Императрица - Мишель Хёрд

— Ты знаешь, кто он, Хейвен?

— Он сказал мне, что является главой итальянской мафии.

— Да, твой дядя тоже так сказал. — В мамином голосе слышится страх. — Черт. Что мы будем делать? Николо не выпускает меня из особняка. За мной следят его охранники, но как только у меня появится шанс, я попытаюсь сбежать.

От волнения мой голос напрягается.

— Не рискуй своей жизнью, мам. Если с тобой что-то случится, а я останусь одна здесь, в Италии, я не… я не смогу... — Из меня вырывается всхлип.

— О, милая. Прости, что я привезла нас сюда. — Она всхлипывает. — Мы как-нибудь справимся с этим.

Я сдерживаю слезы, но мой голос звучит хрипло, когда я говорю:

— Что, если мы не сможем сбежать? Лео ясно дал понять, что свадьба состоится.

Мама всхлипывает:

— Нет. Я не позволю тебе выйти за него замуж. Мне все равно, что для этого придется сделать.

— Мы ничего не можем сделать, — шепчу я сдавленным голосом. — Если я не выйду за него замуж, он убьет меня. Он сказал, что сотрет с лица земли имя Романо.

Я вскидываю голову, когда его слова, сказанные ранее, всплывают у меня в голове.

— Подожди. Лео сказал, что никогда не причинит мне вреда, и, похоже, он был искренен.

— Ты не можешь доверять этому человеку! Он преступник, Хейвен.

Тем не менее, Лео говорил это искренне, поэтому во мне вспыхивает крошечная искорка надежды, что он и правда меня не убьет.

Но мама...

Я снова качаю головой.

— Нам просто нужно пока играть по его правилам.

— Не могу поверить, что это случилось с нами. — Мама плачет еще сильнее, и это разбивает мне сердце. — Теперь я понимаю, почему твой отец никогда не привозил нас в Италию. Я думала, тебе будет полезно познакомиться с остальными членами семьи, но, боже, как же я ошиблась.

Я прикусываю нижнюю губу, а затем мое внимание привлекает движение внизу. В лунном свете я вижу, как Лео спускается по ступенькам с веранды и идет на пляж. Он засовывает одну руку в карман брюк и делает глоток из стакана.

Стоя в темноте и глядя на океан, он кажется еще более устрашающим.

Таинственный, мрачный и ужасно красивый.

— Что мне делать, если у нас не будет другого выбора, кроме как провести свадьбу? — спрашиваю я маму, не отрывая взгляда от Лео. Он поднимает глаза, делая глоток, и я чувствую силу его взгляда сквозь темноту и расстояние. От страха у меня даже практически сел голос, когда я говорю: — Что мне делать, если он попытается взять меня силой?

Мама плачет еще сильнее, и у меня из глаз текут слезы, в то время как Лео продолжает пристально смотреть на меня.

Мое сердцебиение ускоряется, и я чувствую напряжение в воздухе.

— Хейвен, — хнычет мама, — я найду способ спасти тебя от него, даже если мне придется убить Николо и этого мужчину.

Я почувствовала силу Лео. У мамы нет ни единого шанса против него.

Меня пронзает осознание того, что я смотрю на главу мафии и мне так или иначе придется выйти за него замуж. Скорее всего, он еще и заставит меня заняться с ним сексом.

Встав со стула, я бросаюсь в спальню и закрываю за собой дверь, а затем выключаю свет, чтобы он меня не видел.

Стоя в темноте у выключателя, я тяжело дышу, пока меня одолевает вихрь эмоций.

Долгие минуты я плачу, а мама то пытается успокоить меня, то клянется всем святым, что вытащит меня из этой передряги.

Когда мы обе начинаем успокаиваться, я говорю:

— Мы ничего не можем сделать, мам. Дядя Николо и Лео — убийцы. Если мы хотим остаться в живых, у нас нет другого выбора, кроме как делать то, что нам говорят.

— Я не могу просто стоять и смотреть, как ты выходишь замуж за этого преступника.

— Придется. — Мой голос наполняется отчаянием. — Пожалуйста, не рискуй своей жизнью, мам. Если они убьют тебя, я не переживу этого. Мне нужно знать, что с тобой все в порядке.

— О, Хейвен.

Мой тон становится более решительным.

— Мы справимся с этим. — Поскольку мне удалось хорошенько выплакаться и поговорить с мамой, мой разум прояснился. — Лео пытался узнать меня получше. Может, если я покажу ему, что я хороший человек, что у меня есть люди, которые меня любят, он проявит милосердие и отпустит меня?

— А что, если этого не произойдет и этот мужчина в итоге влюбится в тебя? — обеспокоено говорит мама.

— Если он влюбится в меня, это будет означать, что я ему небезразлична, и, может, тогда он меня отпустит? — Сейчас я готова ухватиться за любую соломинку.

В моей голове мелькает воспоминание о том, как Лео ранее пытался меня утешить.

Может, это и не такая уж и нелепая идея.

— Не знаю, Хейвен. По-моему, ты играешь с огнем.

Мои мысли продолжают бегать туда-сюда.

— Если я продолжу бороться с Лео, он разозлится, и это вряд ли улучшит ситуацию. Лучше попытаться найти с ним общий язык.

— Просто держись подальше от Лео, — резко говорит мама, в ее голосе слышится паника. — Если ты разозлишь его, он причинит тебе боль, а если ты заставишь его заботиться о тебе, он захочет большего.

Да, я застряла между молотом и наковальней.

Мой телефон пищит, сигнализируя о низком заряде батареи. Я достаю из сумки зарядное устройство и, присев на край кровати, подключаю его. Пока я подсоединяю кабель к телефону, в голове мелькают разные мысли.

— Лео сегодня потерял человека, и, кажется, еще двое были ранены, — замечаю я. — Может, в ближайшие несколько дней он успокоится и поймет, насколько безумно жениться на мне. Возможно, он передумает и отпустит меня.

— Да. — Мама прислушивается к моим словам, и в ее голосе появляется надежда. — Просто держись от него подальше.

— Он поселил меня в одной из гостевых комнат. Я останусь здесь.

— Ты можешь запереть дверь? — спрашивает мама.

— Скорее всего, он просто вышибет ее или что-то в этом роде, — бормочу я.

— Верно, — вздыхает мама. — Но оставайся в комнате. Избегай общения с ним без веской причины.

— Хорошо.

— Может, завтра все изменится, — бормочет мама. — Я попробую еще раз поговорить с Николо.

— Можешь поговорить со мной еще немного? — спрашиваю я.

— Конечно, милая, — мамин голос смягчается от любви. — Я никуда не уйду.

Я ложусь на кровать и устраиваюсь поудобнее. Некоторое время мы молчим, затем мама всхлипывает:

— Я хотела устроить тебе это замечательное