Колдовской апрель - Мэрил Хенкс

- Делегатов было около пятидесяти человек. Конференция открывалась следующим утром, почти все участники уже прибыли и расселились в отеле, так что дел у меня было немного, но только до вечера. Вечером предстояло все еще раз хорошенько проверить, и мне выделили для этого небольшую комнатку под офис. Мой номер был на четвертом этаже. Когда я закончила работать, выяснилось, что ни один лифт уже не работает. Пришлось идти наверх пешком...

Это была уже даже не поздняя ночь, а, скорее, раннее утро, и Джина была уверена, что во всем отеле нет других бодрствующих. Именно поэтому она чуть не взвизгнула от неожиданности, увидев на ступенях пожилого человека в хорошем сером костюме. Лицо человека было матово-бледным, а от носа вниз до углов рта протянулись резкие голубые тени. У пожилого мужчины явно был сердечный приступ.

Он не открывал глаз и шептал что-то. Джина склонилась к нему и разобрала женское имя:

- Роза!

В это момент он открыл глаза, карие, живые и умные, но полные боли, и Джина окончательно уверилась, что мужчина не пьян, а болен. Губы у него были совсем синие.

- Чем я могу вам помочь?

- Таблетки...

- В каком кармане?

Вместо ответа он страшно захрипел, и Джина торопливо стала искать по всем карманам. Наконец она нашла маленькую пластмассовую коробочку и с облегчением уселась рядом с мужчиной на холодный мрамор ступеней.

- Две таблетки?

- Да, пожалуйста...

- Я пойду и вызову врача... С неожиданной силой тонкие пальцы впились в ее локоть.

- Останьтесь со мной... Пожалуйста!

- Вам нужен врач...

- Ничего они не сделают, эти врачи! В его голосе прозвучала такая горькая уверенность, что Джина без раздумий уселась обратно на ступеньку, держа незнакомца за руку. Его пальцы были холодны, как лед, но таблетки уже начинали действовать, и дыхание постепенно выравнивалось. Легкий румянец вернулся на высокие скулы, и Джина решила, что мужчина, помимо всего прочего, еще и замерз, лежа на этих ступенях, потому что отопление наверняка выключилось вместе с лифтами. Ему необходимо согреться.

- Как вы, мистер?

- Лучше, намного лучше, дорогая, спасибо. Мне нужно просто прилечь...

- На каком этаже ваш номер?

- На седьмом.

Нечего было и думать, что он одолеет такой путь.

- Послушайте, мы сейчас пойдем ко мне в номер, вы полежите там и немного согреетесь, а я схожу за помощью. Это совсем близко. Вот за этой дверью и еще два шага.

Она осторожно помогла пожилому джентльмену подняться, и он тяжело оперся на ее плечи, виновато вздохнув.

- Держитесь за меня и не бойтесь. Я намного крепче, чем с виду, да и с виду не слабенькая.

Они кое-как добрались до коридора, затем до двери комнаты Джины. В номере она заботливо уложила незнакомца на постель, прикрыв его пледом. Предварительно сняла с него ботинки и носки, помогла стянуть пиджак и ослабить галстук.

- Хотите еще чего-нибудь?

- Больше ничего, спасибо. Она подоткнула вокруг него одеяло и выключила верхний свет.

- Отдыхайте.

- Спасибо, моя дорогая. Вы настоящий ангел доброты.

Она сделала попытку подняться и пойти за врачом, но он вновь удержал ее.

- Останьтесь! Я не хочу быть один.

- Но вам правда нужен доктор!

- Мне не нужен доктор. Обещайте, что не бросите меня одного! Джина тихо ответила:

- Обещаю. Я не уйду.

Так она и сидела рядом с постелью, держа его холодные худые пальцы в своей руке и почти не двигаясь, пока пожилой незнакомец не заснул.

Глава 6

Когда Джина открыла глаза, на часах было четверть седьмого. Пожилой человек в ее постели крепко спал, дыхание у него было ровным, слабый румянец окрашивал щеки. Похоже, ему было намного лучше, чего не скажешь о самой Джине. Она провела ночь в ужасной позе, скрючившись и скособочившись в кресле. Теперь очень болела шея, а правая рука затекла и отнялась.

Хорошо, хоть не замерзла - в комнате было очень тепло.

Она критически оглядела свой измятый костюм, тихонько взяла свежую одежду и отправилась в ванную, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Душ ее взбодрил, и когда она, уже одетая в элегантный костюм и причесанная, вернулась в комнату, то обнаружила, что спасенный ею незнакомец тоже проснулся и сидит на краю кровати, зашнуровывая ботинки.

- Доброе утро, ангел доброты.

- Доброе утро. Как вы себя чувствуете?

- О, совершенно и безоговорочно хорошо, благодарю вас.

- Я очень рада.

- Но я должен извиниться за то, что доставил вам такие неприятности и заботы.

- Это не стоит извинений.

- Я даже занял вашу постель. А где же спали вы, ангел?

- В кресле. И это оказалось вполне приемлемо. Да я сама проснулась только что, вот душ приняла...

- О, я тоже мечтаю об этом.

- Подождите немного, сначала я пойду и проверю, включили ли лифты.

К счастью, все оказалось в порядке, и Джина принесла радостную весть незнакомцу.

- Что бы там ни было, все уже в порядке.

- Замечательно! Не думаю, что я осилил бы еще один подъем по лестнице. Послушайте, ангел, но ведь я даже не знаю вашего имени...

- Джина Хьюстон.

- Джон Тернер, к вашим услугам. Они церемонно поклонились друг другу и рассмеялись.

- Вы здесь на конференции, мистер Тернер?

- Да, а вы?

- А я, собственно, организатор. Вообще-то мисс Деверо должна была отвечать за все, но она заболела, и мне пришлось ее подменить.

- Я так понимаю, вам уже пора на рада нет, я почти все сделала вчера. Потому и задержалась допоздна.

- В таком случае, не позавтракаете ли со мной, ангел? Мы могли бы еще о многом поболтать.

Она сама не знала, почему согласилась. того времени, как погиб Стивен, она избегала любого общения, насколько это было возможно при ее работе, и уж конечно ни с кем не общалась вне этой самой работы, но Джон Тернер почему-то располагал к себе.

- Я с удовольствием.

- Тогда как насчет того, чтобы встретиться внизу минут через двадцать?

На этом они и порешили, и Джон Тернер отправился к себе в номер, а Джина принялась на всякий случай просматривать свое расписание. После этого она спустилась в ресторан при отеле - чудесный зимний сад, где столики стояли между большими кадками с вечнозелеными растениями.

В этот ранний час в ресторане был только один посетитель, читающий утреннюю газету и потягивающий горячий шоколад. Джина с легким вздохом блаженно вытянула ноги и принялась от нечего делать рассматривать стены и потолок.