Дар Афродиты - Ольга Крючкова

— Ах, бонжур, Наталья Дмитриевна! — воскликнул граф при виде своей очаровательной невесты, что и говорить, она выглядела прекрасно в нежно-лиловом платье.

Девушка слегка поклонилась и невольно покраснела, что весьма понравилось жениху.

— Как ваше самочувствие, Павел Юрьевич?

— Прекрасно, жду с нетерпением субботы! — воскликнул граф.

У Наташи закружилась голова.

— Ах, ваше сиятельство, не желаете ли прогуляться по саду?

Граф и папенька просияли: вот наконец-то все и сладилось. Иначе и быть не могло!

* * *

Глаша незаметно выскользнула из дома через черный ход в кухне и направилась огородами к лесу. Она специально надела старый рваный сарафан, словно последняя дворовая девка, что сопли подолом утирает, взяла лукошко — если что, мол, идет по грибы и ягоды.

Она беспрепятственно достигла леса и пошла коротким путем, что должен был вывести прямо к главной проселочной дороге, на которой стоял «почтовый дуб». Горничная шла осторожно, не спеша, делая вид, что собирает ягоды. На самом же деле она постоянно оглядывалась по сторонам: не наблюдает ли кто за ней?

Так она прошла с полверсты, все было спокойно. И вот появился дуб. Предусмотрительная Глаша прошлась вдоль полянки, на которой росло дерево, пытаясь увидеть признаки опасности, но ничего так и не заметив, направилась прямо к «почтовому ящику». Она достала из-за пазухи письмо и быстро бросила его в дупло, затем снова прошлась по полянке и побрела в лес, решив собрать немного ягод для правдоподобности своего похода.

* * *

Константин, снедаемый страстью и нетерпением, метался по комнате. Молодая вдова Елизавета, искренне сочувствующая молодому поручику, всячески старалась успокоить его и подбодрить.

— Ну что вы, Константин, мечетесь, словно волк, обложенный охотниками со всех сторон? Чай, не все еще потеряно? Всегда найдется выход.

— Послушай, Елизавета, что она пишет: в субботу я стану графиней Астафьевой, если в ход сих событий не вмешается провидение... А каково? И где же мне взять сие проведение? Говорил я корнету: надобно напасть и отбить ее, увезти в ближайшую церковь и обвенчаться!

— Так-то оно так, Константин. — Женщина отложила вышивание и пристально посмотрела на поручика. — Денис прав: силой ничего не добьетесь. А если ее начнут защищать да палить из пистолетов, да подстрелят вас али Дениса да еще кого? Тогда вам будет не венец, а верная каторга.

— Эх! — поручик махнул рукой. — Денис обещал что-нибудь придумать, но…

Елизавета заговорщицки улыбнулась:

— Ну, Денис, может, пока не придумал, а я…

Константин встрепенулся:

— Говорите, умоляю вас, Елизавета!

— Хорошо, слушайте. Мыслю я сделать так…

* * *

Его сиятельство пробыл в доме Погремцовых почти до вечера, даже остался отужинать. Наташа старалась быть вежливой, натянуто улыбалась, в душе желая искусать старого сластолюбца.

Дмитрий Федорович наглядеться не мог на дочь и своего будущего зятя: еще год назад он о такой выгодной партии и мечтать не мог! Да теперь многое изменится: предводитель уездного дворянства, этот кичливый Николай Васильевич, будет лично здороваться за руку: ведь графского тестя вниманием не обойдешь! А полицмейстер… А калужское общество… Да что они теперь! Надобно подумать о жизни в Петербурге или лучше сразу — в Италию на теплые воды?

Наконец его сиятельство откланялся, приложился к ручке невесты, не обошел вниманием и будущую тещу:

— До скорого свидания, Наталья Дмитриевна! Прощайте, Мария Ивановна! — С хозяином дома граф обнялся: — Должен вам признаться, дорогой друг, — сгораю от нетерпения…

Дмитрий Федорович понимающе хлопнул графа по плечу.

— Немного уж осталось. Все пройдет благополучно, я уверен.

Но Мария Ивановна не разделяла мужниного оптимизма: она томилась тревожным предчувствием.