Забава. Сбежавшая невеста - Натали Берд

- Молва сказывала, что ты первая красавица на деревне. Но если так оно и есть, то все печально просто! – даже не пытаясь скрыть своего разочарования, пробасил богатырь.

- Ты оскорблять пришел или по делу?

- Прости ,девица, по делу я. Приболели у меня дружинники, зелье какое есть у тебя? – все еще пристально меня разглядывая, спросил мужчина. – Я тебя нигде раньше не видел? Больно глаза мне твои знакомыми кажутся.

- Когда, кажется, обычно крестятся! – разворачиваясь и направляясь к лекарскому домику, отрезала я. Мужик двинулся за мной, пришлось его остановить, бросив через плечо: - Здесь стой, нечего ко мне в дом хаживать. Не жених.

За спиной раздался удивленный возглас: - Огонь, а не девка! Покрасивше бы еще была, точно бы моей стала!

- Ты на себя-то смотрел? Рядом с таким и сидеть страшно, не то, что чего другого выдумывать. – Поднимаясь на крылечко домика, прокричала я.

Войдя внутрь, первым делом кинулась к зеркалу и потрясенно ахнула, передо мной стояло чудовище. Грязные нечесаные волосы были еле собраны в косы, лицо, измазанное в саже, обсыпанное небольшими прыщиками, не вызывало никаких других желаний, кроме одного – держаться подальше. Только глаза – глубокого серого цвета в обрамлении густых, длинных ресниц не сочетались с грязной замухрышкой, в которую превратила меня бабушка.

Беспокоило меня и то чувство тревоги, которое вызвал во мне мужчина. Определенно я его не только знала раньше, но и боялась. Кинувшись к настойкам, стоявшим на полке, схватила первую необходимую и выскочила из домика, чтобы поскорее спровадить настырного мужика. Не ровен час, увидит меня кто и выдаст.

- Держи! Этого должно хватить. В кувшин с водой выльешь и всем по глотку дашь выпить! – всучила флакон и захлопнула перед самым его носом дверь.

- Забава! Мы еще недоговорили! – донеслось из-за забора.

- Ну коли недоговорил, никто, тебе не мешает это сделать. А я в дом пошла, некогда мне. – Нарочно хлопая громко дверью, вошла в избу.

- Ты пошто такая грязная?! – воскликнул Домовой, выходя из ниоткуда.

- Сейчас баня готова будет, и мыться пойду, в болоте чуть не утопла. – Снимая грязную обувь у порога, и босиком прошагав на кухню, ответила я. – Пить хочу, просто умираю.

- Не нужно этого делать. Иди выпей своего зелья, на полочке в маленькой бутылочке стоит, а то иначе точно откинешься! – заботливо ворчал дедушка.

Дверь в сенях скрипнула, и в дом вошла баба Поля, в своем истинном обличье.

- Ничего мне рассказать не хочешь?

- Хочу, только вот нужно, чтобы ты сама все вспомнила! – кладя свою прохладную ладонь на мои глаза и начиная снова читать какое-то заклинание, проговорила ведьма.

Вспышка! Воспоминания начали проступать неясными картинками, становясь все четче.

«Я стою посреди большой комнаты, вдоль стен расставлены резные лавки, большой обеденный стол громоздко расположился в самом центре, за ним сидит мужчина, нетерпеливо постукивая пальцами по поверхности одной рукой, другой ковыряя вилкой еду в тарелке. Поднимает на меня тяжелый взгляд и произносит: - Лучше партии не найти. Свадьбе быть! Перечить не смей. Матери скажи, пусть приданное в сундуки складывает. Две недели у вас на сборы.

- Нет! – восклицаю я.

Скрипит дверь, и в палаты входит мужчина, в шароварах, заправленных в красные кожаные сапоги, ярком, искусно вышитом кафтане.

Он поклонился в пол, приветствуя: - Звал, князь, меня?

Я обмерла. На меня смотрел богатырь, который только что стоял у калитки. Светлые волосы прибраны волосок к волоску, зеленые глаза с поволокой, холодно и безразлично взирают на окружающих, пухлые губы были сжаты в презрительной улыбке. Даже серьга в ухе, казалось, брезгливо заледенела в одном положении.

- Звал, Димитрий! Жениться тебе нужно! – довольно проговорил отец, кладя в рот большой ломоть хлеба.

- На ком, князь?

- Да вот, на дочке моей, возьмешь? – вставая из-за стола и направляясь к новоиспеченному жениху, проговорил отец.

Глаза молодца победно сверкнули, и чтобы скрыть их алчный блеск, он снова склонился в поклоне: - Это великая честь для меня!

- Ну и славно! – хлопая его по плечу и поворачиваясь ко мне, продолжал отец. – Свадьба через две недели. Думаю, успеете познакомиться, а на все остальное у вас вся жизнь впереди.

- Он мне не люб! – топнув ногой, в отчаяньи, прокричала я.

- Стерпится, слюбиться! – махнув рукой и направляясь к выходу, поставил точку в разговоре отец.

Дождавшись, когда закроется дверь, жених повернулся ко мне и произнес: - Я же сказал, что ты будешь моей! Никуда ты от меня не денешься!

- Ах так! – вырываясь из скользких объятий Димитрия, выкрикнула я – А вот это мы еще посмотрим!

Он снова поймал меня в кольцо своих железных рук, прижал к себе и потянулся ко мне для поцелуя.

Внезапно дверь отворилась и на пороге появилась женщина, отдаленно похожая на бабу Полю: - Забава, тебя мать зовет. – Окатывая холодным взглядом жениха и протягивая ко мне руку, проговорила она. – Идем!»

- Батюшки! – очнувшись от ведения и тяжело осев на стул, заботливо подставленным Домовым, простонала я. – Тетушка? Что мне делать?

Довольная тетка снова повернулась против часовой стрелки и передо мной стоит женщина, которой по земным меркам дашь около пятидесяти лет.

- Давай поговорим, племянница! Пора уже!

Глава 22

Похлопав ладонью по стоящей рядом со мной лавке, я ей предложила: - Присаживайся уже. В ногах правды нет. А разговор долгий предстоит, верно?

- Верно, Забавушка! Время совсем истекает, а мы все по кругу ходим. Баня скоро готова будет. – Присаживаясь на лавку и расправляя складки на сарафане, проговорила баба Поля.

- Первым делом, как тебя звать, тетушка? Не вспомнила я, прости.

Она довольно усмехнулась, теперь уже поправив прядь волос, выбившуюся из прически: - Да, знатно прежняя Забава следы подтирала. Недооценила я ее. Хорошая ведьма бы вышла! Давай пока я тебе кратенько основное поведаю, в баньку свожу, а вечерком уже чай попьем, да разговоры разговаривать будем. – Тревожно глянув в окно, предложила она.

- Как тебя звать? – настойчиво повторила я вопрос.

- Сестра отца твоего, князя Владимира, Анна. Раньше ты меня так и звала. Можешь и дальше продолжать, а на людях я бабушка Аня, но в обличье старухи. Если спросят, куда та старушка делась,