Дай мне развод - Ария Тес

Интересно, это было смешно? Общаться со мной, улыбаться мне, давать эти дурацкие советы и знать, что через полчаса, когда очередной выход «в свет» закончится, она будет выкрикивать имя моего мужа? Насколько это было забавно знать, что из идеального в нас только обложка?

- Дарина?

Слышу свое имя, как из-под толщи воды, моргаю пару раз и фокусирую внимание на супруге. Он хмурится, смотрит на меня насторожено, а я не знаю, как на это реагировать. Еще раз моргаю из-за дикого дискомфорта в глазах, перевожу их на нее. Зоя тоже насторожена. Она смотрит с беспокойством, но я знаю, что не обо мне. За себя переживает. Читаю это наравне с самодовольством. Вон оно…прячется на дне ее янтарных глаз вместе с ухмылкой в уголке губ.

Вот бы ударить ее по морде…

Так леди думать не могут, но я безумно этого хочу, аж ладошка пульсирует. Только правда в том, что я на это никогда не решусь. Я не чувствую, что имею на это право — он мой муж только на бумаге, как и было сказано: я его жена только по условиям сделки.

Фу. Чувствую себя так унизительно, когда сдаю позиции, отступаю, опустив глаза, а потом разворачиваюсь и быстро выхожу из помещения.

Мне нужен воздух.

Вдох-выдох. Не рыдай.

Думаю, пока несусь по коридору к запасной лестнице фотостудии. Какая же я трусиха все-таки...снова нужна какая-то норка, скорлупка. Мне снова нужно спрятаться хоть где-то, где будет спокойно, где я смогу собраться. Как только? Я не знаю. Ощущаю себя абсолютно и безоглядно расколошмаченной на сотни миллионов частиц.

Она работает с ним…

Ему настолько плевать, что он даже не парился. Завел себе любовницу под боком, чтобы в любой момент разложить на столе. Ильясу на меня плевать, и он не счел это чем-то ненормальным. Общаемся часто? Да и плевать. Дарина же не человек, а вещь. Правильно?! Правильно!

- Да куда тебя несет?!

Муж резко хватает меня за руку выше локтя и резко поворачивает на себя. Здесь темно — и это благо. Благо! Я не хочу, чтобы он знал и видел, как мне больно. Не хочу показывать ему свои слезы, которые неизбежно брызнули из глаз. Не хочу, чтобы видел мою душу, в которую влез и разодрал ее на части просто потому что не считал, что у меня вообще есть душа.

Он знал, что у него есть другая, которую он имеет считай у меня перед носом, и решил, что это нормально.

Нормально. Что в нашем браке вообще нормального!? Ха!

- Не прикасайся ко мне!

Резко подаюсь назад и врезаюсь в стену. Вижу только очертания фигуры супруга, что тоже хорошо, если так подумать. Никаких тебе глаз глубоких, никаких черт лица, ничего — пусто. В этой темноте, которая действительно является спасительным благом, мне нечем обмануться. Пустота она и есть пустота, как весь наш брак — ничего и точка.

Ильяс, однако, недоволен. Хотя нет, это его перманентное состояние быть «недовольным» в нашем союзе, только его сейчас злит не это. Скорее тот факт, что я посмела повысить голос на людях, поэтому дальше он снова хватает меня выше локтя и заталкивает в ближайшую комнату.

А она уже светлая. Огромное окно, из которого бьют солнечные лучи, бежевые стены…Очередная локация для фотосессии, тут их много, как ни крути, и раньше я любила рассматривать их. Честно. Мы часто снимаемся с Ильясом, теперь я понимаю, что так он создавал «образ» примерного семьянина, а когда-то я думала, что ему это нравится…Точнее как? Я не думала вообще об этом. Не знаю почему. Мне казалось, что это нормально — столько в социальных сетях фотографий с мужьями и детьми, ну просто лента взрывается! И я правда считала, что это нормально. Может быть, так и есть, но опять же: в нашем браке ничего нормального нет, если я не хочу даже взглянуть на него.

А я не хочу.

Упорно уставилась в пол, сжалась вся, отошла на шаг. Мне даже близко находиться рядом с ним до дрожи больно и неприятно. Грязно. Он для меня сейчас, как куча помоев, в которую упорно тянет-тянет-тянет, но я не поддаюсь на этот раз. Нет. Ни за что не смотрю в эти глаза, с меня хватит!

- Что ты устраиваешь?! - шипит, делая шаг на меня, однако я твердо намерена сохранить дистанцию и отступаю, - Дарина!

- Это она.

Выпаливаю тихо, на что Ильяс цыкает.

- Хватит бурчать! Дарина, твою мать, я сто раз говорил тебе…

- ЭТО ОНА!

Срываюсь и ору, резко поднимая взгляд. Сорвалась. Черт. Сорвалась, как дура, и мне страшно, что вот сейчас меня снова перекроет и вернет обратно, но нет. Не возвращает. Я когда его вижу — ненавижу только сильнее…поэтому наступаю, яростно не отводя глаз, хмурюсь и тыкаю пальцем в грудь.

- Теперь ты меня хорошо услышал?! ЭТО-ОНА! ТВОЯ ШЛЮХА!

- Не ори…

Говорит хрипло, тихо — сдерживается. Меня бы это, честно, остановило, только опять же не сейчас. Только бесит больше…

- Ты мне предъявлял за Кирилла, а у самого шлюха под рукой всегда?! Ублюдок!

Даю звонкую, хлесткую пощечину, которую даже не боюсь. Как в первый раз — мне правда нестрашно. Что он может, господи?! Ударит в ответ?! Да и хрен с ним. Пусть. Подкинет мне больше ненависти в топку, которую я культивирую и взращу до небывалых размеров! Давай! Бей!

Взглядом я кидаю ему вызов — сама его чувствую так сильно, что, наверно, могу в руках сжать, но Ильяс ничего не делает. Он просто смотрит на меня, и я ненавижу его еще больше. За то, что он не делает так, чтобы я возненавидела его навсегда…

С горечью признаю: пройдет пара часов и я отпущу обиду. Мои чувства не позволят мне его презирать, как я того хочу. Не позволят…

- Успокойся, - говорит ровно, тихо, мягко даже, но куда там?

Серьезно: куда?! Вы когда-нибудь видели человека на грани, которого действительно успокоило бы «успокойся»?! Оно только сильнее раздражает, и я не исключение!

Оказываюсь рядом моментально и начинаю его бить. Долблю в твердую, сильную грудь, по животу, потом по бокам, когда он сгребает