Анжелика. Тени и свет Парижа - Анн Голон

Впрочем, у незнакомца не было возраста. Худое тело в слишком просторной одежде казалось бесплотным. Она испугалась, как бы собеседник не исчез, словно видение.

— Кто вы? — прошептала Анжелика, касаясь его руки.

Он обратил к ней глаза, которые словно вообще не были созданы для света.

— Я тебе уже говорил: я — ветер. А ты?

— Я — бриз.

Мужчина рассмеялся и взял Анжелику за плечи.

— А что делают ветер и бриз, когда они встречаются?

Незнакомец слегка подтолкнул ее, молодая женщина снова упала в сено и совсем рядом со своим лицом увидела его крупный чувственный рот. Губы молодого человека пересекала тонкая складка, отчего они кривились в странном изгибе, который напугал Маркизу Ангелов, хотя она сама не понимала почему. Признак язвительности, а возможно — жестокости. Но его взгляд был нежным и смеющимся.

Мужчина продолжал нависать над Анжеликой, пока она сама, подчиняясь властному зову, не потянулась к нему. Тогда он накрыл ее тело своим и поцеловал.

Поцелуй длился невероятно долго, за это время можно было бы подарить друг другу с десяток неспешных, сменяющих друг друга поцелуев.

Он словно оживил измученное тело Анжелики. Возвратил ей былые наслаждения, столь отличные от грубых, хоть и страстных, ласк бывшего слуги, к которым она уже успела привыкнуть.

«Я только что чувствовала себя такой уставшей, — подумала она, — но теперь усталость ушла. Мое тело больше не кажется мне жалким и оскверненным. Значит, я все-таки не совсем умерла…»

Анжелика тихонько пошевелилась на сене, счастливая от того, что вновь ощущает, как где-то в глубине живота зарождается робкое желание, которое постепенно становится все более настойчивым.

Мужчина приподнялся, опершись на локоть, и вновь посмотрел на нее с загадочной полуулыбкой.

Нет, она не испытывала нетерпения, но внимательно прислушивалась к тому жару, что разливался в ней. Он скоро вернется к ласкам, у них впереди целая вечность.

— Забавно, — прошептал незнакомец, — ты изящна, словно знатная дама. А ведь это даже в голову не придет, когда смотришь на твою рваную крестьянскую юбку.

Анжелика тихонько рассмеялась.

— Правда? А вы водите знакомства со знатными дамами, господин судейский?

— Иногда.

Молодой человек пощекотал кончик носа Анжелики сухим цветком и объяснил:

— Когда у меня в животе урчит от голода, я нанимаюсь к мэтру Жоржу, в парильни Сен-Николя. Именно туда они и приходят, эти знатные дамы, в поисках острой приправы к обыденным светским интрижкам. Да! Конечно, я не похож на дикого зверя, как Красавчик, и услуги моего бедного недокормленного тела оплачиваются не столь щедро, как услуги крепкого волосатого грузчика, провонявшего луком и дешевым вином. Но в моем колчане иные стрелы. Да, дорогая. Никто в Париже не может похвастаться знанием стольких отменных непристойных историй, как я. А мои дамы любят их слушать, чтобы настроиться на нужный лад. Я забавляю этих прелестных распутниц. Женщины ведь больше всего жаждут веселья. Хочешь, расскажу тебе историю о молоте и наковальне?

— Ах нет! — живо отказалась Анжелика. — Прошу вас, не надо, я не люблю истории подобного рода.

Незнакомец выглядел растроганным.

— Невинное сердечко! Забавное сердечко! Как странно! Я не раз встречал знатных дам, похожих на бродяжек, но никогда не видел бродяжек, напоминающих знатных дам. Ты первая… Ты так красива, как мечта… Слышишь перезвон часов на башне около Самаритянки[23]на Новом мосту?.. Уже полдень. Хочешь, пойдем на Новый мост и украдем пару яблок на обед? А еще букет цветов, в котором ты спрячешь свою милую мордашку?.. Мы послушаем, как расхваливает свои снадобья Большой Матье, и посмотрим, как старый шарманщик заставляет танцевать дрессированного сурка. И посмеемся над полицейским, который разыскивает меня, чтобы повесить.

— Почему вас хотят повесить?

— Но… разве ты не знаешь, что меня все время хотят повесить? — изумленно поинтересовался молодой человек.

«Решительно, он немного безумен, но какой забавный», — подумала Анжелика.

Она потянулась. Ей хотелось, чтобы незнакомец снова поцеловал ее.

Меж тем новый приятель Анжелики задумался о чем-то совершенно ином.

— Постой, теперь я припоминаю, — вдруг воскликнул он, — я тебя уже видел там, на Новом мосту. А ты не из банды Весельчака, знаменитого Сорвиголовы?

— Да, это правда, я принадлежу Весельчаку.

Мужчина отодвинулся от собеседницы с выражением притворного ужаса.

— Ой-ой-ой! Куда же это я опять вляпался, неисправимый волокита за женскими юбками! А ты случайно не та Маркиза Ангелов, которую столь яростно ревнует наш Весельчак?

— Да, но…

— Ого, только поглядите, куда может завести женская неосторожность! — вскричал незнакомец трагическим голосом. — Несчастная, а ты не могла сказать об этом раньше? Или тебе так интересно взглянуть, как из моих вен вытечет вся моя разнесчастная гадкая кровь? Ай-ай-ай! Весельчак! Вот невезенье! Я наконец-то нашел женщину своей мечты, и нужно ведь такому случиться, что она принадлежит Весельчаку!.. Нет, к черту! Самая восхитительная любовница — это сама жизнь. Прощай, моя красавица!

Молодой человек схватил старую шляпу-конус, какие носят школьные учителя, и, нацепив ее на светловолосую шевелюру, направился к борту лодки.

— Будь умницей, — прошептал он, улыбнувшись напоследок, — не рассказывай о моих подвигах своему любовнику… Да, я вижу, что ты ничего не скажешь. Ты — сама любовь, Маркиза Ангелов… Я буду помнить о тебе до того самого дня, когда меня повесят… и даже потом… Прощай!

Анжелика услышала, как молодой человек спрыгнул с борта, подняв облако брызг. Потом она увидела, как он бежит по берегу, залитому лучами солнца. Во всем черном, в заостренной шляпе, с худыми ногами, в дырявом плаще, развевающемся на ветру, он походил на диковинную птицу. Лодочники, видевшие, как незнакомец выпрыгнул с судна, принялись швырять камни ему вслед. Молодой человек повернул к ним свое мертвенно-бледное лицо, рассмеялся и исчез столь же внезапно, как утренний сон.

* * *

Это фантастическое событие успокоило Анжелику и отодвинуло на задний план воспоминания о событиях прошлой ночи и о горькой встрече с Дегре.

Не стоит больше думать об этом. Маркиза Ангелов встряхнула головой и провела рукой по волосам, чтобы вынуть из них стебельки сухой травы. Сейчас самое главное — не разрушить очарование этого часа. Женщина с легким сожалением вздохнула. Неужели она действительно собиралась изменить Николя?