Дочь рода - Екатерина Дереча

Мы щебетали и обсуждали окончание каникул, перемывали кости одноклассникам и фыркали над потугами баронессы Ермолаевой привлечь внимание графского наследника третьей очереди. Девочка была безнадёжно влюблена, но ей ничего не светило — графский род Макаровых никогда не опускался до брака с баронскими родами.

Вышагивали мы очень степенно, чтобы у информаторов отца сложилось верное представление — две девушки сплетничают и играют во взрослых. Только когда почти дошла до сада, я поняла, что что-то не так.

Колума не было. Мой бессменный телохранитель, который, кажется, никогда не оставлял меня дольше чем на пару минут, исчез.

Решив обдумать это открытие чуть позже, я распахнула дверь и махнула Жанне. Ирида не подвела — все мои питомцы чувствовали себя хорошо. Даже привередливый орахилис испускал позитивную энергию и явно был вполне доволен условиями.

— Меня выдают замуж!

— Мой отец хотел меня убить.

Выдали мы с Жанной одновременно. Переглянулись, в этот раз без привычного смеха, и замолчали. Обычно мы всегда начинали говорить в одно и то же время, практически синхронно, а после смеялись и предлагали друг другу всё же начать первой. В этот раз смеяться не хотелось ни мне, ни Жанне.

— Тебе нет восемнадцати, помолвки длятся годами, так что не переживай так, — всё же сказала я, опередив открывшую рот подругу.

Жанна снова прикусила губу и кивнула. Я знала о её мечте стать боевым магом. Благо силы для этого хватало. Но прошлое рода де Берри до сих пор не отпускало их. Жанне могли запретить поступать в военную академию, выдать замуж за любого аристократа, равного по положению, и даже выслать в любую страну.

Именно так и поступали обычно с аристократами, провинившимися перед короной. Де Берри ещё повезло: у них были родичи в нашей Империи и хороший такой кусок земли по соседству с нами. Поэтому французский король позволил им сохранить честь и, так сказать, вернуться к истокам.

И то, что на самом деле такая смена жительства была просто-напросто ссылкой, ничего не меняло. Да, вот так из приближенного к монарху роду де Берри переселились в окрестности Тугольска.

— Думаешь, тебе не позволят стать боевым магом? — спросила я, надеясь, что подруге хватит выдержки и она не разнесёт поместье.

— Это же прямая угроза благополучию его королевскому… ну ты поняла, — Жанна поникла, никаких всплесков не предвиделось. Смирилась? — Сама знаешь, как король Франции дружен с Российским императором. Даже Филиппу отказали.

— Но он всё равно получил желаемое, — очень тихо сказала я.

— Аналитика, Яра. Аналитика, а не боёвка. Думаешь, Филипп мечтал сидеть в душном кабинете и перебирать пыльные бумаги? Он хотел воевать. Сражаться за свою новую родину и за свой род.

— Ненавижу политику.

Сказали мы хором и на этот раз на наших лицах появились первые с момента нашей встречи улыбки. Щёки Жанны порозовели: кажется, она не так сильно расстроена, как мне показалось. Ну или пытается скрыть свои эмоции, как и большинство аристо. Но мы с Жанной дружим столько лет, что уже давно в ближнем круге и перестали кривляться наедине друг с другом.

— Что ты там про отца хотела сказать? — перевела она тему, погладила пальцами мясистый листок лианы и вздохнула.

— Он вызвал меня в горы, чтобы я активировала переносной артефакт, забрал раненого Николая и завалил вход в тоннель.

— Твою же!..

— Эй, ты же виконтесса! — я выпучила глаза и чуть не уронила челюсть на пол. Таких заковыристых ругательств от её сиятельства я ни разу не слышала. Да что там! Я и не знала, что она умеет ругаться.

— Других слов я просто сейчас не смогу найти, — она сжала кулаки. Я заметила опасный огонёк в глазах Жанны и покосилась на свои травки. Купола устоят, а вот всем остальным питомцам может не повезти. — Яра, твой Глава хотел убить тебя, ты это понимаешь?

— Не совсем, — я кисло скривилась, загородила собой самые ценные растения и покачала головой. — Ему пришлось выбирать между мной и первым наследником. Он не мог забрать нас обоих… это было вынужденное решение.

— Проклятье вступает в силу даже от одного намерения, а уж про попытку и говорить нечего, — не унималась подруга. Её пальцы снова лизнуло жадное пламя.

— Это был выбор без выбора. Если бы он вытащил меня, то оставил бы погибать Николая, — пожала я плечами и ухватила Жанну за предплечья, напоминая о сдержанности и контроле. Не дело это — вспыхивать каждый раз, когда речь заходит о чём-то неприятном. — В нашей Империи никто не верит в проклятья. Это во Франции дворянские рода вымирают, ещё бы они не поверили в сверхъестественные силы!

— Но ты веришь?

Я кивнула и постучала пальцем по губам, показывая, что мы уже не одни. За дверью кто-то стоял, явно дожидаясь обсуждения важных тем. Взглянув на камеру под потолком, я поморщилась. Я же состригла часть листьев, отец мог установить новые, а я даже не проверила. Привела сюда Жанну и наговорила всякого.

Немного подумав, я успокоилась. Мы обсуждали помолвку Жанны, поступок моего отца и проклятье. Ничего важного сказано не было. Но сам факт, что я совсем не подумала, что отец мог обновить камеры, меня расстроил.

Эх… можно было списать это на мою слабость после отравления, но я-то знала, что действие яда уже закончилось.

Странный шорох заставил нас с Жанной напрячься. Мы переглянулись, кивнули друг другу и встали в боевую стойку. Звук был такой… не похожий ни на что. Будто ножом водят по стеклу. Скрежет, который проникал в самую душу.

Глава 7

Я скастовала стандартную ловушку для живых существ — всё, на что я была способна с моим третьим уровнем против неизвестной твари, что пыталась попасть в сад — убедилась, что Жанна готова к атаке, и резко распахнула дверь. Мы с подругой синхронно выдохнули и замерли, глядя на странное существо, похожее на хамелеона. Большого такого хамелеона.

Зверушка распахнула пасть и зашипела. Жанна за моей спиной сдавленно пискнула. Обернувшись к ней, я увидела расширенные глаза и какую-то безумную улыбку. Это что она так восторг выражает?

— Шш-ххр-шш, — прошипел хамелеон и сделал шаг в сад.

Я тут же нахмурилась и напитала ловушку энергией. Эта ящерка точно не из нашего мира, скорее всего, её достали из разлома. Приглядевшись, я