Это война, детка - Кристи Уэбстер

Закусив губу, я снова осмотрелась, выискивая Гейба. Но его нигде не было. Я опять сосредоточилась на мужчине, казавшемся безобидным в красивом костюме и с обезоруживающей улыбкой.

— Спасибо, — прошептала я.

— Еще и вежливая, — подошел он ближе. — Ты станешь отличным дополнением к моим девочкам.

— У вас их несколько?

— Я приезжаю сюда каждый месяц и покупаю еще. Это зависимость.

— Что вы с ними делаете? — сглотнула я.

— Я причиняю им боль, — в его глазах замерцали злоба и тьма. Он больше ничем не напоминал Брэндона. — Точно так же, как причиню боль тебе, — по-деловому заявил незнакомец. Он подмигнул и улыбнулся, словно его слова не были ужасны. — Твоя бледная кожа идеальна и нетронута. Я готов кончить, просто думая обо всех гадких словах, которые на ней вырежу. Ты будешь носить на своей плоти не только мое имя, но и такие слова как «манда» и «шлюха», чтобы все видели.

— Ты монстр! — отшатнулась я, в ужасе уставившись на него.

— Куда, по-твоему, ты попала, красотка? — ухмыльнулся он. — На чертово благотворительное мероприятие?

— Я, но я…

— Ты в логове страшнейших монстров на Западном побережье. И ты не более чем еда, купленная лишь для того, чтобы съесть ее с жадностью и безо всяких ограничений. Некоторые из нас ищут секса. Другие предпочитают утехи более извращенные. Я же увлекаюсь извращениями с сексуальным подтекстом. Когда я закончу с тобой, никто не узнает твоей драгоценной красоты. Будет уже поздно. Ты истечешь кровью на моем персидском ковре, после чего я вытащу твой труп из дома и сброшу в проклятый океан.

По моему лицу потекли слезы, и я развернулась, чтобы сбежать. Но не успела я сделать и шага, как он схватил меня за руку.

— Меня зовут Эдгар Финн. Запомни мое имя, потому что ты унесешь его с собой в могилу, — пригрозил он. — До скорой встречи, Гардения Ли.

Эдгар отпустил меня, и я помчалась от него прочь через толпу. Мне нужно было сбежать. Я ни за что не уехала бы с этим безумцем.

Спеша от него, я старалась не смотреть в глаза ухмылявшихся мужчин на своем пути. Все они были одинаковы. Такие же монстры, как Гейб. Я была идиоткой, считая иначе. В их мире не было светлой стороны. Мне нужно было беспокоиться лишь о том, как убраться отсюда. Сейчас же.

— Вот ты где, детка, — низкий голос Гейба успокаивал и вместе с тем потрясал противоречивостью вызванных им эмоций. — Ставки просто немыслимые!

Я вздрогнула, но все-таки позволила ему заключить меня в согревающие объятия.

— П-пожалуйста, не позволяй ему меня купить. Я не могу пойти с ним. Он сказал, что убьет меня!

— Кто, черт возьми, сказал тебе такое?

Гейб отстранился и посмотрел на меня сверху вниз. Он злился, но, к счастью, не на меня.

— Эдгар Финн.

— Увы и ах, — улыбнулся Гейб, и вся его ярость испарилась. — Тебя уже купили. Пойдем, посмотрим, кому теперь принадлежит твоя милая киска.

— Нет! — я попыталась вырваться и не дать ему отправить меня навстречу ужасной участи. — Я не могу пойти с ним! — завизжала я, не обращая внимания на свидетелей моего срыва, смотревших на меня широко распахнутыми глазами. Некоторые из продававшихся женщин встречали мой взгляд со слезами и сочувствием на лицах.

Гейб нетерпеливо посмотрел на меня, будто я была раздражающим ребенком, устроившим сцену в продуктовом магазине. Расстроено вздохнув, он шагнул ко мне и, жестко схватив за локоть, притянул к себе, гневно овеяв мое лицо выдохами.

— Прекрати, Бейли. Пойдем. Никто здесь тебе не поможет. И я не помогу. Либо ты идешь добровольно, либо я отрублю тебя и потащу у всех на глазах. Что выбираешь, детка?

Сдавшись и зарыдав, я позволила Гейбу провести меня через толпу. Все происходило на самом деле. Я шла в лапы человека, купившего меня за два миллиона долларов, чтобы изрезать, как тыкву на Хэллоуин.

Гейб соврал.

Он не мог меня спасти.

К тому времени я буду уже мертва.

— Куда мы идем? — потребовала я, как только мы зашли в лифт.

— Твой покупатель ждет в своей машине, — нажав на кнопку цокольного этажа, Гейб повернулся ко мне лицом.

— Что? — у меня заколотилось сердце, и я запаниковала. — Я должна с ним уехать? Гейб, пожалуйста, не отдавай меня ему!

— Детка, обещаю, я вернусь за тобой, — нахмурился Гейб и наклонился. Я заплакала еще надрывнее, и он поцеловал меня в губы. — Ты теперь сильная и подготовленная. Ты сможешь выжить, пока я за тобой не приду. И затем мы останемся только вдвоем, — но его слова успокоили меня лишь отчасти.

Эдгар был злобным и серьезно настроенным причинить мне боль. Похоже, он даже не хотел ждать, когда мы покинем здание. Меня парализовало от страха.

Лифт звякнул, и двери открылись. На парковке выстроилось рядами несколько дорогих спортивных машин, но мы подошли к черному автомобилю между ними. Открылась водительская дверь, и наружу вышел человек, сразу направившийся к нам. Будучи в годах, он устало хмурился и напоминал мне дедушку. Гейб погладил меня по заднице и толкнул в объятия старика.

— Вы нужны мистеру Макферсону, — прошептал старик, словно не хотел, чтобы Гейб слышал фамилию его босса. — Наденьте это.

Мистеру Макферсону? Не мистеру Финну?

Мое сердце вылетело из бездны, куда упало после знакомства с Эдгаром, и воспарило в надежде. Но когда старик отодвинулся и протянул мне клочок черной ткани, я запаниковала, не зная, что за монстр меня купил.

— Ч-что это?

— Специальный респиратор. Тканевая маска для лица, если вам угодно. Никакие микробы не попадут под нее и не выйдут наружу. Вы к ней привыкните, — заверил он с легкой улыбкой. Тогда я заметила на его шее шнурок от такой же маски и потянулась за так называемым респиратором.

Мужчина в машине болел? Был старым и чахлым? Я старалась не особо надеяться на побег, но дряхлость покупателя, безусловно, повышала мои шансы.

— Какая хорошая девочка, — похвалил Гейб, осторожно сжав мою ягодицу. — Всегда делает, что ей сказано.

Натянув маску на лицо, я ждала того, что должно было произойти дальше.

— Пять миллионов были переведены на ваш счет, — сообщил старик. — Приятно иметь с вами дело.

У меня округлились глаза.

Пять миллионов долларов.

Черт возьми.

Если Эдгар был готов выложить два миллиона и имел на меня извращенные планы, я могла лишь предполагать, чего хотел псих, заплативший пять миллионов.

— До свидания, Бейли, — вернул меня в реальность Гейб. Когда он сказал, что любит меня, моя ярость вырвалась на свободу. Не