Укрощен по собственному желанию - Донна Клейтон

Майкл принялся что-то мямлить, не в силах посмотреть в глаза матери.

— Ты увлечен ею, и это написано на твоем лице! — заявила Сильвия. — И она определенно заинтересовалась тобой.

Майкл хранил молчание. Хотя обычно он чувствовал себя с матерью непринужденно, сейчас ему стало не по себе.

— Ну, не надо хмуриться! — Она придвинулась ближе к Майклу. — Мы с отцом заметили ее поведение во время ужина. София впитывала каждое слово, сказанное тобой, буквально в рот тебе смотрела.

— Мам, подожди, — Майкл облизнул внезапно пересохшие губы. — Поверь мне, я нисколько не интересую Софию.

— И откуда ты это узнал?

— Откуда? Да просто я разговаривал с ней об этом, пока провожал домой после ужина.

На лице его матери появилось странное выражение.

— Я не понимаю, Майкл. Ты вышел из ресторана и начал выяснять отношения? Я не люблю судить, но мне такое поведение кажется немного неподобающим.

Майкла охватило чувство неловкости.

— Дело в том, что…

— Нет, нет, сынок, — мягко прервала его Сильвия. — Расскажи мне, как мужчина спрашивает женщину о чувствах к нему?

Майкл внезапно сильно оробел.

— Это зависит от человека, мам, — пробормотал он. Поймав на себе пристальный взгляд матери, который выражал решительность и желание выслушать сына до конца, он вздохнул. — Хорошо, это происходило так. Я сказал ей, что мы отлично ладим, сделал комплимент по поводу личных качеств Софии, ее привлекательности и предложил нам обоим продолжить отношения… если, конечно, она чувствует ко мне то же самое. — Он пожал плечами. — Но она очень быстро ответила мне, что я ее не интересую.

Его мать покачала головой.

— Как бы не так! Она увлечена тобой.

— Нет, мам, она ясно дала понять свою точку зрения, заявив, что наши отношения запрещены правилами.

— Естественно, — усмехнулась Сильвия. — София профессионалка и деловая женщина. Она работает на тебя, а твое предложение загнало ее в угол.

— Я не хотел этого.

— А как еще она могла ответить?

Немного благосклоннее, подумал Майкл, но сразу же вспомнил, что именно так она и говорила. София сказала, что они испытывают друг к друг взаимный интерес, но потом все-таки добавила, что отношения между работником и работодателем запрещены.

— Женщины не любят рисковать, Майкл, — продолжала его мать. — Они хотят, чтобы за ними ухаживали, жаждут немного романтики.

— Сильвия, дорогая… — в комнату, одетый в пижаму и шлепанцы, с заспанными глазами и взъерошенными волосами, вошел Брэдли, — разве мы не обещали много лет назад, что не станем совать нос в личные дела сына?

— И тебе доброе утро, — поприветствовала Сильвия своего мужа, явно обидевшись на него. — Я хочу, чтобы ты знал: я никуда не совала свой нос, а просто давала сыну небольшой материнский совет. Ты, Брэдли Тейлор, упорно ухаживал за мной.

— Конечно, дорогая! — Брэдли поцеловал жену в щеку. — И каждая изнурительная минута ухаживаний стоило того.

Сильвия мгновенно успокоилась и улыбнулась поддразниванию своего мужа.

— Выпьешь кофе? — спросила она.

Майкл наблюдал, как мать подошла к буфету за кружкой, потом взглянул на своего отца, который подмигнул ему, и улыбнулся в ответ.

Может быть, мама права, подумал он, и София хочет немного романтики?

* * *

— Привет, сестренка! У тебя есть время, чтобы поговорить со мной?

Услышав в телефонной трубке голос брата, София улыбнулась.

— Ты же знаешь, Джо, что для тебя есть. — Она взглянула на часы. — Но я должна уйти на работу ровно через двенадцать минут.

Джо Стэнтон недавно начал работать учителем математики в восьмом классе школы, и пока ему это нравилось. Большинство людей считают подростков, достигших половой зрелости, теми, кого следует избегать, но младший брат Софии не разделял такого мнения. Он великолепно справлялся с этими изворотливыми человечками, которые уже перестали быть детьми, однако пока еще так и не стали взрослыми. Обладая редким учительским даром, Джо испытывал к детям чувство огромного доверия и симпатии.

— Ты все еще работаешь на Чудовище? — нараспев спросил он.

— Да, но я сделала вывод, что на самом деле его рык достаточно безобиден, — ответила София. — Я уже говорила тебе, что он из тех, кто любит упорядочивать окружающую его обстановку. Он очень организованный и…

— Помешан на власти, — продолжил Джо.

— Не придирайся, — хихикнула София. — Он приятный парень.

— Забавно! — поддразнил ее брат. — Насколько я помню, недавно он вызывал у тебя тоску. Там что-то было связано с бессмысленными правилами для его дочери.

София плечом придерживала телефонную трубку у уха, выливая остатки чая из чашки.

— Правильно, но я поняла, что он придумал все эти правила только для того, чтобы контролировать ситуацию, которая безумно пугала его.

— Он страшился крошечного ребенка?

— Не все мужчины, подобно тебе, обладают врожденной способностью ладить с детьми. Некоторым нужно этому учиться. Кроме того, Майклу приходится иметь дело с новорожденной, а заботиться о таких малышах не так уж и легко.

— Не нужно защищаться, сестренка, — мягко промолвил Джо. — Ты в самом деле изменила свое отношение к этому парню со времени нашего последнего разговора.

София присела на край кухонного стола.

— Думаю, да, — сказала она. — Тогда я плохо знала Майкла и сделала слишком поспешный вывод.

— Кажется, ты увлеклась им.

— Да нет же!

— Ух ты! — Джо рассмеялся. — Ты сегодня несговорчива.

— Все совсем не так! — рявкнула она.

Джо и София росли вместе, и сейчас их связывали нерушимые узы. Если они не общались пару недель, кто-то из них звонил по телефону и спрашивал, что произошло. Брат с сестрой читали друг друга, словно открытую книгу.

Успокоившись, София тихо произнесла:

— Не хотела бы я нарушать наш уговор.

— Я не думал об этом многие годы, сестренка.

София благодарила судьбу за то, что они с братом, несмотря на суровое воспитание, стали ответственными, творческими и невероятно практичными людьми. Возможно, жизнь и наносила им свои удары, но они никогда не затаивали злобы.

Их отец — свободный художник — однажды покинул своих детей, ничего не объясняя и не прощаясь. Мать многие дни чувствовала себя потерянной, но через две недели после исчезновения мужа поняла, что должна как-то действовать, иначе потеряет свое крошечное жилище. Неопытная и необразованная Мэри была вынуждена трудиться на двух низкооплачиваемых должностях, чтобы заработать достаточно денег и иметь возможность сохранить крышу над головой, накормить и одеть детей, покупать бензин для автомобиля.