Между адом и раем - Джоанна Рид

Мур ничуть не удивился, когда Сандра внезапно объявила, что пора спать. Он уже свыкся с быстрой сменой ее настроения, но решил со временем выяснить, почему она то таяла в его объятиях, то через секунду снова становилась холодной и неприступной.

Он стоял и наблюдал, как она уверенной рукой наливает воду из фляги в чашку. Его грудь все еще вздымалась, а тело ныло от желания снова обнять ее, но он не был уверен, что Сандре этого хочется.

– Прости, – начал Мур, – это мой первый поход, и я пока не знаю всех правил. Ты сейчас объявишь отбой и станешь проверять, кого нет на месте, да?

Сандра повернулась к нему. В бледном свете луны он увидел ее крепко сжатые губы.

– Ричард, мы уже сто раз говорили об этом. Я объяснила тебе, как отношусь к связи с мужчинами из группы. Взаимные симпатии возникают – мы же одни в горах довольно долго, взаимное влечение естественно. Мужчины влюбляются в проводников, а проводники – в мужчин. Такое случается постоянно, но...

– Но это утомительно, – прервал он. – Я просто понимаю – новый поход, новые мужчины, влюбленные в проводника. Так что ясно, почему ты придерживаешься своих правил. Кроме других недостатков, у меня есть еще один – до меня все доходит медленно. Но этот поход для меня особый. И ты – человек особый. По крайней мере, я так думаю. Но никогда не смогу узнать наверняка, если ты не дашь мне такой возможности. Не прячься от меня, Сандра.

Она покачала головой. Ему показалось, что в глазах девушки сверкнули слезы, но Сандра так быстро отвернулась, что он не был уверен – так ли это.

Глухим голосом она сказала:

– Ты ведь сам повторял мне, что мы идем в горы по делу, а не ради отдыха. В конце концов здесь не Багамы. И когда я предлагала тебе все-таки найти время и полюбоваться красотой пейзажа, я не имела в виду... – Она нерешительно умолкла.

– Ты не имела в виду, что я воспользуюсь твоим расслабленным состоянием после двух стаканчиков ракси. Ладно, согласен. Но ты дала понять, что ничего не чувствовала, когда я тебя целовал. – Ричарду хотелось схватить ее, повернуть к себе лицом – пусть подтвердит ему это, глядя в глаза. Но плечи Сандры опустились. Она молчала.

Мур был уверен, что она тоже испытывала какое-то чувство, быть может, прежде и незнакомое ей. Нет, не могла она этого отрицать, он знает.

Ричард расстегнул молнию спальника, разложил его на надувном матрасе и растянулся на спине. Он слышал, как Сандра подошла к своему спальнику, как зашуршали о его ткань майка и шорты, прикрыл глаза рукой и заснул.

* * *

Мур проснулся еще до рассвета и увидел, что Сандра низко склонилась над ним. От нее веяло такой свежестью, что он подумал, не сон ли это.

– Ричард, просыпайся.

Он сел рывком и ударился головой о ее подбородок.

– Извини, что я тебя бужу, – тихо промолвила она, – но Кибо говорит, в деревне, вверх по реке, рожает женщина. Ты пойдешь?

Он кивнул и потянулся за ботинками.

– А в чем дело?

– У нее ужасные боли и роды слишком затянулись.

Он встал и нахмурился.

– Затянулись? А когда начались?

Сандра вытерла вспотевшие ладони о шорты.

– Не знаю. Ты, конечно, скажешь, что роды вообще дело долгое, но эти люди очень терпеливы и не жалуются по пустякам. Поэтому мы с Кибо решили... – Она встретилась взглядом с Муром и прикусила губу.

– Надо кое-что с собой взять.

Девушка с облегчением вздохнула. Он был так спокоен, от него исходила такая уверенность, что Сандра подумала: заболей она – никого другого, кроме Ричарда, не захотела бы видеть рядом.

Он уложил инструменты и лекарства в рюкзак. Кибо повел их вдоль реки, и они шли несколько километров, пока не заметили огни. Появившиеся из темноты люди окружили их, и Сандра поняла, что те взволнованы. Один из мужчин торопливо приблизился к Кибо и что-то ему сказал.

– Он говорит, ребенок пошел, – перевел Кибо. – Надо торопиться.

Вот и задний вход низкого кирпичного дома. Мур помыл руки в умывальнике за дверью, а потом кивнул Сандре.

– И ты помой.

– Я?

– Ты можешь мне понадобиться. – Он коснулся ее плеча и ободряюще улыбнулся. – Ты мне понадобишься.

Мужчина отдернул занавеску – в комнате, освещенной тусклой керосиновой лампой, на узкой кровати металась женщина с раздутым животом. Старуха в бесформенном наряде стояла рядом, сжимая ее руки. Сандра попросила принести чистую тряпку и горячей воды, а сама села на край кровати и стала считать продолжительность схваток, пока Мур осматривал рожавшую. В ее округлившихся глазах стояли слезы, она стонала и показывала на спину.

Мур нахмурился.

– Боли в спине. – Он взглянул на Сандру.

Та осторожно повернула женщину на бок и принялась массировать ее. Схватки стали чаще, Сандра уперлась ногами в пол и глубокими сильными движениями растирала спину женщины. Пот лился по лицу Сандры, роженицу сотрясали болезненные конвульсии, а Мур слушал стетоскопом, как бьется сердце плода.

Шли часы, схватки наступали уже через каждые две минуты. Руки Сандра онемели, она промокала влажный лоб измученной женщины, шептала ласковые слова на английском и непальском.

Наконец Мур принял ребенка, это был мальчик. Ричарду пришлось перевернуть его вверх ногами и шлепнуть, после чего тот закричал. Доктор перерезал пуповину и отдал младенца матери.

На миг Сандра перехватила взгляд Мура и попыталась скрыть выступившие на глазах слезы. Конечно, для него это просто очередные роды, но для нее – чудо появления на свет. Еще раз взглянув на малыша в материнских руках, Сандра и Мур на цыпочках вышли из комнаты.