Наваждение - Лада Христолюбова

— Когда надумаешь, дай знать. — слегка отталкиваю его и выхожу, спеша в кабинет. В глазах застыли слёзы, едва сдерживаюсь, чтобы не расплакаться. У меня совсем нет опыта в таких играх с мужчинами, я растеряна и не знаю, что делать. Я понимаю, что в конце наших «отношений» я могу остаться сломанной куклой, да еще и с возможным ребенком на руках. А Влад переступит через меня и пойдет дальше, искать нового и будоражащего душу. Сам же сказал, что я для него как наваждение. А наваждение рано или поздно отпускает.

Забегаю в туалет, прячусь в кабинке, чтобы меня никто не видел и успокоится. Пара слезинок все же срывается с ресниц капая на колени, сдерживаю всхлипы. Как же это трудно — знать, что ты всего лишь временная игрушка богатого мужчины, которую он может поменять в любой момент. И оставить тебя с разбитым сердцем и душой.

Вытираю слезы и уже хочу встать и выйти, но в туалет кто-то входит, и я застываю на месте.

— Нет, ты видела это? — с изумлением в голосе заявляет одна, — А еще строила из себя такую недотрогу! А сама спит с боссом!

— А тебе завидно? — спрашивает другая, — Ты же замужем.

— Ну и что? Я может тоже не прочь побыть его любовницей, он знаешь какой щедрый — всем своим пассиям дарит шикарные подарки.

— Откуда ты знаешь?

— Так я знакома с его бывшей он подарил ей квартиру и оставил кучу брюликов. Она говорит, что и трахается Дорохов как бог и член у него ого-го! Ему всегда одного раза мало. Я бы не отказалась оказаться под ним. Мечта, а не мужик!

— Мечтать не вредно Рай. Такого мужика как Дорохов нельзя захомутать если он сам не согласится. Я думаю, его даже ребенок не удержит если кому-то все же повезет от него залететь.

— Ещё скажи, что ты не мечтаешь о нем когда лежишь под своим мужиком?

— Нет и считаю, что и тебе не стоит о нем мечтать.

— Вот ещё! Вот увидишь на новогоднем корпоративе он уйдет со мной! И мы будем трахаться всю ночь!

— Я бы на твоем месте даже не думала об этом. — говорит вторая девушка спокойно, и она мне начинает нравится. Интересно с какого они отдела?

— Ты не на моем месте! — злиться первая, выглядываю в щель и замечаю блондинку и рыжую. И, судя по всему, в рулетку решила сыграть блондинка. А Дорохову нравятся блондинки, учитывая его последнюю пассию, что недавно крутилась в офисе и в его машине. Я просто какое — то долбанное исключение — у меня светло-русые волосы и голубые глаза.

Обе выходят, хлопнув дверью, выхожу брызгая в лицо холодной водой, чтобы не сильно повредить макияж, промачиваю салфеткой лицо, щипаю щеки, чтобы придать им румянца, но бледная кожа меня выдает с головой. Заметно, что я плакала и не в настроении, глаза потухшие, в них нет радости жизни — только грусть и тоска.

Выхожу из туалета и прохожу в кабинет, раздеваюсь, вешая пальто в шкаф, переобуваюсь и падаю на свое место. Я не смогу тут работать дальше — как он этого не понимает? Да, возможно люди поговорят и забудут, но всегда будут помнить и полоскать в разговорах.

Как делать вид, что у меня все хорошо? Как смотреть в глаза коллег, что работают со мной? Оправдываться я не хочу не перед кем, это моя жизнь и она принадлежит только мне.

Да и вообще — плевать!

Вскоре в кабинет входят Людмила Александровна и Наташа.

— Доброе утро, Ариночка!

— Доброе утро, как добрались? — изображаю заинтересованность.

— Совсем транспорт перестал ходить, уж думала, что опоздаю. — раздевается начальница и вешает верхнюю одежду в шкаф. — А у тебя что случилось? Какая-то ты грустная?

— Дорохов отказывается подписывать мое заявление на увольнение. — выдыхаю я. — А мне предложили занять место помощника генерального.

— Хорошее место, и карьерный рост имеется. — соглашается начальница. — Что на него нашло? Обычно он не такой упертый.

— Не знаю, не такой уж я ценный работник, чтобы не давать мне возможности работать на новом месте. Сказал, если я уйду, то он сделает так, что я смогу устроится только уборщицей в супермаркете на отшибе города. — жалуюсь начальнице, она очень хорошая женщина, понимающая и всегда может дать хороший ценный совет. О втором варианте его предложения я не говорю.

— Давая я с ним поговорю? Может мне удастся его убедить тебя отпустить?

— Не знаю даже, а если и вам достанется?

— Попытка не пытка, уволить меня он все равно не сможет. — подмигивает начальница.

— Почему?

— Пусть только попробует так с теткой обойтись. — внезапно заявляет Людмила Александровна.

— Вы родственники?

— Влад мой племянник, сын моей сестры. Я никому никогда этого не афишировала, но ради тебя я поступлюсь своими принципами и поговорю с племянником.

Глава № 16

Влад Дорохов.

Выхожу из лифта злой, как свора бешеных собак! Злит. Арина меня своими вопросами просто выбила из колеи. Оксанка уже на месте, поднимает голову и улыбается, стреляя глазками. Она все надеется влезть в мою кровать, но тащить в койку секретаршу — последнее дело. Бабу себе я везде могу найти. Но в последнее время все мысли только об одной женщине, что сводит с ума мои нервные окончания.

— Доброе утро, Владислав Александрович!

— Доброе! Кофе через пять минут! — бросаю девушке и вхожу в свой кабинет.

Настроя на работу совсем нет, думаю о ней. Неужели она не понимает, что мои намерения серьезные? Раз я хочу от нее ребенка? И что за дурацкий вопрос о девочке? Да я буду целовать ее руки, если она мне родит хоть кого. Я уже созрел для семьи, для борщей и котлет. Хочется тепла и уюта, любимую женщину рядом и парочку детишек. Дом за городом с бассейном и собаку с котом.

Вспоминаю, что она сегодня собралась принести мне заявление на увольнение и решаю действовать первым — позвоню Смирнову сам.

— Привет Игорь. Слышал ты расширяешься?

— Привет, Влад. Удивлен твоим звонком.

— Дело есть к тебе.

— Какое? Нежели начал новый проект?

— Можно сказать — да. Собрался женится.

— Поздравляю! И кто счастливица?

— О ней я и хотел поговорить с тобой.

— Со мной? Я ее знаю?

— Ты хотел её принять на должность личного помощника.

— А-а-а-а, понял. Арина? Хорошая девушка, мне понравилась, думаю она справится с новыми обязанностями.

— Не раскатывай губу! Я ее не отпущу, через месяц у нас свадьба, так что друг советую тебе