Как покорить маркиза - Джулиана Грей

Добравшись наконец до своей холостяцкой, аскетически скромной квартиры, которую он снимал в районе Мейфэр, Хэтерфилд вымылся, побрился и, спустившись к завтраку, обнаружил на подносе ожидавшую его телеграмму.

– Нельсон! – крикнул он. – Когда принесли телеграмму?

На пороге спальни бесшумно, словно призрак, возник его слуга, на удивление спокойный и здравомыслящий.

– Когда вы принимали ванну, сэр. Я взял на себя смелость приготовить для вас коричневый твидовый костюм, сэр, и синий шарф.

– Очень хорошо, Нельсон. – Хэтерфилд взял с письменного стола серебряный нож для вскрытия конвертов, похожий на небольшой кинжал, и аккуратно надрезал белый конверт с одной стороны.

«ДОГАДЛИВЫЙ ТОЧКА ДРУГОГО НЕ ОЖИДАЛ ТОЧКА ХРАНИ КАК ЗЕНИЦУ ОКА ТОЧКА БУДУ В ЛОНДОНЕ СЕГОДНЯ ПОЗДНО ВЕЧЕРОМ ТОЧКА ЖДУ ЗАВТРА РОВНО В ДЕВЯТЬ УТРА ТОЧКА ТВОЙ ОЛИМПИЯ».

Хэтерфилд хлопнул телеграммой по столу и выругался. «Храни как зеницу ока». Что он хотел этим сказать, черт его дери? Должен ли он хранить в секрете то, что она девица? Или должен охранять самого юного Томаса?

Образ Стефани всплыл в памяти – склоненная над столом головка с гладко зачесанными назад каштановыми волосами и ее полный восхищенного удивления взгляд, когда она подняла на него глаза. Хэтерфилд хорошо помнил, как горячая волна захлестнула его и кровь быстрее побежала по жилам. И навсегда запечатлелось в его душе это прекрасное лицо, растаявшее в анемичном свете газовых фонарей на Кэдоган-сквер, когда, попрощавшись, она легко взбежала по ступенькам лестницы городской резиденции сэра Джона. Он с завистью подумал о клерках, целыми днями скрипящих своими перьями в этих жутких юридических конторах; им даже в голову не приходит, какое это счастье – находиться так близко от этих волшебных, смеющихся глаз и соблазнительных округлых ягодиц. И тут на него снизошло озарение. Он получил ответ на свой вопрос, даже ощутил вкус опасности и тревоги на языке.

В его задачу входило не только хранить тайну юного Томаса, но и оберегать девушку от возможных неприятностей.

Подсознательно он этим и занимался, даже не имея инструкций. Он трепетно заботился о ней, как наседка, которая следит за каждым шагом самого шаловливого, непослушного цыпленка, сопровождал ее повсюду и даже накормил ужином.

Хэтерфилд снова перечитал телеграмму. «Другого не ожидал».

Черт бы подрал этого Олимпию. Неужели он все спланировал заранее? И, видимо, совсем не случайно Хэтерфилд оказался в этом забытом богом замке в Девоне именно в тот момент, когда новоиспеченного мистера Стефана Томаса представили домочадцам.

Сразу напрашивался вопрос: «Кем на самом деле была эта девушка?»

И какую роль во всем этом маскараде играет сам премудрый Олимпия?

– Нельсон! – крикнул он. – Позвони, чтобы подали мою двуколку, пожалуйста.

– Сию минуту, сэр.

Хэтерфилд залпом осушил чашку кофе и потянулся к рубашке. Его слуга, радуясь, что ему не придется помогать хозяину с одеванием, тут же исчез в соседней комнате, где находился телефон, чтобы распорядиться о двуколке.

Полчаса спустя легкий экипаж Хэтерфилда уже мчался к Сити, ловко прокладывая себе дорогу в сплошном потоке разномастного лондонского трафика. Оставалось покончить с одним очень важным делом, прежде чем он полностью посвятит себя заботам о мисс Томас.

Сэр Джон Уортингтон уже стоял у своего стола, прямой и величественный, когда Стефани решительно вошла в кабинет следом за ним.

– Будьте добры, закройте за собой дверь, мистер Томас. – Сэр Джон приподнял края сюртука и уселся на стул.

Дверь закрылась за Стефани с неприятным, тяжелым стуком, словно захлопнулась, причем навсегда, решетка сырой темницы. Гулкое эхо пробежало по огромному кабинету, который представлял собой полупустое, хорошо освещенное помещение без привычных полок с книгами и лишних деталей интерьера; здесь даже не было деревянных панелей на стенах, и только посередине возвышался солидный стол сэра Джона с двумя обтянутыми кожей стульями по обе стороны. Картину довершала огромная, тяжелая дверь, изготовленная из английского дуба, не менее четырех дюймов толщиной.

Сэр Джон жестом указал на один из кожаных стульев.

– Прошу, садитесь.

Словно дал команду собаке. Стефани решительно шагнула к стулу и с размаху шлепнулась на него. Она не сомневалась, что ей грозит немедленное увольнение, и удар судьбы решила встретить с высоко поднятой головой.

– Передо мной лежит ваш судебный отчет об этом злополучном происшествии с мистером Хардингом и мусорщиком, – сказал сэр Джон.

– Скорее с миссис Хардинг и мусорщиком, – поправила его Стефани. – Муж в этом деле на вторых ролях, как мне кажется.

– Да. Верно подмечено. – Сэр Джон опустил глаза, пробежал пару строчек и, оторвавшись от отчета, встретил твердый взгляд Стефани. Он задумчиво погладил подбородок. – Даже не знаю, как начать.

– Мне кажется, всегда лучше начинать сначала.

– Да. Согласен. Во-первых, отчет составлен беспорядочно, мистер Томас. За все годы своей юридической практики я ни разу не сталкивался с документом, который был бы настолько лишен логики и порядка в изложении фактов, и ко всему прочему, – он приподнял за уголок один лист и посмотрел на него с отвращением, – отчет написан очень небрежно, что затрудняет его прочтение.

– У меня всегда был плохой почерк.

– Да, это явно не ваш конек.

Стефани вскочила на ноги. От резкого движения стул отлетел назад и покатился по деревянному полу, издавая неприятный, царапающий звук.