Саша / Женя - Ольга Игнатова

Я подошла к Саше, улыбнулась ему и сказала:

— Привет!

Вместо ответного приветствия, он притянул меня к себе за талию и поцеловал. Оторвавшись от моих губ, он спросил:

— Соскучилась?

Я заулыбалась и отрицательно покачала головой. Саша на этот жест ничего не ответил, лишь улыбнулся, открыл мне дверь и подтолкнул, чтобы я садилась.

Когда мы отъехали от бизнес-центра, я спросила у него:

— Куда мы едем?

— Поужинаем, а потом поедем ко мне. — ответил он мне.

Я заволновалась. Нужно с ним поговорить. Сказать ему. Но я не знала, как начать. А Саша продолжил:

— Я покажу тебе еще одно место, где очень хорошо готовят.

Мы ехали совсем не долго, Саша свернул на небольшую улочку и остановился напротив небольшого кафе. Оно было похоже на кафе, которые обычно стоят вдоль трассы, для проезжих дальнобойщиков и некоторых путешественников. Я даже удивилась, что Саша посещает такое место. Он даже не смотрелся рядом с этим кафе. Я подозрительно на него посмотрела. Саша поймал мой взгляд, засмеялся, притянул меня к себе и проговорил:

— Сейчас сама убедишься.

Кода мы зашли в кафе, над дверью прогремел колокольчик, оповещая, что пришли посетители. К моему огромному удивлению, практически все столики были заняты. Нас встретил тучный пожилой мужчина, он протянул Саше руку и проговорил:

— Какие дорогие гости к нам заглянули! Проходите!

Саша пожал в ответ руку мужчине и представил нас друг друшу:

— Женя, это Петр Иванович, он со своей супругой Ниной Федоровной держат это замечательное место, — сказал Саша, — Петр Иванович, а это Женя. — продолжил он.

Петр Иванович зарделся от похвалы, он протянул мне руку и сказал:

— Очень приятно, Женя. Красивое имя.

— Спасибо. — сказала я с улыбкой, этот тучный мужчина казался очень добрым.

Он посмотрел на Сашу и сказал:

— Проходите, Саша, твой столик свободен.

Когда мы отошли от Петра Ивановича, я спросила у Саши:

— У тебя есть свой личный столик?

— Да, когда я собираюсь сюда, всегда звоню заранее, — сказал он, — Как видишь народа здесь очень много и бывает, что свободных мест нет.

Я была удивлена, так как даже внутри кафе было простеньким. Но когда нам принесли еду, которую, с моего согласия, для нас заказал Саша, я была в восторге. Я никогда ничего не ела вкуснее. Я готова была тарелку вылезать, было действительно все очень вкусным. Теперь я понимала почему здесь столько посетителей.

После того, как мы все съели, Саша посмотрел на меня и спросил:

— Ну как?

— Спасибо! Все супер. Это теперь мое любимое кафе и надо взять номер телефона у Петра Ивановича, чтобы заранее заказывать столик. — сказала я с улыбкой.

Саша засмеялся, откинулся на спинку стула и сказал:

— Ну слава богу, а то я в первую минуту подумал, что ты сбежишь. У них дочь есть взрослая, замужем, у них ребенок. Девочка, сильно больна. Все доходы они отдают на ее лечение, поэтому не заморачиваются с внешним видом кафе.

Меня эта информация удивила. Мне стало жалко эту добрую семью.

— Все совсем плохо? — спросила я.

— Я недавно видел их зятя, мы с ним немного знакомы, так вот он сказал, что в Израиле сделали операцию, теперь проходит реабилитацию. Скорее всего скоро все будет хорошо. — рассказал мне Саша.

— Это хорошо, — сказала я, но мне все равно было грустно от этой истории.

Когда мы закончили с едой, попрощались с Петром Ивановичем, я лично поблагодарила его за потрясающий ужин и сказала, что я теперь их постоянная посетительница. Я видела, как мужчине были приятны мои слова. Он сказал, что с удовольствием ждет нас снова в гости. После этих слов мы с Сашей ушли.

Мы подъехали к многоэтажке, где жил Саша быстро. По местоположению я поняла, что Саша живет недалеко от своего места работы.

Я всю дорогу волновалась, понимала, что ждет меня у него дома, хотела этого, ждала, но очень волновалась. А еще я понимала, что поговорить нам надо заранее, до того момента, как все произойдет. Я решила, что скажу, как только войдем в квартиру.

Но Саша набросился на мои губы уже в лифте. Он тесно прижимал меня к себе, гладил спину, задевая ягодицы и жадно целовал губы, шею, потом опять губы. Мое тело горело, я прижималась сама к нему еще ближе, все мысли вылетели из моей головы. Я не помнила, как мы оказались в его квартире, когда я успела разуться и уже лежала на широкой кровати.

Когда Саша стал расстегивать рубашку, я немного пришла в себя. Я села и проговорила:

— Саш…

— Что, малыш, — отозвался он и наклонился, чтобы поцеловать меня, я попыталась от него отвернуться.

— Мне надо тебе кое-что сказать. — сказала я.

Саша расстегнул рубашку уже больше, чем на половину, вытащил ее полы из брюк, поставил руки по бокам и посмотрел на меня выжидающе.

Я набрала в легкие побольше воздуха, опустила взгляд на его ширинку и увидела, как он возбужден. Я покраснела, отвела взгляд в сторону.

— Жень? — позвал он меня тихо.

— У меня этого еще ни разу не было. — быстро проговорила я, не глядя на него.

Повисла тишина. Я подняла голову и посмотрела на Сашу.

Когда наши глаза встретились, он спросил:

— Мне послышалось?

Я отрицательно покачала головой.

— Жень, тебе 23 года…Как, твою мать,…? В твои годы уже рожают по несколько детей!

Я отвернулась от него, мне было стыдно, как будто я ему сказала, что я не девственница, а больная какой-нибудь венерической болезнью.

— Подожди, ты что действительно, меня ждала? — спросил он, вспоминая мое обещание, которое я ему дала пять лет назад.

— Никого я не ждала, — выпалила я, — просто так получилось.

— Как получилось? За тобой, что никто не