Когда звенит тишина - Карина Голдман

Он подтянул меня к себе, сев на кресло. Я перекинула ногу и села на него сверху, почувствовав, что он давно жаждет меня. Стянув с него рубашку, я запустила руки под майку и стала поглаживать его стальные мышцы на животе, спускаясь ниже. Поймав его сбившейся ритм дыхания — лукаво улыбнулась. Расстегнув пряжку ремня, я стянула с него джинсы и встала перед ним на колени. Его зрачки расширились, а рот приоткрылся.

Когда он понял, что хочу сделать, он резко подтянул меня к себе и снова усадил сверху, не слушая протестующие писки.

— Не сейчас, — выдохнул он мне в шею. — Иначе я не выдержу.

Он стянул с меня остатки одежды и одним движением вошел. Я вскрикнула, уткнувшись ему в висок. Наше возбужденное дыхание слилось в унисон. Мы двигались как единое целое, отдавшись эмоциям. Не издавая ни звука, медленно и чувственно мы любили друг друга. Я едва сдерживалась, чтобы не стонать от удовольствия.

Оргазм был ярким как никогда. Я вцепилась в плечи Диме, оставляя красные полосы. Задыхаясь, мы приникли друг к другу, успокаиваясь и восстанавливаясь. Дмитрий поцеловал меня медленным и тягучим поцелуем.

— Мне надо вернуться на ферму пока не рассвело, — нехотя проговорил он некоторое время спустя, а я посмотрела на розовеющее небо.

Вздохнув, мы оделись, и я пошла провожать Диму домой. Он поцеловал меня, и я махнула ему рукой, когда машина потихоньку выкатилась со двора. Обернувшись к дому, я посмотрела на окна детских спален и заметила мелькнувший силуэт.

Еще одна проблема — Ника нас видела.

Глава 32

Солнечные лучи пробивались сквозь листву деревьев, когда я вышла на улицу с Никой. Утро обещало быть теплым, и воздух наполнялся ароматом свежей травы и цветущих цветов. Мы направились к озеру, которое находилось на краю деревни. Я всегда любила эти прогулки с дочерью — это было время, когда мы могли поговорить о чем угодно и просто насладиться обществом друг друга.

— Мам, а ты помнишь, как мы прошлый раз здесь были? — спросила Ника, было весело.

— Конечно, помню! Вы с Пашкой здорово веселились, — ответила я, улыбнувшись. Но в голове у меня крутилось нечто другое. Я решила спросить Нику о том, что меня беспокоило.

— Ника, а ты… ты не вставала сегодня рано утром?.

Она остановилась, обернулась ко мне и задумалась. Я знала, что этот вопрос может быть для неё непростым. Ника была уже достаточно взрослой, чтобы понимать сложные отношения между взрослыми. В ожидании ответа я затаила дыхание.

— Да, я вас видела, — наконец произнесла она. В её голосе не было осуждения, только спокойствие. — Но я не осуждаю тебя, мама. Я понимаю… Ты и папа разводитесь.

Я почувствовала легкое облегчение. Ника всегда была мудрой для своего возраста. Но в то же время мне было тяжело от того, что ей приходилось сталкиваться с такими взрослыми вопросами.

— Да, именно так, — подтвердила я. — У вашего папы теперь новая семья. И скоро у него родится ребенок.

Ника остановилась и уставилась в землю, ее лицо потемнело от разочарования. Я видела, как её маленькое сердце сжимается от этой новости. Она всегда мечтала о том, чтобы наш семейный мир оставался целым и невредимым.

— Я думала… что он всё ещё любит нас, — тихо произнесла она.

Я остановилась и обняла её. Это было нужно нам обеим.

— Он нас любит, Ника. Просто иногда взрослые делают выборы, которые кажутся правильными для них в данный момент. Это не значит, что он не любит тебя или Пашку. Просто… у него другая жизнь теперь.

Ника кивнула, но я видела, что она всё равно расстроена. Когда мы подошли к озеру, Ника вдруг остановилась и, посмотрев мне в глаза, спросила:

— Мам, а как нам рассказать Пашке о том, что у нас теперь всё по-другому?

Я почувствовала, как в груди сжалось сердце. Пашка был ещё так мал, и мне было страшно думать о том, как он воспримет все эти изменения. Я присела рядом с Никой и взяла её за руку.

— Знаешь, Ника, нам важно говорить с ним честно и просто. Он может не понять всего сразу, но если мы расскажем ему о том, что происходит, он чувствует нашу поддержку и любовь. Я сама с ним поговорю, скажу ему, что у нас с папой разные пути, но это не значит, что мы его не любим.

Ника кивнула, но я видела в её глазах беспокойство. Я знала, что ей тоже нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах и найти правильные слова для поддержки своего младшего брата. Я понимала ее чувства — сама не раз испытывала их. Мы сидели в тишине, смотря на воду, отражающую яркое солнце.

— Мам, а ты счастлива с Димой? — спросила она вдруг.

Вопрос застал меня врасплох. Я задумалась над ответом. Счастье — это сложное понятие, особенно сейчас.

— Я не знаю, Ника. Мне хорошо с ним, но иногда я думаю о том, как всё было раньше… и это тоже важно.

Она посмотрела на меня с пониманием и печалью в глазах. Я знала, что ей нужно время, чтобы смириться с новыми обстоятельствами. И мне тоже.

— Пойдем покормим уток? — предложила я, пытаясь отвлечь её от тяжёлых мыслей.

Ника кивнула и встала. Мы направились к озеру, и я почувствовала, как между нами вновь возникла связь — связь любви и поддержки. В этот момент я поняла: несмотря на все изменения в нашей жизни, мы всё равно остаемся семьей.

Глава 33

Мы с Никой подошли к берегу озера, где утки плавали, охотно подбирая хлебные крошки. Ника с радостью бросала им кусочки, и я улыбалась, глядя на ее сияющее лицо. В этот момент я забыла о своих переживаниях и просто наслаждалась тем, как она смеется и общается с утками. Вдруг к нам подошли деревенские ребята. Я узнала их — они часто мелькали на ферме. Среди них был Саша, мальчик с веснушками и добрыми глазами. Ника сразу стала немного смущенной, но старалась не показывать этого.

— Привет! — поздоровалась она, слегка покраснев. — Вы тоже пришли покормить уток?

— Да, — ответил Саша, улыбаясь. — Мы всегда приходим сюда. А ты как?

Я наблюдала за ними издалека, когда Ника представила меня:

— Это моя мама,