Злодейка твоего романа - Анна Александровна Завгородняя

Вот Фанни сидит с книгой на этом самом диванчике. Только атлас другого цвета и ковер на полу овальный, а не круглый, как нынче.

Напротив Фанни расположилась леди Гарриет. Она держит в руках вышивку, а на столике рядом с ней стоит открытая шкатулка, полная принадлежностей для рукоделия.

Я моргнула, и образ моложавой леди Тилни исчез. Предо мной снова была нынешняя леди Гарриет, и она жаждала подробностей моей встречи с ненаглядным женихом.

— Что же ты до сих пор молчала? – воскликнула матушка. – У нас будет гость к ужину, а возможно, и несколько, если лорд Белтон приведет с собой кузена. Мне надо отдать необходимые распоряжения, чтобы слуги приготовили нечто особенное. То, что очень любят драконы.

Девицу-девственницу на блюде и гору золота, подумала я с сарказмом. Что там еще любят откушать эти чешуйчатые? А вот понятия не имею. Фанни, наверняка, знала. Но почему-то этот отрезок ее памяти для меня оказался закрыт.

Матушка смерила меня взглядом. Ее довольная улыбка как—то поугасла.

— Что-то ты не выглядишь радостной? – произнесла она похолодевшим голосом.

А чему радоваться—то, а? Я вздохнула. Подумать только, я была в шаге от исполнения своей, можно сказать, мечты! Я даже держала драгоценный документ, написанный вот этими ручками. И окажись шкатулка на месте…

И тут снова невольно задалась вопросом: кто ее увел у меня из-под носа? Кто еще в курсе о тайнике Белтона?

На память пришло лишь одно имя – героини, которая еще не появилась в сюжете, но когда это произойдет, она затмит меня в глазах Тео.

Что, если это она?

Я нахмурилась и покачала головой.

Нет. Быть такого не может! По сюжету, наша главная героиня узнает о шкатулке случайно и только после знакомства с драконом. Значит, вариант отпадает сам собой. Но тогда кто?

— Фанни? – Голос матушки неприятно резанул слух. – Ты меня совсем не слушаешь? Неужели, замечталась о лорде Белтоне? Если это так, то я тебя очень понимаю, моя дорогая. – Леди Тилни более мягко взглянула на меня. – Тебе не надо пугаться своих чувств. Если это из-за них ты так взвинчена в последнее время, то пойми: быть влюбленной – это прекрасно. Быть женой еще приятнее. Придет время, и ты сама оценишь свое счастье.

Я кивнула, радуясь уже тому, что леди Тилни сменила гнев на милость. Пусть себе рассуждает о любви и прочем, если ей это доставляет удовольствие. Мне надо пережить ужин с Белтоном, его разговор с лордом Тилни и предстоящую помолвку. А затем я опять буду думать, как избежать опасного брака.

— Вижу, ты совсем устала, — наконец, смилостивилась матушка. – Ступай к себе, отдохни и будь свежа к приезду лорда Белтона! – напутствовала она меня.

Я кивнула, встала и пошла к себе, чувствуя спиной напряженный взор матушки. Но не успела сделать и доброго десятка шагов, как услышала ее голос. Леди Тилни звала кого—то из слуг. Наверняка, сейчас займется подготовкой к ужину.

Даже стало любопытно, что такого особенного едят драконы?

***

Уголь?

Я обрадовалась, что не произнесла слово вслух, и не выдала своей неосведомленности. Конечно же, Фанни должна была быть в курсе, что драконы едят… уголь…

Но вид блюда, наполненного черными, с алым, кусками угля, вызвал во мне противоречивые чувства.

— Когда Фанни сообщила мне, что вы приедете на ужин, я тут же отправила слугу в центр, велев купить это замечательное блюдо! – проворковала леди Тилни, когда мы уже сидели за столом, а я старалась не таращиться на дымящееся лакомство.

— Благодарю, — улыбнулся лорд Белтон и нацепил на вилку черный кусок, переложив его к себе на фарфоровую тарелку.

Я мысленно поморщилась. Стало интересно, а он там себе ничего не сожжет? Все же, Белтон не факир, есть такую гадость. Правда, почти сразу я вспомнила, что сделал с бедным договором этот драконище, и поняла: уголь ему в радость! Правда, мысленно тут же пожелала женишку подавиться угощением.

— На балу у леди Денвор я не сделал то, что должен был, — произнес Тео, а я перевела взгляд на его кузена. В отличие от братца, Риэль угли не ел, чем несказанно меня порадовал. Видимо, не все драконы любят подобные изыски.

— Поэтому, сегодня я взял на себя смелость и заказал объявления во всех газетах столицы, где сообщил о нашей помолвке с леди Фанни, — тем временем закончил Белтон.

Я мысленно скрипнула зубами, а Тео бросил на меня довольный взгляд, который я сочла неискренним, потому что успела заметить тлеющее недовольство в самой его глубине.

Ну, конечно, дракону сейчас несладко. Надо еще отыскать шкатулку, а дело это, кажется, непростое.

— Ну, наконец-то! – одобрил действия будущего зятя до сих пор молчавший сэр Джонатан.

— Да. И полагаю, после ужина, если вы не против, мы можем обсудить детали предстоящей свадьбы, — сказал Белтон, и я стиснула крепче, чем надо, вилку.

— Леди Фанни просто светится от счастья, — произнес тихо Уиндем. Его темный взгляд скользнул по моему лицу. Кажется, он чувствовал мое нежелание выходить за Белтона, но при этом не усмехался, а будто сочувствовал мне.

Или своему кузену?

— Итак, свадьба дело решенное. И я не могу не сказать, как рад, — произнес лорд Тилни. – После бала у леди Денвор, признаюсь, я был в смятении! Мне казалось, вы передумали…

— Разве я мог? – Драконище продолжал издеваться. – Кто, находясь в здравом уме, откажется от такой красоты, как ваша дочь? – спросил Тео и снова посмотрел на меня. А в глазах ну ни капельки восхищения этой самой красотой.

Стоит ли говорить, что я едва выдержала этот ужин и почти обрадовалась, когда отец, то есть лорд Тилни, увел Белтона в свой кабинет, предоставив нам с матушкой развлекать драконьего кузена.

Глава 7

О чем можно так долго разговаривать?

Сидя за столиком и следя, как леди Тилни раздает карты, я то и дело отвлекалась, постоянно вспоминая Теодора, который застрял в кабинете сэра Джонатана. Прошел целый час – его мы провели сначала за беседой на светские темы: природа, погода и прочее, тут ни о чем ином не говорят, если плохо знают друг друга, а мы с леди Гарриет совсем не знали загадочного Габриэля