Сумасшедшее сафари - Лора Брантуэйт

Сандра никогда в жизни не поверила бы, что солнце может быть таким огромным. Не поверила бы – если бы сама не увидела. А теперь – вот оно – гигантский, поражающий воображение красно-золотистый диск на удивление быстро скрывался за горизонтом. И очень многие вещи становились понятными и обретали статус чего-то естественного и аксиоматичного: наивная, первобытная убежденность в том, что Солнце вращается вокруг Земли, и не просто вращается, а катится по пологому своду, плоское, как монета или колесо. И мистические полусказки-полулегенды о том, что первые люди жили именно на африканской земле, и были они гораздо мудрее своих далеких потомков, и осколки этой мудрости и магии до сих пор хранятся, хоть и разрозненные, в недрах Африки. Жалко, нет Марты, она бы многое рассказала…

– Похоже на тигра.

– Что? – Сандра обернулась. Рой подошел незаметно и встал за ее плечом, так что от внезапно прозвучавших слов дыхание сбилось на миг.

– Солнце похоже на тигра. На красного дикого зверя, который крадется по своду небес.

– А почему крадется? – Сандра была сбита с толку и самой аллегорией, и ее невыразимой прелестью. И вопрос получился, скажем так, не самый разумный.

– Охотится. Наверное, за луной, – пожал плечами Рой. Глаза его немного смеялись…

– И за все тысячелетия, что существуют земля, и луна, и солнце – не поймал?! – возмутилась Сандра. По ее справедливому мнению, такое предположение было бы оскорбительно для любого охотника.

– Может быть, он в нее влюблен. И так – играет. Таится, крадется, потом в нетерпении срывается с места – как сейчас – и самое интересное начинается, когда над горизонтом не видно ни одного светила.

Сандра покраснела. Не важно почему… Она повернулась к Рою спиной, надеясь, что он не догадается о ее почти беспричинном смущении.

– Встретимся у костра. – Его слова прозвучали как обещание.

Повинуясь внезапному порыву, Сандра вернулась в шалаш и надела тонкое одеяние, подаренное Софией. Когда еще, если не сегодня? Не для него?..

Все взрослое население племени собралось у огромного костра, что был сложен в центре деревни на участке, который мог бы называться площадью. Теперь все были одеты, точнее сказать, раздеты традиционно. И мужчины, и женщины носили только набедренные повязки. Женщины – еще много бус. В обнаженности их грудей не было чувственности, скорее – что-то первобытное, родное, осязаемое, но непонятное, свободное.

Принесли тамтамы. Танец начал вождь племени, старейшина деревни.

– Это обряд единения. Его издревле проводили, когда заключали перемирие с соседями или освящали браки между разными семьями, – вполголоса пояснил Саид.

Юноша масаи, может быть, преемник шамана, бил в тамтамы. Шаман пел горловым голосом. Сначала Сандра больше испугалась необычной обстановки, чем увлеклась ею. Но потом… Удары тамтама становились все громче, и это уже не раздражало, завораживало, отдавалось в крови, во всех внутренностях. Сандра забыла дышать. Хотелось закрыть глаза и отдаться на волю своего тела. Постепенно, один за одним, включались в танец все масаи. Все движения шли в отлаженном ритме, казалось, что движение вообще было одно и непонятно каким образом дробилось на разные тела…

Осебо первым из чужаков поднялся. Ему дали место в кругу. Он двигался немного иначе, чем все остальные, но ритм был тот же.

– Когда почувствуете, что готовы, вставайте и идите к ним, – медленно проговорил Саид. В его черных глазах отражалось пламя костра.

Сандра поднялась, ведомая только желаниями своего тела. Вступила в круг, где жар от костра был едва переносим. Она не танцевала почти никогда.

Но сейчас был особый вечер. Сандра забыла, кто она и откуда, как ее зовут, что было и что будет… Она двигалась, раскинув руки, и кисти вздрагивали в такт ударам тамтама. Она не могла видеть их, но видела глаза Роя, и ей было хорошо танцевать перед ним, и чтобы тело просвечивало сквозь неосязаемо тонкую ткань.

Она не знала, сколько это длилось, полчаса или целую вечность.

Ей поднесли сосуд с питьем. Это был холодный сок каких-то плодов, немного терпкий и кисловатый. В голове прояснилось. Сандра остановилась, лишь чуть-чуть покачиваясь в такт музыке. И увидела, что рядом в ней стоит Рой. В его взгляде было что-то такое, чего Сандра никогда в жизни не видела, и от этого ей стало бы не по себе… в другой вечер. Он взял ее за руку и повел за собой. Она не сопротивлялась.

Рой подвел девушку к входу в хижину и потянул за собой. Сандра замедлила шаг.

– Что мы делаем? – тихо спросила она. – Как же Эми?

– При чем здесь Эми? – Рой, видя, что она не входит, вышел на улицу.

– Вы же вместе… – растерянно проговорила Сандра. Страшно хотелось заплакать. Все безнадежно испорчено.

Рой расхохотался. Его глаза, немного шальные, оказались прямо напротив лица Сандры, которое он взял в ладони.

– Ты так и не поняла? Она же моя пациентка. Я психотерапевт. Лечу ее от депрессии, понимаешь? Это такая методика – новыми впечатлениями…

– Правда? – прошептала Сандра, чувствуя, как падает с плеч кусок скалы и летит куда-то в пропасть.

– Да. Пойдем. Пожалуйста.

Она вошла, послушная своим и его желаниям.

Это был обычный шалаш. По крайней мере, такими Сандра представляла себе шалаши. Круглая бревенчатая постройка, обмазанная глиной, с конусообразной тростниковой крышей. В таких местах «с милым – рай». Сандра подобные изречения раньше воспринимала как пошлости, придуманные то ли для оправдания некоторой бытовой неустроенности, то ли для подтрунивания над слепо влюбленными.

А между тем любовь – источник самого большого наслаждения, безотносительно времени и места.

И в том, что к ней действительно пришла любовь, Сандра не усомнилась ни на минуту. Она просто об этом не думала.

Рой был сильным. Сандра видела это, наверное, знала о его силе еще до того, как в первый раз услышала его имя. Но она не могла даже предположить, что этот строгий, молчаливый человек со странным и тяжелым взглядом настолько нежен. Она поняла это в ту минуту, когда его пальцы деликатно сомкнулись вокруг ее запястья.

Они не разговаривали. Многие классики сотнями лет в один голос твердили, что слово почти всесильно, что нет оружия могущественнее его и нет магии прекраснее, чем магия слов. Но в подлунном мире есть вещи древнее и истиннее слов. Прикосновения. Взгляды. Дыхание.

Рой целовал ладони Сандры, медленно и настойчиво, и от этого весь мир плыл перед глазами. Его губы скользили вверх по рукам и легко касались запястья, предплечья, сгиба локтя… А потом ключиц и шеи. Рой целовал лицо Сандры, пока не в губы, а в глаза, в щеки и возле рта. Сердце ее, казалось, вот-вот вырвется из груди, оно билось быстро и громко, и где-то под ногами, на глубине сотен километров, ворочались и текли в такт с ним потоки расплавленного камня.