ладонями накрыть, пожалуй. Но смелая, дерзкая, при разговоре смотрит прямо в глаза и словно читает мою душу.

— Мой юный друг, да ты влюблен в нее, — дракон довольно забил хвостом.

— Эх, все равно от тебя ничего не скроешь… Да, я влюбился! В маленькую колдунью Эллу из Сноваргена! Сначала мне был интересен ее медальон. Но потом все мысли стали лишь о ней самой. Более того — я даже готов жениться на ней. Только вот не уверен, что Элла разделяет мои чувства. Поначалу я в этом не сомневался даже, я же видел ее смущение и как она на меня смотрит. Но когда заметил, что она вывела метку истинности, то, честно говоря, приуныл. Даже захотелось отомстить. Моя-то метка на месте!

Я смотрю на алую розу на своем запястье и во мне закипают и печаль, и гнев. Околдовала меня, зачаровала, а от метки отказалась!

— Ингвар, дружище, да не злись ты! — успокаивает меня дракон. — Чем придумывать что-то за нее, взял бы да и съездил в Грейден-холл, сам у нее все и спросил.

— А вот так и сделаю! Не стану тянуть кота за хвост, еду сегодня же. Дракон я или кто?! Долой неопределенность!

Дракон умиротворенно закрыл глаза, видимо, уже мечтая о моей встрече с возлюбленной. Партия осталась неоконченной, потому что мы с дрокеном воссоединились. «Тебе мат в два хода, — весело отозвался он. — И зови меня просто Дрок».

Глава 24. Долгожданное признание

Поутру Элла срезала в саду розы, чтобы украсить стол к обеду и думала об Ингваре. Она пыталась понять, чем же так привлекает ее этот шалопай, избалованный богатством и благосклонностью дам. Красив ли он? Бесспорно. Но едва ли это главное, что заставляет сердце девушки биться, как пойманный в силки воробушек, при мысли об этом парне? И ее совсем не интересует его королевский статус, скорее, наоборот, отпугивает. «Подумаешь, — фыркнула Элла, — тоже мне — принц». Хотя из песни слов не выкинешь: да, принц, прекрасный принц. Элла уже было решила, что она просто влюбленная дурочка, как все те, кто по нему вздыхает, как вскрикнула от боли, уколов палец о шип. Посмотрела в свою корзинку и, словно очнулась: в ней лежали только алые розы, хотя в саду есть и белые, и желтые, и темно-пурпурные.

И в этот момент к ней прибежала запыхавшаяся Марта. Волосы у нее растрепались и вылезли из-под чепца, словно она бежала к хозяйке не из замка в сад, а, по крайней мере, из соседней деревни, и за ней гналась свора собак.

— Эд-линна Элла, к нам прискакал молодой всадник, ох, ни дать-ни взять- сказочный принц, красивый — спасу нет! — выпалила служанка, округлив глаза и смахивая со лба испарину, — Он вас спрашивает.

— Меня? И кто же он? — сердце у девушки заколотилось в предчувствии.

— Не сказался. Ольгерд проводил его в гостиный зал да позвал вашу матушку. А меня послали за вами.

Элла и Марта поспешили в замок. Когда Элла подошла к замку и увидела, как на конюшню увели Фергюса, сомнений в том, кто сидит сейчас в гостиной с ее матерью, у нее не осталось. Она появилась на пороге, как была, с корзиной, полной роз, забыв передать ее Марте.

Увидев ее, Ингвар вскочил с обитого золотистой парчой дивана и с сияющим лицом молча уставился на девушку. Наконец, опомнился: «Доброе утро, Элла! Я так рад видеть тебя в добром здравии. Ты словно утренняя богиня зари с этими розами».

Элла вздернула подбородок и передала корзину подбежавшей Марте.

— Доброе утро, принц, то есть Инвар! Ты тоже выглядишь здоровым и довольным жизнью, — было заметно, что девушка старается сохранять светскую благопристойность. — Что привело тебя в наши края?

Краем глаза Элла заметила, что матушка не столь напряжена, как того следовало ожидать, судя по ее прошлому, связанному с Лидингами. Элла ожидала увидеть ее суровой, но эд-линна Гвенда казалась вполне любезной по отношению к внезапному гостю.

— Знаешь, доченька, — поспешила разрядить обстановку Гвенда, — я пригласила дея Ингвара отобедать с нами, и он любезно согласился.

На этих словах Ингвар посмотрел на Эллу и с ослепительной улыбкой развел руками, мол, вот видишь, придется меня потерпеть.

«И маму очаровал! — Элла исподлобья взглянула на торжествующего дракона. — И как ему это удается?!» Но в душе была рада, что все складывается именно таким образом.

— Дорогая Элла, не стану скрывать причину своего приезда и выдумывать массу предлогов, чтобы ее замаскировать. — Ингвар тепло улыбался и казался очень искренним. Ну, если она действительно разбирается в драконологии.

— И какова же эта причина, заставившая тебя проделать путь в Грейден-холл? — с замиранием сердца спросила девушка, прикрываясь напускным равнодушием.

— Эта причина — ты, маленькая фея. Просто я очень соскучился по тебе…

Гвенда извинилась и ретировалась под предлогом того, что нужно дать распоряжения слугам насчет обеда (Элла с удивлением отметила, что куда-то исчезла привычная мамина меланхолия). Но девушка понимала, что мать захотела оставить их поговорить наедине.

— Вот как? — улыбнулась Элла, не зная, что сказать еще такого нейтрального, чтобы не выдать свои чувства.

— Прогуляемся по саду? — предложил Ингвар и, взяв ее за руку, не ожидая согласия, повел за собой.

В саду около куста алых роз Ингвар вдруг закатал рукав своей рубашки и протянул девушке правую руку. На ней красовалась метка, точно такая же, как у Эллы. Ингвар подошел близко к девушке, взял ее правую руку и поцеловал ее в запястье с цветущей розой. Элла не сопротивлялась. Она нежно провела рукой по его волосам, запутавшись в