Лекарство от одиночества - Эстер Модлинг

В конце концов Эми остановила выбор на темно-синем платье скромного покроя, длиной чуть ниже колен и без рукавов, и на неброских колготках телесного цвета. Двухдюймовые каблуки немного прибавляли ей росту — и уверенности. Волосы она оставила распущенными. Единственным броским штрихом в ее сегодняшнем облике была ярко-красная помада, благодаря которой губы сразу привлекали к себе внимание.

Посмотрев в зеркало, Эми осталась довольна. Роберта ждет сюрприз: перед ним предстанет не Эми Андерсон, которую он уже знает, но и не Эмбер Андерс, с которой он не желает иметь дело.

— Спасибо, мама. — Эми улыбнулась. — Папа готов?

— Он пошел перекинуться парой слов с репортерами, которые все еще дежурят у подъездной аллеи. — Магда усмехнулась. — Он как бы случайно упомянет, что собирается навестить твою бабушку, так что, если ты спрячешься на заднем сиденье машины, пока он их отвлекает, через несколько минут он вернется и вы сможете выехать.

Какая нелепость! — досадовала Эми. Приходится идти на невероятные ухищрения, чтобы я могла ускользнуть из дому! Но ничего не поделаешь: репортеров стало еще больше, и они не спускали глаз с фермы и следили за ее обитателями.

Эми подошла к матери и поцеловала ее в щеку на прощание.

— Позвони папе, когда надумаешь возвращаться, — сказала Магда.

Это произойдет очень скоро, если Роберт снова поведет себя оскорбительно, подумала Эми.

Она легла на заднее сиденье отцовского пикапа и накрылась сверху пледом. Не самый элегантный способ ехать на свидание, но иначе она вообще не смогла бы покинуть пределы фермы.

— Можешь вылезать, — сказал Тед, когда они отъехали на безопасное расстояние.

Эми села и стала приводить в порядок растрепавшиеся волосы. Тед свернул к дому Оуэнов. В обычных обстоятельствах Эми могла бы пройтись пешком, как сделала вчера, но сейчас об этом нечего было и думать. Тед затормозил.

— Желаю приятно провести время.

— Передай привет бабушке, — рассеянно отозвалась Эми.

Подождав, пока отец уедет, она без энтузиазма двинулась к парадной двери. Настроение у Роберта меняется быстрее, чем погода на взморье, и Эми не знала, что ее ждет сегодня вечером.

— Эми, добро пожаловать! — Роберт открыл дверь, как только она позвонила, по-видимому, ждал в прихожей. — Как вы добрались? — Он посмотрел через ее плечо на пустую подъездную дорогу.

Эми насторожилась — оскорбления были еще очень свежи в ее памяти.

— Меня подвез отец. Когда я захочу уехать, то позвоню ему, он за мной заедет.

Роберт усмехнулся. Кажется, он понял ее намек, что, если он поведет себя так, как утром, Эми может уехать и через несколько минут.

— Вы сегодня очень красивы, — сказал он проникновенно.

— Спасибо. — Комплимент ни на йоту не уменьшил настороженность Эми. — Вы тоже.

Она не покривила душой. Роберт действительно был очень красив в серой шелковой рубашке, гармонирующей с цветом глаз и покроем подчеркивающей ширину его плеч. Облегающие джинсы выгодно обрисовывали его длинные ноги и мускулистые бедра.

Роберт вскинул брови и насмешливо поинтересовался:

— Если обмен любезностями закончен, может, вы войдете в дом? Или предлагаете подать ужин прямо сюда?

Эми вошла. Роберт галантно пропустил ее вперед.

— В такую погоду было бы приятно поужинать на свежем воздухе, — заметила она.

Роберт кивнул.

— Согласен с вами. Вот почему я накрыл стол на террасе.

Он провел Эми через гостиную на террасу, выходящую во двор. Атмосфера на террасе царила самая романтическая: на столе, покрытом белой скатертью, стояла изящная фарфоровая посуда и лежали серебряные приборы. В центре стола высился старинный серебряный подсвечник. Два плетеных стула стояли почти вплотную один к другому, и сидящим на них открывался вид на сад, за которым вдали синели в предзакатной дымке холмы.

Напоминает декорации к сцене соблазнения, невольно подумалось Эми. Она повернулась к Роберту и испытующе посмотрела на него из-под опущенных ресниц. Он выдержал ее взгляд.

— Как вы сами заметили, вечер слишком хорош, чтобы сидеть в четырех стенах. Какое вино предпочитаете, белое или красное?

— Зависит от того, какое у вас меню.

Поскольку в самой атмосфере вечера ощущалось ожидание, Эми не собиралась смешивать напитки, даже если это будет всего лишь красное и белое сухое вино. Если она опьянеет, то лишь убедит Роберта, что газетные сплетни о ней — правда…

Он пожал плечами.

— Закуска рыбная, а основное блюдо — бифштекс, так что выбор за вами.

— В таком случае красное.

Роберт пошел в дом за вином, а Эми, оттягивая момент, когда ей придется сесть за столик на двоих, опустилась на диван-качели. Она уже почти не сомневалась, что совершила ошибку, приняв приглашение. Эми ожидала какого угодно приема, только не такого.

Ты боишься? — спросила она себя.

За последние несколько лет она не раз жалела, что не может ходить на свидания и встречаться с мужчинами, как обычные женщины, и вот теперь, когда мужчина пригласил ее на ужин, она так нервничала, что руки дрожали.

Роберт разлил вино по бокалам. Сделав глоток, Эми одобрительно пробормотала:

— «Мезон-Роуз»? — И тут же спохватилась: — Нет, я не такой знаток, чтобы определить марку вина по вкусу, просто я знаю, что в подвалах Клиффа хранится запас «Мезон-Роуз».

Роберт сел на диван-качели рядом с ней, вытянул ноги и неторопливо спросил:

— Вы часто видитесь с Синди и Клиффом, когда они живут на острове?

— Если я тоже на острове, то да, часто.

Эми обостренно сознавала, что рука Роберта покоится на спинке дивана у нее за спиной. Он к ней не прикасался, но Эми чувствовала тепло его тела.

Роберт покачал головой.

— Они никогда не упоминали о вас.

Эми рассмеялась.

— Неудивительно, я тоже не рассказываю всем и каждому, что знакома с ними.

На губах Роберта мелькнуло и пропало подобие ответной улыбки, он устремил взгляд на холмы на горизонте.

— Что вы думаете о Клиффе?

Вопрос застал Эми врасплох. Клифф — муж его сестры, что он рассчитывает от нее услышать?

— Я думаю, что он прекрасный муж и отец, — ответила она с некоторым вызовом.

Роберт отмахнулся.

— Это я знаю, что вы думаете о нем как о мужчине?

Эми нахмурилась. После утренних оскорблений она могла ожидать от Роберта чего угодно, но ей не понравилось, какое направление принял разговор.

— На что вы намекаете?

— Намекаю? Эми, — Роберт, по-видимому, понял причину ее негодования, в его голосе послышалось раздражение, — я ни на что не намекаю. Я знаю, что он по уши влюблен в мою сестру.